ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

Categories:

50 лет назад началась "Пражская весна". Михаил Горбачев об Александре Дубчеке.

5 января 1968 года Александр Дубчек был избран Первым секретарем ЦК КПЧ.

Новое руководство страны начало "революцию сверху" провозгласив курс на «социализм с человеческим лицом». В рамках этого курса было: отмена цензуры, создание оппозиционных партий, проведение более независимой внешней политики. Но это не могло понравиться Москве.

Брежнев испугался освобождения Чехословакии и того, что свобода может распространиться на другие страны соцлагеря и даже вторгнуться в сам Советский Союз. Следствием этого страха перед свободой явилось вторжение армий стран "варшавского договора" в ЧССР 21 августа 1968 года.

Пражская весна была раздавлена танками.

А все началось с того, что 4 января 1968 года Антонин Новотный был смещён с занимаемого им поста 1-го секретаря Центрального Комитета КПЧ, оставаясь при этом президентом Чехословакии.

У «руля партии» встал один из инициаторов рыночных реформ Александр Дубчек. Он не стал препятствовать кампании, развёрнутой в СМИ против президента и бывшего генсека как консерватора и врага реформ, и 28 марта 1968 года Новотный заявил об уходе и с поста президента, и из состава ЦК . После апрельского (1968 г.) Пленума ЦК КПЧ её новый руководитель Дубчек назначил реформаторов и на другие высшие руководящие посты: 8 апреля председателем правительства ЧССР стал Олдржих Черник, а 18 апреля председателем Национального собрания ЧССР был избран Йозеф Смрковский. Много сторонников реформ было избрано и в новый состав президиума и секретариата ЦК КПЧ.

С приходом к руководству Коммунистической партии Чехословакии Александра Дубчека, Чехословакия начала проявлять всё бо́льшую независимость от СССР во внутренней политике (из блока Варшавского договора Чехословакия выходить не собиралась).

Была существенно ослаблена цензура, повсеместно проходили свободные дискуссии, началось создание подлинно многопартийной системы. Было заявлено о стремлении обеспечить полную свободу слова, собраний и передвижений, установить строгий контроль над деятельностью органов безопасности, облегчить возможность организации частных предприятий и снизить государственный контроль над производством. Кроме того, планировалась федерализация государства и расширение полномочий органов власти субъектов ЧССР — Чехии и Словакии.

Рассчитывая на поддержку своих идей в широких слоях общества, весной 1968 года обновлённое руководство ЧССР разрешило создавать на предприятиях советы рабочего самоуправления. В апреле 1968 года соратниками Дубчека — К. Рихтой, О. Шиком и П. Ауэспергом была выдвинута «Программа действий», где также значилось и требование «идейного плюрализма».

Выступая по телевидению 18 июля того же года в связи с этой программой, Дубчек призвал проводить «такую политику, чтобы социализм не утратил своё «человеческое лицо». «Программа действий» провозглашала курс на «демократическое обновление социализма» и ограниченные экономические реформы. Было разрешено создавать политические клубы. С отменой цензуры появились новые органы печати и общественные объединения, в том числе KAN — «Клуб ангажированных беспартийных» и «Клуб—231» из бывших политических заключённых, осуждённых после 1948 года (231 — статья Уголовного кодекса, по всей Чехословакии было до 80 тысяч членов клуба).

Из ранее прекративших своё существовании партий заявку на своё воссоздание подала социал-демократическая партия Чехословакии. Однако более многочисленной была непартийная оппозиция (в июне 1968 года подали заявки на регистрацию более 70 политических организаций). Отчасти схожая с неформальными организациями в СССР конца 1980-х годов, эта оппозиция также потребовала создания многопартийной парламентской системы.

13 июня 1968 года правительство разрешило восстановить Словацкую грекокатолическую церковь, в 1950 году вынужденную под давлением коммунистической власти перейти в православие. После подавления Пражской весны грекокатолическая церковь продолжила легально действовать.

27 июня 1968 года в пражской газете «Literární listy» писатель Людвик Вацулик опубликовал манифест «Две тысячи слов, обращённых к рабочим, крестьянам, служащим, учёным, работникам искусства и всем прочим», который подписали многие известные общественные деятели, в том числе и коммунисты. В этом либеральном по духу документе был подвергнут критике нездоровый консерватизм КПЧ и провозглашались идеи демократизации политической системы и введения политического плюрализма. Документ был особенно негативно воспринят руководством СССР. В итоге уже в через два месяца Чехословакия была "задушена в братских обьятиях" соседей по соцлагерю. А фактически - оккупирована Советским Союзом.

При правлении Михаила Горбачева начался процесс переосмысления чехословацких событий 1968 г. В «Заявлении руководителей Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши и Советского Союза» от 4 декабря 1989 г. и в «Заявлении Советского правительства» от 5 декабря 1989 г. решение о вводе союзных войск в Чехословакию было признано ошибочным как необоснованное вмешательство во внутренние дела суверенного государства. В феврале 1990 г. было подписано соглашение о полном выводе из Чехословакии советских войск, который завершился в конце июня 1991 г.

Из книги Михаила Горбачева "Жизнь и реформы":


Реформаторы «пражской весны» с энтузиазмом встретили нашу перестройку и требовали перемен у себя на Родине.
Мой однокашник и друг по Московскому университету Зденек Млынарж в одном из интервью сказал: «В Советском Союзе делают то, что мы делали в Праге весной 1968 года, действуя, может быть, более радикально. Но при этом Горбачев является генсеком, а я нахожусь в изгнании». В ЦК КПСС пришли письма Дубчека и Черника, они писали о своей поддержке перестройки и о том, что пришла пора вспомнить о них. По словам Дубчека, 20 лет за ним следила госбезопасность, и только после визита Генерального секретаря ЦК КПСС в Чехословакию слежка прекратилась.
Положа руку на сердце, я понимал, что они правы. Ведь что такое 68-й год уже с точки зрения 87-го, 88-го годов? Это как раз и есть те 20 лет, на которые запоздала перестройка...

21 мая 1990 года в президентский кабинет Кремля, рядом с залом, где прежде заседало всемогущее Политбюро, вошел председатель Федерального собрания Чешской и Словацкой Федеративной Республики (так она тогда называлась) Александр Дубчек. Последний раз он приезжал (вернее — был доставлен) в Москву почти 22 года назад, в августе 1968 года. К тому времени ему исполнилось сорок шесть лет, он был Первым секретарем ЦК КПЧ и, казалось, его карьера кончалась навсегда. Довольно скоро, после непродолжительного пребывания послом в Турции, он был исключен из партии и отправлен в политическое небытие под негласный надзор полиции.
И вот навстречу мне идет Дубчек со своей неизменной, чуть смущенной улыбкой, постаревший, но еще довольно стройный. Идет, слегка раскинув руки для дружеского приветствия. Мы встретились тепло, у Дубчека увлажнились глаза.

Встреча эта была знаменательна во многих отношениях. Прежде всего как свидетельство жизненности идеи гуманистического и демократического обновления общества. Мы говорили о том, что вместе с Советским Союзом, который вынес тяжелые испытания, нелегкий путь прошли и восточноевропейские страны, каждая по-своему. То, что были опрокинуты попытки обновления Чехословакии в 1968 году, обернулось крупным стратегическим просчетом, который негативно сказался и на развитии Советского Союза. Военно-силовое давление в августе 1968 года, по сути дела, похоронило новации и реформы, в том числе и у нас в стране. Все мы потеряли много времени. Но без тех попыток, которые были предприняты раньше, может быть, не было бы и сегодняшних перемен.
Я рассказал Дубчеку о своих беседах с Гусаком, о том, как он решил уступить высший пост. Поделился своими соображениями о том, какую роль при этом сыграл Василь Биляк. До меня дошла такая его фраза: «Подождем, в Москве в конце концов сломают голову те, кто увлекается перестройкой, и придут новые люди».
— К сожалению, — сказал Дубчек, — это не только фраза. За ней стояла активная работа, а ждали на самом деле не новых людей, а приверженцев старого.
Он рассказал, что на протяжении ряда лет настойчиво предлагал сделать по крайней мере три шага, которые позволили бы преодолеть кризисное состояние общества. Во-первых, отменить исключение из партии всех тех, кто выразил несогласие с вводом войск в 1968 году; во-вторых, отмежеваться от одобрения ввода войск; в-третьих, признать, что лозунг «социализм с человеческим лицом» не был контрреволюционным. Если бы к этому прислушались, можно было бы снять напряжение в обществе. В конструктивную работу включились бы многие активные и сознательные люди, в том числе ветераны войны, которых больно задела и оскорбила акция 1968 года.
Однако ничего подобного сделано не было. В результате ширились настроения неприятия режима. Против КПЧ выстраивался единый фронт как против чехословацкой Бастилии.
— Благодаря карьеристам, — продолжал Дубчек, — дискредитировано само название «коммунистическая партия». Необходимы полное оздоровление, идейное и организационное размежевание с людьми прошлого. Надо было идти к народу, чтобы он почувствовал поворот, вновь завоевывать доверие людей. Думаю, стоило бы сохранить все ценное из того, что было наработано в 1968 году. Я оказался вне партии, но и сейчас нередко обо мне говорят: «Не верьте ему: он марксист». Как Председатель Федерального Собрания стараюсь занимать широкие гражданские позиции, правда, и о партии не могу совсем забыть. До сих пор тяжело переживаю ситуацию, нередко засыпаю с горькими мыслями: что будет завтра, кто выйдет на политическую арену, кому освободить простор для полезной деятельности?
Он был и остался защитником советской перестройки, говорил об этом во всех своих беседах с парламентариями, с которыми постоянно встречался. По-своему символичен и сам уход его из жизни. Осенью 1991 года спешил из Братиславы в Прагу. Автомобиль, который в непогоду несся с чрезмерной скоростью, не удержался на вираже, и огромная сила инерции выбросила его с пути. Дубчек получил тяжелейшие травмы, на этот раз физические, спасти его не удалось. Говорят, если бы не это несчастье, Александр Дубчек мог бы стать Президентом Словацкой Республики, хотя, насколько я знаю, он по своему духу был за федерацию. Я, к сожалению, не смог быть на похоронах в словацкой столице, где, как мне рассказывали, прощалась с ним едва ли не вся Словакия. Прощальное слово от моего имени передал Г.Шахназаров.
Думаю, теперь уже должно быть очевидным, что подавление «пражской весны» обернулось пирровой победой для тех, кто оставался на позициях изжившего себя прошлого и верил, превыше всего, во всемогущество тоталитарного государства. Может быть, кто-то, поддаваясь эмоциям, скажет в сердцах: «и поделом». Но ведь пострадало от этого общество. В результате нарушения естественного процесса общественного обновления оказались невостребованными творческие и гражданские способности целых поколений.
Если бы тогдашние правители Советского Союза, других государств Варшавского Договора более основательно и дальновидно оценили чехословацкое возрожденческое движение в 1968-м и даже в 1969 году, то, может быть, иначе выглядели бы и социально-политические процессы в нашей стране, перемены у восточноевропейских соседей, да и во всей Европе, в мире.
Думающая, творческая часть Компартии Чехословакии не случайно глубже других почувствовала исчерпанность и несостоятельность неосталинистской модели управления обществом, первой попыталась осмыслить вытекающие из этого программные задачи. Она смогла это сделать потому, что, осваивая идеи XX съезда КПСС (лидеры «пражской весны» учились в это время в Москве), смогла опереться на демократические традиции и гуманистическую культуру своей страны. Об этом мы много раз беседовали уже в последнее .время со Зденеком Млынаржем.
«Программа действий» КПЧ, оживление политического и идейного плюрализма испугали тех в руководящих кругах, кто был неспособен выйти за рамки сектантства, просто стремился сохраниться у власти любой ценой. Да и внешние условия тому не благоприятствовали — раскол мира, конфронтация. И на Востоке, и на Западе еще слишком мощные силы были заинтересованы в продолжении «холодной войны».
И вот о чем я еще думаю. Маленькая Чехословакия внесла огромный вклад в мировую культуру. И в политической истории ей принадлежит достойное место, связанное с подвижничеством Гуса, Жижки и их соратников. А разве не такой же пример свободомыслия, разрыва с окостеневшими учреждениями и одряхлевшими догмами показали чехи и словаки в «пражскую весну»?















==========================================================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================================================



Tags: 1968, Дубчек, ИсторияРеволюций, Михаил Сергеевич Горбачев, Пражская весна, Чехословакия
Subscribe

Posts from This Journal “ИсторияРеволюций” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments