ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

Categories:

Легендарный перелет Матиаса Руста

28 мая 1987 года - в День пограничника - 18-летний Матиас Руст вылетел из Хельсинки на четырёхместном лёгком самолёте «Цессна-172Б Скайхок» и в тот же день приземлился у Спасской башни московского Кремля.

Евгений Евтушенко, «Русские коалы»:

Нахальный аэрокурёнок
Чуть Кремль не сшиб — всё от того,
Что был прошляплен он спросонок
Коалами из ПВО.


Всем любителям конспирологии, видящим в Русте агента ЦРУ направленным для проверки прорех в советской системе ПВО, хочу напомнить, что не менее дерзкий и авантюрный полет с нарушением государственных границ, Матиас совершил за год до этого. В октябре 1986 года он вылетел из своего родного Гамбурга в столицу Исландии - город Рейкьявик. Там в то время проходили переговоры Михаила Горбачева и Рональда Рейгана.
Он сбросил в конверте свое Послание мира прямо к особняку где шла встреча лидеров двух сверхдержав.
Что тогда тоже прощупывались слабые места в противовоздушной обороне Исландии?
Вряд ли.
Просто не надо искать черную кошку в той темной комнате, где ее нет ;)

Итоги саммита в Рейкьявике разочаровали Руста. По его мнению, консервативный глава США так и не решился принять предложение прогрессивного Горбачева о поэтапном и тотальном уничтожении ядерного оружия. Тогда Матиас решил продемонстрировать свою поддержку лидеру Перестройки и личным примером народной дипломатии наладить мосты между Востоком и Западом.



Он совершил промежуточную посадку в аэропорту Мальми в Хельсинки для дозаправки. Диспетчерской службе аэропорта Руст сказал, что летит в Стокгольм. В какой-то момент Руст прекратил связь с финской диспетчерской службой, а затем направился к береговой линии Балтийского моря и исчез из воздушного пространства Финляндии около Сипоо. Спасатели обнаружили в море масляное пятно и расценили это как доказательство крушения самолёта. Руст же пересёк советскую границу и взял курс на Москву.
В одном случае (на аэродроме Тапы) по тревоге подняли два дежурных истребителя. Истребители обнаружили самолёт Руста, но не получили инструкций о дальнейших действиях и, сделав несколько пролётов над самолётом «Цессна» (самолёт Руста двигался на малой высоте и с малой скоростью полёта, что делало невозможным постоянное сопровождение его скоростными истребителями), просто вернулись на аэродром. Двигаясь в Москву Руст ориентировался по железной дороге Ленинград-Москва. По пути его полёта в воздух поднимались дежурные звенья с аэродромов Хотилово и Бежецка, но приказа сбить «Цессну» так и не поступило. После того, как в 1983 году был сбит пассажирский южнокорейский Боинг, пограничникам было запрещено сбивать невоенные лайнеры.

Автоматизированная система ПВО Московского военного округа была отключена для профилактических работ, поэтому слежение за самолётом-нарушителем пришлось производить в ручном режиме и координировать по телефонной связи. Таким образом самолёт Матиаса Руста не попал в список самолётов, сбитых во время холодной войны.

Руст сделал круг над Красной площадью, приземлился на Большом Москворецком мосту, накатом доехал до Собора Василия Блаженного, в 19:10 вышел из самолёта и стал раздавать автографы. Через 10 минут его арестовали.

=================

Игорь Иртеньев

"Ода Матиасу Русту"

Ероплан летит германский —
Сто пудов сплошной брони.
От напасти бусурманской
Матерь Божья, сохрани!

Кружит, кружит нечестивый
Над Престольной в небеси,
Отродясь такого дива
Не видали на Руси.

Не боится сила злая
Никого и ничего,
Где ж ты, Троица Святая?
Где родное ПВО?

Где же ты, Святой Егорий?
Или длинное твое
Православию на горе
Затупилося копье?

Кружит адово страшило,
Ищет, где б ловчее сесть…
Клим Ефремыч Ворошилов,
Заступись за нашу честь!

Острой шашкою своею
Порази врага Руси,
Чтоб не смог у Мавзолея
Супостат раскрыть шасси.

А и ты, Семен Буденный,
Поперек твою и вдоль!
Иль не бит был Первой конной
Федеральный канцлер Коль?

Невский-князь, во время оно
У Европы на виду
Иль не ты крошил тевтона
На чудском неслабом льду?!

Но безмолвствуют герои,
Крепок их могильный сон…
Над притихшею Москвою
Тень простер Армагеддон.

1987

====================






«Правда», 30 мая 1987 года, страница 6.









Самолет, на котором Матиас Руст летал в Москву, стал теперь экспонатом Берлинского технического музея




Матиас Руст: "Я думал, что помогаю Горбачеву".

Обозреватель «Комсомолки» напросилась в гости к скандально знаменитому летчику и узнала подробности, которые Матиас Руст никогда и никому не рассказывал.

«Перестройку я немножечко ускорил»

- Когда ты прилетел домой после советской тюрьмы, тебя, Матиас, наверное, встречали как героя?

- Нет, героем я был, только пока сидел. Потом мнение изменилось, потому что от меня ждали совсем другого поведения. Я был очень слаб физически и морально, потерял вес и больше года общался с единственным человеком - соседом по камере. А от меня ждали поднятой в приветствии руки и радостных улыбок. Я был счастлив, конечно, но в то же самое время мне было грустно. У меня было ощущение, что я оставил в СССР друзей. Я имею в виду тех следователей, которые меня допрашивали.

- И поэтому через несколько лет вернулся в Россию опять?

- В 1994-м. Было очень интересно посмотреть, как все изменилось. Сравнивать, конечно, было не с чем - в 1987-м я постоял на Красной площади всего 15 минут. Но я, еще находясь в тюрьме, заметил, что что-то происходит. Сосед по камере, его звали Александр, читал мне газету «Правда» и говорил, что манера изложения стала другой. Спустя 7 лет я прожил в Москве несколько недель. Она произвела на меня огромное впечатление.

Читать полностью: http://kp.ru/daily/25889.5/2850311/

==============

Кадриль для Матиаса Руста
Юлий Ким

Здравствуй, киндер дорогой,
Гость, никем не чаемый,
В нашей склоке мировой
Голубок отчаянный!

Прилетел, настрекотал,
Крылышки расправил,
Агромадный арсенал
Сходу обесславил!

Ждать не может человек
Череду столетий:
- Надоел двадцатый век,
Хочу тридцать третий.

Где ни пушек, ни границ,
Ни плохой погоды,
Где не меньше, чем у птиц,
У людей свободы!

Генералы ПВО,
Вам навек спасибо:
Не убили вы его,
А ведь как могли бы!

Молодец Матюша Руст,
Пошутил по-русски:
И смышленный, и не трус,
И сидит в кутузке!

Партия, правительство,
Есть такое мненье:
Отпустите вы его
В виде исключенья.
Это будет торжество
Нового мышленья!

1987

===============













==================================================================



=======================================================



Юлий Ким
Кадриль Матиаса Руста
https://www.youtube.com/watch?v=Dk70g8ae33A



Илья Мильштейн
Навеки восемнадцатилетний

...Если же оценивать человеческую жизнь по высшей шкале подвига, то и реформатор Горбачев, и миротворец Руст, который летел в Москву, чтобы его поддержать и выразить восхищение, – подлинные герои.

http://www.svobodanews.ru/content/article/24595463.html







О "кадрили Матиаса Руста", так назвал свою песню бард Юлий Ким, вспоминают 30 лет спустя журналист Саид Бицоев, политик Виктор Алкснис, военный эксперт Павел Фельгенгауэр, корреспондент Радио Свобода в Германии Юрий Векслер.

===============================







Версия Олега Кашина:

Воздушные шарики для Матиаса Руста


Как Горбачев 26 лет назад избавился сразу от всего советского высшего военного командования. Художественная реконструкция Олега Кашина

28 мая 2014 года

Отпраздновали новый 1987 год, и в первые же дни января о «серьезном разговоре» попросил министр обороны Соколов. Встретились в Кремле — кажется, это вообще была их первая встреча один на один, обычно маршал старался лишний раз не попадаться генеральному секретарю на глаза, и Громыко шутил, что, видимо, Соколов запирается у себя на даче, где у него стоят, как в парке культуры, игровые автоматы, и он бросает пятнадцатикопеечную монету в щелочку, приникает к резиновому окошку для обзора, пускает ракеты — мечтает о большой войне. Война маленькая, афганская, в распоряжении Соколова вообще-то имелась, но с тех пор как Громыко привез откуда-то интеллигентного доктора Наджиба и сказал, что теперь этот Наджиб будет президентом Афганистана, всем в политбюро как-то стало ясно, что и эту войну скоро придется заканчивать, уводить солдат, которых пока не убили, из афганских гор, забыть навсегда об этом Афганистане. Вслух этого никто не говорил, но как-то было ясно, как будто стены ореховой комнаты сами транслировали завтрашние политические новости напрямую в головы членам политбюро.

Он думал, маршал и будет говорить с ним об Афганистане — о чем еще? Но Соколов, покряхтывая, разложил перед ним явно невоенного происхождения бумажки; он сразу узнал сводки Центрального статистического управления и не очень тихо вздохнул; маршал Соколов все-таки не входил в перечень тех людей, с которыми генеральному секретарю было интересно говорить об экономике. Денег, что ли, попросит?

Но маршал денег не просил, а с какой-то андроповской интонацией сказал, что ему и его коллегам (он так и сказал — «коллеги») очевиден тупик, в который зашла советская экономика, он (и коллеги, он это повторил) склонен связывать провисание основных показателей по всем отраслям народного хозяйства с нездоровой обстановкой в общественно-политической сфере, и хотя он не считает, что вмешательство военных в управление страной это благо, но присяга, которую он принес еще до рождения генерального секретаря, не просто дает ему право, но и обязывает его положить конец разрушительным тенденциям в стране, пока есть такая возможность.

— В общем, вот письмо, — закончил Соколов и протянул лист бумаги. Генеральный секретарь пробежал глазами только по подписям. Человек пятнадцать, вообще все руководство министерства обороны, генерального штаба, командование родов войск. Да уж, дела.

Маршал, пока говорил, смотрел ему прямо в глаза — смотрел с ненавистью, как будто перед ним не генеральный секретарь ЦК, а как минимум немецко-фашистский военнопленный. Смешно — о чекистах как об угрозе много раз говорил ему еще Суслов, а теперь не чекисты, а армия пришла в его кабинет, и — стоп, действительно, это же его кабинет, а не маршала Соколова. Глотнул чаю с молоком, улыбнулся по-хозяйски.

— Вы высказались, товарищ маршал Советского Союза? Спасибо, — и заметил, что маршал тут же обмяк, видимо, в нервной системе включилось что-то, что отвечает за поведение на заседаниях политбюро, хорошо. — Буду с вами откровенен. Положение страны в вашем изложении выглядит гораздо более безоблачным, чем представляется мне и моим (ударение на «моим») коллегам. И ваше беспокойство я разделяю, наша страна стоит на пороге самого серьезного, беспрецедентного (он все-таки сказал «беспрецеНдентного», по цековской привычке — нервничал), по крайней мере, если брать послевоенный период, кризиса. О заданиях двенадцатой пятилетки уже можно уверенно сказать, что выполнены они не будут, и ЦСУ, — легкая усмешка и жест ладонью над бумажками со статистическими сводками, — придется постараться, чтобы объяснить народу, что так и было задумано. Так что здесь я могу вас заверить, что вы пришли по адресу и нашли своего союзника, и еще раз спасибо вам.

Маршал смотрел на него уже без ненависти и просто хлопал глазами — хлоп, хлоп. Главное не засмеяться; продолжил:

— Далее, товарищ маршал. Я категорически и принципиально не разделяю ваших позиций по поводу того, что трудности в народном хозяйстве как-то связаны с нашей политикой в общественной и духовной сфере. Я бы посоветовал вам взять в ЦСУ сводки за восемьдесят третий или даже восемьдесят первый год, и вы увидите такие цифры, после которых будет вообще непонятно, почему вы пришли с таким разговором только сейчас и ко мне, хотя надо было идти к Леониду Ильичу, который, согласитесь, ничего из того, чем вы сейчас недовольны, в политической сфере не делал. Я не стану сейчас, когда у нас такой откровенный разговор, забалтывать вас лозунгами, и честно скажу, что наши успехи в новом мышлении еще очень далеки от того, что мы наметили на двадцать седьмом съезде партии. Но другого пути у нас нет, и это принципиальная позиция партии и ее центрального комитета, вы это прекрасно знаете.

Снова отпил чаю. Посмотрел на маршала. Маршал прятал глаза. Хорошо.

— Последнее. Вы прекрасно понимаете, что военный переворот — это занятие, не так чтобы очень достойное кандидата в члены политбюро да и вообще члена партии, коммуниста. Вы гордитесь годами безупречной службы — я вами тоже горжусь, Сергей Леонидович, но вспомните маршала Жукова. Даже ему такое не удалось, даже ему, а вы ведь, мой дорогой, совсем не Жуков. И напомню вам, что вы присягали не только родине, но и партии, и, каких бы оправданий вы бы себе ни искали, присягу вы все-таки нарушили — здесь, сейчас. Надеюсь, вы понимаете, что этого разговора и этого письма достаточно, чтобы вас арестовать, вот прямо тут у меня в кабинете, и поверьте, рука бы у меня не дрогнула вызвать охрану, вы мне все-таки дороги не очень при всем моем к вам уважении. И коллег ваших (взял двумя пальцами письмо, помахал им в воздухе) тоже арестовать не проблема, и вы тоже прекрасно это знаете. Что вы сделаете, танки в Москву введете? Ну, попробуйте, а я на вас посмотрю.

Совсем занервничал, нехорошо. Подержал в руках чашку — чая уже не было, кончился. Поставил чашку.

— Но арестовывать вас я не буду, не бойтесь. Новые тухачевские мне нужны меньше всего, и повторю еще раз: я же разделяю вашу обеспокоенность по всем пунктам, только выводы у нас с вами разные. И знаете что? У меня к вам серьезное предложение в духе ленинских норм. Дискуссия на пленуме, острый и откровенный разговор, и борьба аргументов, а не танков. Согласны? Вижу, что согласны. К январскому пленуму подготовиться не успеем, а к июньскому, по-моему, отлично. Готовьте цифры, готовьте факты, готовьте идеи. Будем спорить по-настоящему, по-ленински. А до пленума к этому разговору возвращаться не будем, идет?

Маршал встал, вытянул руки по швам — Служу Советскому Союзу. Пожали друг другу руки, маршал вышел. Генеральный секретарь нажал на кнопку, попросил чаю, а сам вытащил носовой платок и вытер со лба выступивший наконец пот — черт подери, а ведь страшно было, а. Чертовы вояки, — вслух выругался, стало чуть легче. Посмотрел еще раз на письмо. Маршалы, маршалы, маршалы. Эту атаку он отбил, к пленуму они могут подготовиться лучше. Что ж, осталось пять месяцев.

Взял телефон, вызвал Громыко.

***

Связка серебристых воздушных шариков застряла в двери интуристовского «икаруса», который остановился у гостиницы «Виру». Западногерманский мальчик захныкал, и советский гид — просто гид, даже не осведомитель КГБ, так бывает, — улыбнулся и бросился помогать мальчику. Гид был глуп, но наблюдателен, и он заметил даже, что, во-первых, бечевка от шариков была привязана к запястью мальчика, и во-вторых — сами шарики были какие-то странные, как будто сделаны из какого-то тонкого и легкого, но все же настоящего металла. Эти два пункта проходили по части наблюдательности, а по части глупости прошло очевидное «чего только не придумают эти немцы». Гид еще раз улыбнулся и повел делегацию к стенам старого города. Конец мая, солнце, тепло. Лучшее время в Эстонии, да и во всем Советском Союзе.

Мальчик с шариками шагал вместе со всеми, а уже в воротах крепости женщина, с которой этот мальчик приехал, высокая немка с лошадиным лицом, вряд ли мать, слишком равнодушная, остановилась, придерживая мальчика за плечо и приговаривая по-немецки что-то вроде «давай их отпустим, пусть летят», отцепила связку от ребенка, крепко взяла в свою руку, но почему-то не выпустила, а замерла, глядя на часы. Но гиду и это не показалось странным, он рассеянно смотрел сначала на нее, но потом появились трое подвыпивших парней в зеленых фуражках, — ах да, сегодня же день пограничника, — заметили немцев, стали кричать «Хенде хох», и гид занялся парнями, подошел к ним вплотную, зашипел, что сейчас позвонит в комендатуру, и праздник продолжится на гауптвахте.

Группа так и толпилась у ворот, глазела по сторонам. Разобравшись с пограничниками, гид вернулся к шарикам, и только теперь почувствовал что-то неладное — женщина так и сжимала конец бечевки в руке и напряженно смотрела на свои часы.

— Фрау, что-нибудь не так? — поинтересовался гид. Женщина молчала, гид тупо посмотрел на ее часы — обычные электронные японские, он такие недавно продал начальнику жены у нее на работе, жена очень просила. Секунды шли, женщина смотрела, смотрел гид, серебристые шарики болтались на ветру над их головами, рвались в небо.

— Что-нибудь не так? — повторил он. На часах было 14:06:54. 55, 56, 57, 58, 59 — электронный дисплей показал 14:07, и женщина выпустила бечевку, шарики радостно взмыли в небо.

— Нет, товарищ, все в порядке, я просто задумалась, — улыбнулось лошадиное лицо, и туристы пошагали в крепостные ворота. В ту же минуту на командном пункте в Ленинграде дежурный офицер 60-й армии ПВО получил срочный доклад из дислоцированной в Эстонии 14-й дивизии о неопознанном самолете, движущемся из центра Таллина на юг. Ленинград приказал посадить цель, самолеты поднялись в воздух и уже через двенадцать минут Таллин докладывал — произошла ошибка, это всего лишь связка воздушных шариков. В Ленинграде выматерились, сделали соответствующую запись в журнале и продолжили дежурить. «Сессна-172» Матиаса Руста к тому времени уже пересекла советскую границу у эстонского поселка Локса и летела теперь в сторону Москвы, меняя курс таким образом, чтобы следовать только мертвыми зонами — сплошного поля радиолокации над советской территорией не было никогда, и участков, не контролируемых советскими радарами, было много. Заметили «Сессну» только над станцией Дно, известной тем, что на ней когда-то отрекся от престола царь Николай. Цели был присвоен номер 8255, в воздух снова поднялись самолеты, но было уже поздно, Руст летел к Москве.

Вечером, в половине седьмого, он приземлился на Большом Москворецком мосту, и уже по асфальту поехал к собору Василия Блаженного. Майский вечер, много туристов, преимущественно иностранцы. Затворы фотоаппаратов заглушили бой кремлевских курантов, а в Спасские ворота Кремля мрачно въезжал «Зил» министра обороны, не справившегося с обороной. Июньский пленум наступил месяцем раньше намеченного, министр это сам прекрасно понимал и чувствовал себя уже умершим. Может быть, он действительно умер именно в тот день, просто этого никто не заметил. Его похоронят только через двадцать пять лет, 101-летним, когда он поймет, что по ту сторону векового юбилея изображать живого — это уже не смешно.

А осенью, через полгода после отставки маршала, режиссер-мультипликатор Хитрук удивится, обнаружив свое имя в указе о награжении почетными званиями — ни повода не было, ни в особой любви к нему советская власть до сих пор замечена не было. Если бы Хитрук узнал, в чем дело, он бы удивился еще сильнее — это просто Громыко позаимствовал идею с воздушными шариками из мультфильма про Винни-Пуха, и теперь благодарил ее автора.

http://svpressa.ru/society/article/88459/





Матиас Руст с матерью в зале суда после вынесения приговора, Москва, 4 сентября 1987 года.

============================================================================

ПОЛЕТ НАД ГНЕЗДОМ СОЦИАЛИЗМА
25.05.2017 | Даниил Казбеков, «Мемориал» | "Новое время" №16-17 (445) от 21.05.17


30 лет назад, 28 мая 1987 года, на Васильевском спуске у Красной площади приземлился иностранный самолет, незаконно пересекший границу СССР. За штурвалом был пилот-любитель из ФРГ Матиас Руст


В 1987 году, после январского пленума ЦК КПСС, перестройка выходит на новый виток развития. Перемены затрагивают почти все сферы политики, экономики, общественной жизни. Происходит разворот и во внешней политике, особенно в отношениях между СССР и США. Между двумя недавно враждовавшими сверхдержавами перекидываются телемосты — советские граждане, журналисты, ученые в прямом эфире общаются с американцами; летом из Ленинграда в Москву стартует совместный американо-советский «поход за мир».

Буквально в течение двух лет СССР становится одной из самых интересных стран мира, а генсек ЦК КПСС Михаил Горбачев — самым популярным мировым политиком. Именно с ним многие связывают надежду на прекращение Холодной войны, длящейся более 40 лет. Вероятно, этой надеждой загорелся и 18-летний юноша из ФРГ Матиас Руст, родившийся в 1968 году в Веделе, западном пригороде Гамбурга.

Когда Матиасу исполнилось пять лет, отец взял его на аэродром. Там Руст впервые увидел, как взлетает и приземляется множество маленьких самолетов. Зрелище потрясло мальчика, и с тех пор он постоянно мечтал когда-нибудь стать летчиком.

На 18-летие отец подарил юноше полет на самолете с пилотом. Как потом вспоминал Руст, это ему настолько понравилось, что через три месяца он стал брать уроки у того же летчика. Пройдя курс из 80 часов теории и 40 часов практики, осенью 1986 года Матиас получил лицензию на управление самолетом.

Летное дело, впрочем, не было единственной его страстью. Матиас внимательно следил за событиями мировой политики — в частности, советской перестройкой.

11 октября 1986 года Михаил Горбачев прибыл в Рейкьявик, столицу Исландии, на свою вторую встречу с президентом США Рональдом Рейганом с намерением подписать соглашение между СССР и США по кардинальному сокращению ядерных вооружений. Однако договоренность не состоялась. Руст воспринял итоги саммита в Исландии очень болезненно, посчитав, что срыв переговоров — на совести Рейгана: американский-де президент продолжает недоверчиво относиться к внешней политике СССР, в то время как Горбачев демонстрирует абсолютную честность и готовность сократить ядерный потенциал во имя мирного будущего. Тогда же Русту пришла в голову мысль: если лидеры двух сверхдержав не могут договориться, он сам попытается наладить отношения между Востоком и Западом.

БЕЗУМСТВО ХРАБРЫХ
В начале мая 1987 года Руст приступил к осуществлению своего замысла. Он собирался отправиться сначала в Рейкьявик, оттуда перелететь в Москву и лично вручить Горбачеву собственный 20-страничный план мирного разрешения конфликта между социалистическим и капиталистическим лагерями. Путешествие на небольшом спортивном самолете «Сессна-172» должно было занять много времени, поэтому Руст запасся большой канистрой с топливом, взял с собой спальный мешок. О своем плане он никому не сообщал — у родственников и знакомых его «акция» вызвала шок.

13 мая 1987 года Матиас Руст вылетел с аэродрома городка Итерзен, в 35 км от Гамбурга и через пять часов приземлился на Шетландских островах близ Шотландии. 15 мая, сделав промежуточную остановку на острове Воар, он прилетел в Рейкьявик. Еще неделю спустя, 22 мая, — вылетел в норвежский Берген, а 25 мая приземлился в Хельсинки, где пробыл до утра 28 мая. Всего за две недели Руст пролетел 2600 миль (4184 км), проведя в небе 60 часов, — неплохо для 18-летнего летчика-любителя!

Утром 28 мая Руст прибыл в хельсинкский аэропорт Малми, заправил «Сессну», заполнил заявку на полет до Стокгольма и в 12:21 вылетел в направлении столицы Швеции. Однако через 20 минут он выключил транспондер и резко, на 90 градусов, повернул с юго-запада на юго-восток, по направлению к советской границе. Вероятно, из желания отвлечь внимание финских ВВС, а может, чтобы избежать перехвата, Руст сбросил в Финский залив канистру с бензином, как бы имитируя авиакатастрофу (это было не самое обдуманное решение — позже Финляндия предъявит летчику счет за проведение поисково-спасательной операции).

Ночью перед вылетом из Хельсинки, как рассказывал потом Руст, он очень волновался и почти не спал. Однако успокоился, как только повернул к Москве, — почувствовал, что находится в каком-то трансе. А подлетая к побережью Эстонии, сказал себе: «Вот я и в СССР».

ПРОВОРОНИЛИ
СССР, «империя зла», по выражению Рейгана, обладал крупнейшим в мире противовоздушным оборонным комплексом, и только череда случайных совпадений позволила Русту почти беспрепятственно пролететь над территорией «самой защищенной» на Земле страны.

Случайность первая. Когда в 14:56 по московскому времени самолет Руста пересек границу СССР в районе эстонского городка Кохтла-Ярве и оказался на территории Прибалтийского военного округа, его засек дежурный военного аэродрома Тапа. Руст летел на высоте 2500 метров — его самолет можно было увидеть с земли. Однако дежурный принял «Сессну» за советский Як-12 и решил, что у него, очевидно, есть разрешение на перелет.

Случайность вторая. В СССР применялась система радиолокационного опознавания «свой-чужой». Днем 28 мая на территории Псковской области, над которой пролегал маршрут Руста, кодовые пароли системы сменились в соответствии с графиком, и самолету Руста был ошибочно присвоен код «свой».

Случайность третья. 27 мая недалеко от города Торжка Тверской области потерпел крушение военный самолет. 28 мая проходили поисково-спасательные работы, и пролетавшая в той же местности «Сессна» была принята за спасательный вертолет.

Случайность четвертая. Москву окружало так называемое «золотое кольцо» ПВО — три пояса ракетных установок, предназначенных для уничтожения вражеских воздушных судов. Система была автоматизирована, но именно в этот день ее отключили для профилактических работ. Руст беспрепятственно пересек Московскую область и в районе 18:оо подлетел к окраинам Москвы.

Впрочем, нельзя сказать, что Русту удалось долететь до Москвы исключительно благодаря везению. Как известно, 1 сентября 1983 года советский истребитель сбил в районе Сахалина пассажирский самолет «Корейских авиалиний», выполнявший рейс Нью-Йорк — Сеул и принятый за разведывательный. На борту было 269 человек, все они погибли. Советское руководство не спешило признать свою вину в трагедии, и на этой почве, а также из-за того, что СССР возложил ответственность за гибель людей на США, советско-американские отношения резко ухудшились. Теперь, когда в отношениях двух государств наступило потепление, советские военные обязаны были вести себя крайне осмотрительно. Интересно, что за несколько дней до перелета Руста, 17 мая 1987 года, корабль ВМС США «Арканзас» с 16 ракетами на борту беспрепятственно зашел в воды Авачинского залива в районе Камчатки. Впрочем, «Арканзас» достаточно быстро покинул территорию СССР, и конфликта удалось избежать.

ЗЛОСТНЫЙ ХУЛИГАН
Первоначально Руст планировал приземлиться на территории Кремля, однако потом посчитал, что в таком случае его перелет не будет замечен простыми людьми. К тому же Руст понимал, что ему не избежать встречи с КГБ, ну а раз так, то пусть такая встреча пройдет в более людном месте. Хотя Москва оказалась запутаннее, чем ожидал Руст, он сориентировался по силуэтам высоток на Арбате и кремлевским башням. Подлетев к Красной площади, дважды попытался приземлиться у Мавзолея, но не смог из-за большого скопления людей. Тогда, сделав петлю над гостиницей «Россия» и Большим Москворецким мостом, Руст накатом посадил «Сессну» прямо напротив храма Василия Блаженного.

Прохожие сначала подумали, что снимают фильм. Кто-то вовсе решил, что это личный самолет Горбачева. Однако когда стало ясно, чтó за редкая птица залетела в советские края, вокруг «Сессны» в считанные минуты собралась внушительная толпа человек в двести. Какой-то юноша, неплохо говоривший по-английски, вызвался быть переводчиком.

Выход Руста в народ длился около часа. Лишь в районе 19:45 к самолету подрулили сотрудники КГБ (это при том, что военные на Красной площади дежурили у Мавзолея и у ворот Спасской башни круглосуточно). Первые 15 минут Руста допрашивали прямо у самолета, а затем отвезли в «Лефортово»* — печально знаменитый следственный изолятор КГБ, который в годы Большого террора был местом массовых пыток, а в период застоя — местом заключения многих диссидентов.

Суд над Рустом длился два дня — со 2 по 4 сентября 1987 года. Военные настаивали, что его перелет — часть более крупного сценария по иностранному вторжению в СССР и дискредитации военного командования. Руст был признан виновным и приговорен к четырем годам исправительной колонии, но не по политическим статьям, а за злостное хулиганство и незаконное нарушение границы СССР. Причем наказание он отбывал в том же СИЗО «Лефортово».

УЗНАВ О СЛУЧИВШЕМСЯ, ГОРБАЧЕВ СКАЗАЛ МИНИСТРУ ОБОРОНЫ СССР СЕРГЕЮ СОКОЛОВУ: «НА ВАШЕМ МЕСТЕ Я БЫ НЕМЕДЛЕННО ПОДАЛ В ОТСТАВКУ»

Режим заключения Руста был очень мягким — просторная камера (22 м2) с неординарным сокамерником (чтобы у юного пилота была возможность общаться, к нему подселили учителя английского языка, осужденного за спекуляцию); Русту разрешено было читать книги и работать в саду; каждые два месяца Матиаса навещали родители.

29 мая — 2 июня 1988 года Горбачев и Рейган провели очередную встречу уже в Москве, где обменялись грамотами о ратификации договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД)**: цели, намеченные в Рейкьявике, были полностью достигнуты. Через два месяца, 3 августа 1988-го, Матиас Руст был амнистирован и отправлен домой в Гамбург.

СБИТЫЕ МАРШАЛЫ
Скандальный перелет Руста позволил Горбачеву совершить радикальные перестановки в оборонном ведомстве, проворонившем немецкого летчика-любителя. В тот день, когда Руст приземлился на Красной площади, Горбачев вместе с высшим военным командованием находился на встрече руководителей стран — участниц Варшавского договора в Восточном Берлине. Узнав о случившемся, Горбачев сказал министру обороны СССР Сергею Соколову: «На вашем месте я бы немедленно подал в отставку». Спустя два дня, 30 мая 1987 года, на экстренном заседании Политбюро был снят с должности министр Соколов, еще через 12 дней — командующий ПВО СССР маршал Александр Колдунов, а за следующие две недели уволены не менее 200 военных. Многие исследователи считают, что это была крупнейшая чистка военного командования за послевоенный период. Матиас Руст, немецкий «голубь мира», не только перелетел через «железный занавес», но и «сбил» на своей «Сессне» двух советских маршалов.

Стоит отметить, что Горбачевым двигал больше политический мотив, нежели опасения за непрочность государственных границ. Минобороны СССР было одним из наиболее затратных и консервативных ведомств, которое выступало против свертывания ядерного потенциала СССР, уступок США и сближения с Западом. Это плохо вязалось со стремлением политического руководства СССР сократить ядерные арсеналы и входило в совсем уж прямое противоречие со словами Горбачева, произнесенными на XXVII съезде ЦК КПСС***: «Политика противоборства не имеет будущего».

* Ныне СИЗО «Лефортово» находится в подчинении Минюста РФ.

** Договор по РСМД был подписан Михаилом Горбачевым и Рональдом Рейганом в ходе саммита в Вашингтоне в декабре 1987 года.

*** XXVII съезд КПСС проходил с 25 февраля по 6 марта 1986 года.

https://newtimes.ru/stati/syuzhetyi/polet-nad-gnezdom-soczializma.html

===================================







«Известия» 14 июня 1990 года.



«Известия» 16 июня 1990 года.













«Московские новости» 28 июня 1987 года.





====================================







Группа «Зодчие» — Посвящение летчику Русту
https://www.youtube.com/watch?v=At2VXDr2tWQ

===========================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================


Tags: ! - История Перестройки, 1987, Горбачев, ИсторияПерестройки, Матиас Руст, Руст
Subscribe

Posts from This Journal “ИсторияПерестройки” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments