ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

На Майдане Независимости я увидел украинский народ и он мне понравился

Оригинал взят у novayagazeta в Полет бабочки

1 декабря 2013 года на Майдане Независимости я увидел украинский народ — и он мне понравился


В 4 утра на Майдане поют гимн. Фото: Евгений ФЕЛЬДМАН — «Новая»

Признаюсь, что когда я оказался внутри плотно стоящих людей во время митинга 1 декабря на Майдане Независимости в Киеве, мне стало немного страшновато. Нет, не потому что я опасался за свою безопасность, а потому, что до телевизионного эфира, который я должен был вести, оставались считанные минуты и я не мог найти ответа на вопрос, как можно протиснуться сквозь эту толпу и дойти до ближайшей станции метрополитена. Но задача оказалась легче легкого: люди вежливо расступались и давали дорогу, так что расстояние, которое казалось мне непреодолимым, я прошел буквально минут за десять. Дальше было еще интереснее: метро, заполненное людьми, которые расходились с митинга — и, конечно, этих людей на станции «Крещатик» было намного больше, чем в любой час пик. Но и тут меня подстерегала неожиданность: в вагоне не было привычной в таких случаях давки, оказалось, что доброжелательно настроенные люди могут нормально разместиться и в таких непростых условиях. В общем, мне пришлось честно сказать себе, что я ничего подобного в Киеве не видел — и увидеть не ожидал.

Когда в одной из социальных сетей я прочитал комментарий пользователя, отметившего, что люди на Майдане были настолько вежливы, как будто вышла одна большая семья, я понял, что в своих наблюдениях не одинок.

Но это вовсе не означает, что на улицах Киева какой-то определенный слой людей. Нет, это как раз очень и очень разные люди. Уже стремление в Европу показало возможность такого совпадения интересов по совершенно разным причинам. Для кого-то европейский выбор был выбором ценностей, для кого-то — дорогой к более обеспеченной жизни, кто-то просто считал, что Евросоюз «подстрахует» Украину от союза с Путиным и уже потому является правильной идеей. Собственно, именно такая широкая платформа позволила трем оппозиционным партиям легко прийти к согласию между собой после отказа властей от европейской интеграции — хотя еще несколько месяцев назад националисты из «Свободы» и умеренные политики из УДАРа Виталия Кличко вовсе не казались приверженцами такого взаимопонимания.

А избиения ребят на Майдане и вовсе все изменило — и украинскую политику, и общество. Нельзя сказать, что в новейшей истории Украины не было силовых действий. Но они, как правило, касались конфронтации власти и оппозиции, а не власти и общества. Кроме того, с 2004 года, когда скопление небывалого количества людей в центре Киева продемонстрировало потенциал мирного протеста и возможность его перевода в политическое русло, общество жило в полной уверенности — расправа над мирными манифестантами невозможна. Студенты, оставшиеся той роковой ночью на Майдане, не могли даже представить себе, что их будут бить, что их лагерь не просто разгонят, а будут еще и гнаться за его жителями до стен Михайловского монастыря. Ничего подобного не могли представить себе и родители этих студентов, и их сверстники — даже те, кто никогда не интересовался политикой.

Разогнав Майдан, власть допустила не просто роковую — я бы даже сказал, историческую ошибку. Потому что именно с этого момента начинается история совершенно новой украинской политической нации.

Власть пыталась провести границы между регионами, между теми, кто говорит по-украински и по-русски, между теми, кто хочет быть в Европе и теми, кто стремится в Таможенный союз. Но сейчас эта граница выглядит совершенно иначе: она между теми, кто согласен  с правом власти избивать собственных граждан и теми, кто с этим произволом никогда не согласится. И, несмотря на то, что власть привычно ищет поддержку в сервильных местных советах на юго-востоке, объяснить населению «ядерных» областей Партии Регионов, почему бить молодых ребят, которые даже не претендовали на политическую активность и симпатии к какой-либо партии хорошо, будет еще труднее, чем агитировать донечан или харьковчан за Европу.

Именно поэтому я рискну произнести пафосные слова: 1 декабря 2013 года на Майдане Независимости я увидел украинский народ — и он мне понравился. В дни Оранжевой революции, возможно, на Майдане собиралось не намного меньше людей, но это был еще не народ — это были приверженцы Виктора Ющенко и оппоненты Виктора Януковича, изо всех сил (и, как оказалось спустя десятилетие, вовсе не безосновательно) пытавшиеся не допустить избрания последнего украинским президентом. Народ — это что-то большее, это люди, которые выходят на площадь требовать от политиков, а не поддерживать их, это люди, начинающие осознавать необходимость перемен и своего участия в них — и в этом смысле политическая элита Украины может оказаться не впереди, а позади этого запроса, что, в свою очередь, создаст предпосылки для появления совсем новых политиков.

Словом, ползавшая по дереву украинской государственности гусеница поняла, что хулиганье скоро сбросит ее с ветвей и стала бабочкой, взмывшей к зимнему солнцу.

Конечно, ей непросто будет в этом климате, в это непростое время, конечно, каждый проходимец из числа демагогов и толстосумов уже запасся сачком, чтобы ее поймать, конечно, в небе немало стервятников, даже и двухголовых, норовящих ее слопать.

Но главное — она летит.

Виталий Портников
главный редактор канала ТВi, Киев


Tags: #ЄвроМайдан, Украина
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments