ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

Categories:

29 июля - 1 августа 1991 года - официальный визит в СССР Президента США Джорджа Буша.

28 лет назад - 29 июля 1991 года - начался официальный визит в СССР Президента США Джорджа Буша.

Выступая на церемонии при встрече Дж.Буша, М.С.Горбачев сказал: «Впервые наши страны имеют возможность строить свои отношения на естественной основе общечеловеческих ценностей и национальных интересов. Мы начинаем осознавать, что нужны друг другу, что безопасность, внутренняя стабильность и динамичное развитие каждой из наших стран - на пользу обеим. Именно такие отношения между Советским Союзом и Соединенными Штатами нужны не только им, самим, а всему миру. Он это оценил и поддержал нас в наших совместных усилиях». В состоявшейся затем двухчасовой беседе президентов один на один основное внимание было уделено экономическим отношениям между СССР и США в контексте решений «большой семерки» в Лондоне. Договорились о конкретных шагах на ближайшее время.



Выступая на официальном обеде в честь Дж.Буша, М.С.Горбачев, в частности, сказал: «Советский Союз и Соединенные Штаты - не престо государства. И не только великие державы. Это - страны, символизирующие определенные ценности и принципы, оказавшие огромное влияние на ход истории. Долгое время казалось аксиомой, что они абсолютно враждебны, взаимоисключающи. Мы доказали теперь на политическом уровне, что это не так. Мы приступили к тому, чтобы опровергнуть это на экономическом уровне. Хочу со всей силой подчеркнуть: сейчас важны не только направленность нашего движения навстречу, но и темпы согласованного движения. Ни при каких обстоятельствах нельзя допустить, чтобы ди-намика мировых перемен обгоняла процесс улучшения отношений между СССР и США. Я уж не говорю о необходимости иммунитета к любым по-пыткам вбить клин между нами - с какой бы стороны и кем бы они ни предпринимались... Очевидно, мы с Вами вправе констатировать - и история дает тому примеры, - что при всей их важности одних политических и экономических направляющих в развитии государств и отношений между ними недостаточно. Это подсказывает интуиция, об этом говорит и новейший опыт. Я имею в виду нравственные, этические, духовные стимулы и нормы прогресса. Влияние их тем сильнее, чем лучше мы осознаем, что живем во взаимозависимом мире. И перед всеми нами задача - искать общие духовные, интеллектуальные опоры мирового процесса при сохранении и облагораживании многонационального своеобразия культур и стран. Задача чрезвычайно трудная, учитывая историческое прошлое, религиозные и мировоззренческие особенности, уровень политической зрелости народов и их представителей, взрывной характер национального потенциала, особенно после многолетнего его игнорирования или подавления. И тем не менее искать этот общий зна-менатель необходимо - в интересах нынешних и грядущих поколений. На-шим странам и народам предстоит сказать здесь свое оригинальное и авторитетное слово. Сейчас, когда мы движемся к единству в многообразии, необходим интенсивный диалог наших культур по сущностным вопросам бытия. Пусть наши люди воспользуются богатейшим наследием своих философов, поэтов, ученых. Пусть сомкнутся интеллектуальные потоки двух великих народов. Пусть наши юные поколения проложат новые бесчисленные тропинки от сердца к сердцу. Это сблизит наши страны... Основатели ООН нашли, кажется, тот стержень, вокруг которого возможно объединение разных духовных потенциалов, культур, религиозных и нравственных традиций. А именно - «достоинство и ценность человеческой личности». Еще тогда это было вы-двинуто как задача мирового сообщества». (Вестник МИД СССР, 1991, № 16-18, стр. 20-22).



31 июля В Москве был подписан Договор о сокращении стратегических наступательных вооружений. Выступая в ходе этой церемонии, М.С.Горбачев сказал: «Это - итог. Итог многолетних усилий, потребовавших от государственных деятелей, дипломатов и военных - помимо огромного труда и терпения - воли, смелости, ломки застарелых представлений друг о друге, доверия. Это и начало беспрецедентного по своим масштабам и целям добровольного сокращения ядерных арсеналов СССР и США. Это - событие всемирной значимости. Ибо мы придаем демонтажу господствовавшей над миром инфраструктуры страха такую инерцию, которую уже трудно будет остановить... Важно что растет понимание абсурдности сверхвооружений, когда мир двинулся к эпохе экономической взаимозависимости, когда информационная революция делает все более явной целостность мира. Однако политикам приходится учитывать, что на пути к этой эпохе потребуются огромные усилия для устранения опасностей, унаследованных от прошлого и возникающих вновь. Преодоление препятствий материального, интеллектуального и пси-хологического порядка. На смену милитаризованному политическому мышлению, укоренившемуся в общественном сознании, должно прийти нормальное, человеческое. Это потребует времени. А помочь делу должна новая концептуальная основа безопасности. Доктрины ведения войны должны уступить место концепции их предупреждения и предотвращения. Планы «сокрушительного разгрома» воображаемого противника должны быть заменены совместными проектами стратегической стабильности и оборонной достаточности». (Вестник МИД СССР, 1991, № 16-18, стр. 22).



Выступая на обеде от имени Дж.Буша, М.С.Горбачев, в частности, сказал: «Никогда человечество не сталкивалось со столь большими опасностями, порожденными его собственным прогрессом. И нужно объединение всех интеллектуальных и моральных ресурсов, которыми располагает современная цивилизация, чтобы ответить на этот вызов. Не случайно в мире широко подхвачена тема нового мирового порядка. В ее разработку включились выдающиеся политические и духовные лидеры современного мира. Две наши страны обладают огромным потенциалом для участия в этом диалоге». (Вестник МИД СССР, 1991, № 16-18, стр. 24).


1 августа Завершение визита Дж.Буша в СССР. По итогам визита, кроме договора по СНВ, были подписаны и другие документы (о сотрудничестве в области предупреждения аварий, стихийных бедствий, ликвидации их последствий; о консультативно-техническом сотрудничестве в области экономики; меморандум о понимании и сотрудничестве в области безопасности гражданской авиации; соглашение о неотложных медицинских поставках и т.д.). Были опубликованы Совместные заявления о советско-американском взаимодействии в Центральной Америке в интересах мирного решения существующих проблем; по Югославии, в котором осуждалось применение силы в интересах разрешения политических разногласий, содержался призыв ко всем сторонам соблюдать договоренности о прекращении огня, а также Заявление по Ближнему Востоку в поддержку мирного урегулирования конфликта и созыва в этих целях международной конференции. (Правда, 1991, 31 июля - 1 августа).

http://www.gorby.ru/archival/expocenter/vneshpolitika/show_29328/






Видеосюжет о визите тут:

http://new.visualrian.ru/hier_rubric/video_historic/2448420.html

https://ria.ru/spravka/20140612/1011475340.html

=========================

Договор между Союзом Советских Социалистических Республик и Соединенными Штатами Америки о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-1)

http://docs.cntd.ru/document/901760878

=============================================================





Из книги Михаила Горбачева "Жизнь и реформы":

Глава 29. Джордж Буш в Москве за три недели до путча

В конце июля 1991 года с ответным визитом в СССР прибыл Президент Соединенных Штатов. Должно было состояться подписание Договора по СНВ.

Прежде чем написать эти и последующие строки, я внимательно перечитал сделанные тогда записи и вновь ощутил всю значимость происходившего в те дни. Встреч было несколько: доверительная беседа утром 30 июля, переговоры в расширенном составе, обмен мнениями в ходе рабочего завтрака и особенно значительная беседа в Ново-Огареве 31 июля. Для всех были характерны две особенности: высокая степень взаимного доверия, несмотря на расхождения в оценках по ряду вопросов, и большая степень согласия во взглядах не только на текущие, но и новые, лишь назревающие проблемы. Во всяком случае, многое из того, что мы обсуждали в то время, поныне является предметом дискуссий как на дипломатическом, так и на публицистическом уровне.

Подошел час возвращаться в Москву, в Кремль, где нас ждала торжественная церемония подписания Договора по стратегическим наступательным вооружениям, вынашивавшегося более девяти лет. Подписание состоялось во Владимирском зале. Выступая на церемонии, Буш, в частности, сказал: «Мы скрепляем тем самым создающиеся между нашими странами новые возможности, которые обещают дальнейшее продвижение на пути обеспечения прочного мира». Эти слова полностью соответствовали моим мыслям и оценкам этого акта.

Вспоминаю я сейчас об этом визите Президента США, последнем в Советский Союз, с некоторой горечью. Не знали мы тогда, что произойдет всего через три недели. Жили будущим. Говоря о множестве актуальных проблем, мы вместе с тем как бы подводили итог пройденного за 5–6 лет пути. Эти годы вывели мировую политику на принципиально новый, исторический рубеж, — когда она стала вершиться как общая политика держав, совсем недавно считавших себя смертельными врагами и в этой своей вражде готовых столкнуть весь мир к катастрофе. В этом смысле встречу президентов СССР и США в Ново-Огареве 31 июля 1991 года можно считать «звездным часом» нового мышления и соответствующей ему внешней политики.

Когда мы с Бушем, прощаясь у выхода из Кремлевского Дворца, пожимали друг другу руки, наступил уже август — трагический август Девяносто первого.

Рамки воспоминаний не дают возможности без ущерба для содержания описать более широко, с подробностями всю программу пребывания в СССР Президента США и его супруги. Но о двух моментах все же стоит сказать, ибо они проливают свет на то, что происходило тогда в кругах «советской» элиты.

В рамках визита состоялись два официальных обеда: с нашей стороны — в Грановитой палате, а с американской — в резиденции посла США.

Первым был наш обед. По протоколу я и Раиса Максимовна представляли президентской чете США приглашенных. В числе первых подошедших гостей оказалась супруга Ельцина, которую почему-то сопровождал Гавриил Попов. А в конце церемонии, когда гости все прошли, появился в гордом одиночестве Ельцин. Подходит и приглашает Барбару Буш в Грановитую палату. Все в недоумении (кроме меня, я-то Бориса знаю. Накануне он звонил мне и обращался с просьбой дать ему возможность выступить на обеде вместе со мной и Бушем. Я, естественно, отказал ему в этом. Зачем?). Смущена была и госпожа Буш: она ждет приглашения Президента СССР, хозяина приема. «Разве так можно?» — восклицает изумленно она.

Президент России очень хотел обратить на себя внимание. Потом уже на обеде в посольстве США Назарбаев и Ельцин были недовольны тем, что их не посадили за главные столы. И где-то в середине приема, поднявшись с мест, направились вдвоем к Президенту США. Это само по себе ничего не значило, если бы от Ельцина и Назарбаева не последовали горячие клятвенные заверения американскому президенту в том, что они «сделают все для успеха демократии в этой стране». Сидящие за столами наблюдали за происходящим не только с любопытством, но прежде всего с недоумением и естественным вопросом — что бы все это значило? И лишь наши герои не испытывали никакого смущения. Конечно, это уже выходило за всякие рамки. Это был сигнал Президенту СССР — предстоят нелегкие времена.

Читать полностью: https://history.wikireading.ru/413870



Глава из новой книги Михаила Сергеевича Горбачева «В меняющемся мире» :

Мы заранее с Бушем договорились, что, когда он приедет с официальным визитом в Москву, повторим нечто подобное тому, что он устроил в Кэмп-Дэвиде во время моего визита в США.

А именно — собраться в неофициальной обстановке, в узком кругу, предпочтительно за городом, «без галстуков», без всякого протокола и обязательной повестки дня. И поговорить обо всем.

Мы встретились в Ново-Огарево, переговоры решили провести на открытой веранде, выходившей на южную сторону, к Москве-реке. На всем протяжении беседы, которая заняла первую половину дня, в ней участвовали только Бессмертных и Черняев, Бейкер и Скоукрофт. Ну и, разумеется, переводчики.

Главной темой для меня в такой беседе была перспектива формирования новой системы всеобщей безопасности в русле совместно (впервые за всю историю) проводимой мировой политики по новым критериям, которые уже прошли некоторое испытание на практике.



При этом особое значение имеют отношения с США и Европой.

Вчера с Ельциным и Назарбаевым мы обсуждали одну идею. После подписания Союзного договора, может быть, дать какое-то время, прежде чем принять новую конституцию и провести выборы. То есть провести выборы после некоторой стабилизации ситуации, когда обстановка будет более благоприятной.

Мы должны действовать расчетливо. Ведь если проводить выборы в наиболее острый момент реформ, то консерваторы могут воспользоваться трудностями, сказать, что во всем, дескать, виноваты реформаторы, а вот они, консерваторы, воплощают здравый смысл и заслуживают поддержки. И действительно, они могут получить дивиденды. Так что нам надо все тщательно просчитать.

Мы это обдумаем.

И второй вывод. Нам необходимо более решительно, более быстро проводить реформы.

Что для этого нужно?

Как мы договорились, я не говорил об этом публично в Лондоне, но сейчас хочу сказать вам откровенно. Мы рассчитываем на реальную поддержку с вашей стороны, чтобы выиграть эту решающую битву за реформу.

— А какую реальную поддержку вы имеете в виду? — спросил Буш.

Я ответил:

— Когда мы перейдем к либерализации цен, то в поддержку этого крупного шага нам хотелось бы получить в соответствующий, точно рассчитанный момент товары, продовольствие, медикаменты. Далее, конечно, проблема конвертируемости рубля. Этот вопрос надо обсудить министрам финансов.

Нам предстоят вскоре очень ответственные, даже драматические шаги. Это, повторяю, решающий период.

Из высказываний Джорджа Буша я понял, что он хочет снять всякие сомнения о своей позиции относительно будущего Союза:

— У меня создалось впечатление, что некоторые здесь считают, что в Соединенных Штатах есть существенные силы, стремящиеся добиться распада Советского Союза или его экономического краха. Действительно, в моей собственной партии есть крайне правые, утверждающие, что это отвечало бы нашим интересам. А слева — либеральные демократы, которые набрасываются на вас по проблеме прав человека, считают, что мы должны воспользоваться трудным периодом, который переживает Советский Союз, чтобы навязать ему что-то извне.

Атакует нас пресса. Первоначально меня и Бейкера критиковали за то, что мы якобы слишком осторожны в отношениях с СССР, не используем новые открывшиеся возможности.

Теперь нападки пошли с другой стороны: дескать, Буш чересчур любит Горбачева, делает ставку исключительно на него.

…Когда казалось, что Горбачев и Ельцин идут друг на друга, что между ними не может быть примирения, некоторые у нас утверждали, что надо поставить все деньги на Ельцина. Однако администрация никогда не разделяла подобных взглядов, как и американский народ.

…Хочу заверить вас, что во время поездки в Киев ни я, ни кто-либо из сопровождающих меня не допустит чего-либо, что могло осложнить существующие проблемы, вмешаться в вопрос о том, когда Украина может подписать Союзный договор.

Надо признать, что в Киеве это свое обещание Буш выполнил.

Один из эпизодов во время визита Буша запомнился мне то ли как курьез, то ли как сигнал, что президенту СССР предстоят нелегкие времена. Это случилось на приеме в честь президента США и Барбары Буш, который был устроен в Грановитой палате Кремля.

По протоколу я и Раиса Максимовна представляли президентской чете США приглашенных.

В числе первых подошедших гостей оказалась супруга Ельцина, которую почему-то сопровождал Гавриил Попов. А в конце церемонии, когда гости все прошли, появился в гордом одиночестве Ельцин. Подходит и приглашает Барбару Буш в Грановитую палату. Все в недоумении (кроме меня, я-то Бориса знаю. Накануне он звонил мне и обращался с просьбой дать ему возможность выступить на обеде вместе со мной и Бушем. Я, естественно, отказал ему в этом. Зачем?). Смущена была и госпожа Буш: она ждет приглашения президента СССР, хозяина приема. «Разве так можно?» — восклицает изумленно она.

Президент России очень хотел обратить на себя внимание. А поставил в неловкое положение и себя, и всех. Но сегодня это кажется, в общем, лишь штрихом в общей картине.

Когда мы с Джорджем Бушем, прощаясь у выхода из Кремлевского Дворца, пожимали друг другу руки, наступил уже август — трагический август 1991 года.

https://www.novayagazeta.ru/articles/2018/08/15/77498-razgovor-s-bushem-v-novo-ogarevo





======================================================

Сергей Плохий
Последняя империя. Падение Советского Союза

Глава 1 Встреча в Москве

http://velib.com/read_book/plokhijj_sergejj/poslednjaja_imperija_padenie_sovetskogo_sojuza/chast_i_poslednijj_sammit/glava_1_vstrecha_v_moskve/

====================================================

1 августа 1991 года Президент США Дж. Буш-старший приехал в Украину с официальным визитом. Во время выступления в Верховной Раде УССР он предупредил, что выступает против отделения Украины от Советского Союза, назвав стремление украинцев к независимости "самоубийственным национализмом". Эта речь вошла в историю под названием "котлета по-киевски" (chicken Kiev speech). В отличие от Канады и Польши, которые сразу признали украинскую независимость, Соединенные Штаты сделали это лишь 25 декабря 1991 года, почти через месяц после референдума 1 декабря.







Текст речи президента США Джорджа Буша в Верховном Совете УССР перед народными депутатами республики, членами Кабинета Министров УССР, представителями политических партий, общественных организаций 1 августа 1991 года:

Прежде всего, позвольте мне воспользоваться этой возможностью, чтобы поблагодарить всю Украину, которая устроила нам столь теплый прием, столь сердечную встречу. Каждый американец в этой длинной автоколонне – и, поверьте мне, она была длинной – был глубоко тронут теплотой этого приема со стороны народа Украины. Мы никогда этого не забудем. Благодарю вас, Председатель Кравчук, и депутатов. Позвольте мне приветствовать Верховный Совет, представителей духовенства, присутствующих здесь членов дипломатического корпуса, представителей американских фармацевтических и медицинских корпораций, которые находятся здесь с нами сегодня, и всех уважаемых гостей. Барбара и я очень рады находиться здесь. Мы сожалеем лишь об одном – о том, что в четверг вечером я должен отправиться домой. Тем не менее, это придется сделать. Причина в том, что завтра наш конгресс завершает работу, и я счел важным быть там в последний день работы сессии. В вашем замечательном городе вспоминаешь слова Александра Довженко о том, что Киев – это цветущий сад, Киев – это поэт, Киев – это эпоха, Киев – это история, Киев – это искусство. Много веков назад ваши предки нарекли эту страну Украиной, то есть «границей», потому что ваши степи связывают Европу и Азию. Однако украинцы стали пограничниками иного рода. Сегодня вы открываете границы и контуры свободы. Хотя, как я уже говорил, мое пребывание здесь слишком непродолжительно, я прибыл сюда, чтобы поговорить с вами и поучиться. Для тех, кто любит свободу, каждый эксперимент в строительстве открытого общества дает новые уроки и возможности понять суть вещей. Вам предстоит решать особенно грандиозную задачу. На протяжении многих лет люди в этой стране ощущали себя бессильными, находясь в тени огромного правительственного аппарата, будучи связанными силами, которые пытались контролировать каждый аспект их жизни. Сегодня ваш народ испытывает надежду на свободу. В городах, республиках, на фермах, на предприятиях, вокруг университетских городков вы обсуждаете основополагающий вопрос свободы – самоуправление и свободное предпринимательство. Понимаете, американцы глубоко привержены всем этим ценностям. Мы следим за вашим прогрессом с чувством восхищения, волнения и надежды. И только это имеет историческую ценность. В прошлом наши государства были вовлечены в дуэли пропагандистской чепухи и бравады, а ныне фейерверки конфронтации сверхдержав уступают дорогу более тихим и гораздо более обнадеживающим видам искусства сотрудничества. Я прибыл сюда для того, чтобы сказать вам, что мы поддерживаем борьбу в этой великой стране за демократию и экономические реформы, и я бы хотел поговорить с вами сегодня о том, как относятся Соединенные Штаты к сложному и волнующему периоду вашей истории, каким образом мы намерены поддерживать отношения с центральным Советским правительством и с правительствами республик. В Москве я изложил наш подход. Мы будем поддерживать тех в центре и в республиках, кто стремится к свободе, демократии и экономической свободе. Мы будем принимать решения в отношении нашей помощи, основываясь не на личностях, а на принципах. И мы не можем сказать вам, каким образом преобразовать ваше общество. Мы не будем пытаться определить победителей и побежденных в политическом соревновании между республиками и центром. Это – ваше дело; это дело не Соединенных Штатов Америки. Однако не сомневайтесь в нашей подлинной приверженности реформам. Не думайте, что мы можем позволить себе решить ваши проблемы за вас. Теодор Рузвельт, один из наших великих президентов, когда-то написал: «Быть под покровительством – это столь же обидно, как и быть оскорбленным. Ни один из нас не стремится постоянно к тому, чтобы кто-нибудь другой добросовестно старался делать ему добро. Что мы хотим, так это работать с этим кем-нибудь другим на благо нас обоих». Вот что сказал наш бывший президент. Мы будем работать на благо нас обоих, а это означает, что мы не будем вмешиваться в ваши внутренние дела. Кое-кто призывает Соединенные Штаты сделать выбор между поддержкой Президента Горбачева и поддержкой стремящихся к независимости лидеров по всему СССР. Я считаю, что это неверный выбор. Откровенно говоря, Президент Горбачев добился поразительных вещей и целями его политики гласности, перестройки и демократизации являются свобода, демократия и экономическая свобода. Мы будем поддерживать как можно более прочные отношения с советским правительством Президента Горбачева, однако мы также ценим и новые реалии в жизни в СССР. И поэтому мы, будучи сами федерацией, хотим хороших отношений, лучших отношений с республиками. Итак, позвольте дополнить мои высказывания в Москве и более подробно описать то, что американцы имеют в виду, когда мы говорим о свободе, демократии и экономической свободе. Никакие другие термины не искажались более регулярно и более цинично, чем эти. На протяжении всего этого столетия деспоты рядились в демократов. Тюремщики выдавали себя за освободителей. И мы можем восстановить веру в правление лишь путем восстановления подлинного смысла этих концепций. Я бы не хотел, чтобы мои слова воспринимали как нотацию, однако позвольте начать с широкого термина «свобода». Когда американцы говорят о свободе, мы имеем в виду возможности людей жить без страха перед попытками правительства вмешаться в их жизнь, без страха перед травлей со стороны своих же сограждан, без ограничений свободы других. Мы не относимся к свободе как к такой привилегии, которую необходимо скупо раздавать лишь тем, кто придерживается надлежащих политических взглядов, или принадлежит к определенным группам. Мы относимся к ней как к неотъемлемому, индивидуальному праву, которое даровано всем мужчинам и женщинам. Как заметил лорд Эктон, «самое надежное испытание, по которому мы судим о том, по-настоящему ли свободна любая страна, это то. Насколько безопасно чувствуют себя меньшинства». Свобода требует терпимости, концепции, закрепленной в открытости, гласности и в нашей Первой поправке, посвященной защите свободы слова, собрания и религии – всех религий. Терпимость питает надежду. Один священнослужитель писал о гласности: «Сегодня, как никогда, актуальны слова апостола Павла, сказанные 2000 лет назад: «Они посчитали нас среди мертвых». Однако смотрите, мы – живы. На Украине, в России, в Армении, в Балтии расцветает дух свободы». Однако свобода не может выжить, если мы позволим процветать деспотам или, допустим, как, казалось бы, мелкие ограничения будут множиться до тех пор, пока не образуют цепи, до тех пор, пока не образуют оковы. Позже сегодня я побываю у монумента в Бабьем Яре, который служит печальными напоминанием о том, что происходит, когда люди не могут сдерживать ужасную волну нетерпимости и тирании. И вместе с тем свобода – это не то же самое, что независимость. Американцы не будут поддерживать тех, кто стремится к независимости для того, чтобы сменить тиранию, навязываемую издалека, местным деспотизмом. Они не будут помогать тем, кто поощряет самоубийственный национализм, порождаемый на межнациональной ненависти. Мы будем поддерживать тех, кто хочет построить демократию. И под демократией мы подразумеваем такую систему правления, в которой люди могут открыто состязаться, чтобы завоевать сердца и, конечно, же, голоса общественности. Мы имеем в виду такую систему правления, которая черпает свою основанную на справедливости власть из согласия управляемых, которая сохраняет свою законность, умеряя жажду власти. На протяжении многих лет у вас были выборы с бюллетенями, однако у вас не было демократии. А теперь демократия стала пускать глубокие корни в советской земле. Ключ к ее успеху – в понимании надлежащей роли правительства и ее предков. Демократия не является техническим прогрессом, движимым сухой статистикой. Это – самое человечное устремление, направленное на сохранение свободы с тем, чтобы мы могли делать по-настоящему важные вещи – растить семьи, проявлять свои творческие возможности, строить хорошую и плодотворную жизнь. В современных обществах свобода и демократия основываются на экономической свободе. Свободная экономика – это не что иное, как система общения. Она просто не может функционировать без индивидуальных прав или такого стремления получить прибыль, которая дает людям стимул отправляться на работу, стимул производить. И, разумеется, она не может функционировать без торжества закона, без честных и выполняемых контрактов; без законов, которые защищают права собственности и наказывают за мошенничество. Свободные экономики зависят от свободы волеизъявления, от того, имеют ли люди возможность обмениваться идеями и испытывать новые теории. Советский Союз годами ослаблял себя, ограничивая поток информации, запрещая устройства, жизненно важные для современных коммуникаций, такие, как компьютеры и копировальные аппараты. И когда вы ограничиваете свободу передвижения, даже туристические поездки, вы мешаете своим людям максимально использовать свой талант. Вы не можете что-то улучшать, если вы не имеете права общаться. И, наконец, свободная экономика требует подключения к основному экономическому процессу. Адам Смит заметил два столетия назад: «Торговля обогащает всех, кто в ней участвует». Изоляция и протекционизм обрекают тех, кто их практикует, на деградацию и нужду. Сегодня я обращаю на это внимание, потому что некоторые советские города, регионы и даже республики оказались вовлеченными в губительные торговые войны. Республики этой страны имеют обширные торговые связи, которые никто не может отменить одним росчерком пера или новым законом. Несравненно большая часть торговли, осуществляемой советскими компаниями, будь то импорт или экспорт, приходиться на торговлю между республиками, и это вам известно лучше, чем мне. Соглашение «девять плюс один» вселяет надежду на то, что республики будут сочетать большую автономию с более активным добровольным взаимодействием – политическим, социальным, культурным и экономическим – вместо того, чтобы ступать на безнадежный путь изоляции. Поэтому американские инвесторы и бизнесмены стремятся к тому, чтобы заниматься бизнесом в Советском Союзе, включая Украину. На этой неделе мы подписали такие соглашения, которые будут способствовать дальнейшему взаимодействию на всех уровнях между Соединенными Штатами и Советским Союзом. Однако, в конечном счете, наши торговые отношения будут зависеть от того, сумеем ли мы выработать общий язык, общий язык торговли – валюты, которые общаются друг с другом, законы, защищающие новаторов и предпринимателей, узы понимания и доверия. Должно быть, очевидно, что связи между нашими странами становятся все более прочными день ото дня. Я выдвинул президентскую инициативу, согласно которой Советскому Союзу оказывается крайне необходимая медицинская помощь. И эта помощь является проявлением американской солидарности с советскими народами во времена лишений и страданий. В рамках этой помощи в Киев было поставлено оборудование, при помощи которого лечат людей, пострадавших от Чернобыля. Вы должны знать, что сердце Америки, сердца всех были с людьми здесь во время Чернобыля. Мы направили группы, чтобы помочь вам улучшить безопасность украинских атомных электростанций и угольных шахт. Мы также увеличили число культурных обменов с республиками, включая более широкие обмены с юристами, учеными, деятелями культуры Америки и Украины. Мы понимаем, что вы не можете преобразовать свою систему за один день. Первая система правления в Америке – Континентальный конгресс – потерпела неудачу из-за того, что штаты были слишком подозрительно настроены по отношению друг к другу, а центральное правительство было слишком слабым, чтобы защищать торговлю и права личности. За 200 лет мы научились тому, что свобода, демократия и экономическая свобода значат гораздо больше, нежели просто объекты для вдохновения. Они значат больше, чем слова. Они являют собой вызовы. Ваш великий поэт Шевченко заметил: «Лишь в собственном доме вы можете обрести свою правду, свою силу и свободу». Ни одно общество никогда не достигало совершенства в том, что касается демократии, свободы и предпринимательства. Если оно в полной мере использует достоинства и способности своих народов, оно может использовать эти цели в качестве ориентиров на пути к лучшей жизни. Старинная украинская пословица гласит: «Когда вы начинаете великое дело, освободите вашу душу от слабости». Народы СССР приступили к великому делу, полные мужества и энергии, и я прибыл сегодня сюда, чтобы сказать, что мы поддерживаем тех, кто открывает границы свободы. Мы присоединяемся к этим реформаторам на пути к тому, что мы уместно называем новым мировым порядком. Вы являетесь лидерами, участниками политического процесса. А я отправляюсь домой для участия в активном политическом процессе, поэтому если вам довелось увидеть меня, слишком энергично размахивающего руками из лимузина, это было, когда подумалось, что, может быть, некоторые из этих людей, стоящих вдоль улиц, были из Филадельфии, или Питсбурга, или Детройта, где живет так много американцев украинского происхождения, были вместе со мной, когда я произносил эти слова здесь сегодня. Для Барбары и меня находиться здесь было великим событием. Мы приветствуем вас. Мы приветствуем те перемены, которые видим. Я вспоминаю французскую фразу: «Вив ла диферанс!» — Да здравствуют различия! – и я наблюдаю различные мнения в этом парламенте, и именно так это и должно быть. Один хочет этого, другой – того, именно так идет процесс, когда вы свободны и открыты, соревнуясь при помощи идей, чтобы увидеть, кто окажется правым и кто может дальше больше народу Украины. Что касается нас, то это была замечательная поездка, хотя и слишком непродолжительная. Позвольте мне просто сказать: «Да благословит Господь народ Украины!» Огромное спасибо.

Источник: http://stuki-druki.com/authors/Bush-senior_Chicken_Kiev_speech.php





===================

Предлагаем взгляд и анализ событий тринадцатилетней давности, когда отец действующего президента США побывал в Киеве впервые. Свой взгляд на тот период и его последствия высказывает бывший посол Украины в Соединенных Штатах и Канаде Юрий ЩЕРБАК.

http://day.kyiv.ua/ru/article/nota-bene/ukraina-na-shahmatnoy-doske-busha-starshego





==============================



Павел Палажченко
6 мая 2017 г. ·

The Yeltsin Maneuver
(see the English text below)



Вот такая фотография висит на стене в спецбуфете ТАСС. Наверное, где-то есть и оригинал. Но пока довольствуюсь этим снимком, который прислала Татьяна Виноградова (Tatiana Vinogradova). Спасибо, Таня – это напомнило мне эпизод визита Джорджа Буша в Москву, описанный в моей книге My Years With Gorbachev and Shevardnadze. Английский текст ниже, а здесь перескажу по-русски.

В предпоследний день визита Буша в Москву состоялся официальный обед в Грановитой палате в Кремле. Было много разговоров о том, придет ли Ельцин. Отношения его с Горбачевым в это время были получше, чем полгода назад - с большим трудом довели до конца работу над проектом Союзного договора, и вроде бы он собирался его подписать. Но «подтекст» оставался.
Ельцин на обед пришел. Но сначала в зал вошла Наина Иосифовна, вместе с мэром Москвы Поповым. Я не сразу понял почему. Ельцин вошел в одиночестве, широко улыбаясь, уже после того, как последние гости прошли к столам, поприветствовав двух президентов с супругами. Это был «протокольный маневр», изумивший всех и подчеркивавший особый статус Ельцина: президент России не хотел быть рядовым гостем. Ему надо было войти в зал наравне с главными лицами. Но все-таки без супруги – в этом был определенный компромисс.
- Что ж ты доверил жену Попову, Борис Николаевич? – с некоторым напряжением в голосе пошутил Горбачев.
- А он уже не опасен, - ответил Ельцин, после чего торжественно вошел в зал вместе с Горбачевым и Бушем.
На другой день кто-то из американцев сказал мне, что маневр Ельцина не остался незамеченным. Более того – огорчил Буша, который надеялся, что раздоры между Горбачевым и Ельциным остались в прошлом. В заключительной беседе об этом сказал Горбачеву и сам Буш.

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=1305650532888219&set=a.264659273654022.57859.100003298555447&type=3&theater

====================

==========================================================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================================================



Tags: ! - Внешняя политика Перестройки, ! - История Перестройки, 1991, Буш, ИсторияПерестройки, Михаил Сергеевич Горбачев
Subscribe

Posts from This Journal “! - Внешняя политика Перестройки” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments