ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

Печать президента

Осень 1991 года в Тбилиси была очень тревожной. Разочарование президентом Гамсахурдиа усиливалось с каждым днем, оппозиция крепла, на ее стороне была уже вся творческая интеллигенция Грузии; даже президентские гвардейцы под командованием Китовани предпочли уйти от Гамсахурдиа и скрывались в одном из пригородов столицы...

Гамсахурдиа казался утомленным, погруженным в свои мысли и даже рассеянным. На нем был дорогой костюм, безупречно подобранный галстук... Он меланхолично протянул руку, обозначил вялое рукопожатие, вернулся за свой огромный стол, жестом предложил мне сесть в кресло напротив. Я огляделся: кабинет президента был обшит деревом, дорогая роскошная мебель, огромный пенал старых часов в углу, армия телефонов на столе по левую руку от хозяина.

- Слушаю вас, - тихо сказал президент.

Я задал свой первый вопрос. Он, подумав, начал отвечать, но вдруг замолчал и неожиданно спросил меня, из какой я газеты. Я ответил. Лицо его стало непроницаемым, он долго глядел в одну точку, опустив глаза, и потом так же тихо сказал мне:

- Я не буду с вами разговаривать, потому что нас не устраивает позиция вашей газеты, она необъективна и предвзята. Прошу вас уйти...

Спустя всего четыре месяца я вновь стоял на проспекте Руставели, который невозможно было узнать: сгоревшие, полуразрушенные дома, обрубки некогда роскошных деревьев, выбитые стекла, горький запах гари... Тбилиси был в шоке. После затяжного штурма дома правительства Гамсахурдиа в сопровождении близких ему людей бежал из столицы, сам дом правительства высился над проспектом чудовищной обугленной громадой...

Полдня я бродил по этому разрушенному зданию, где битый кирпич, крошево стекол и окровавленное тряпье соседствовали с роскошной мебелью и некогда изысканными интерьерами. В конце концов мне удалось найти тот кабинет, из которого четыре месяца назад я был изгнан. Стекла кабинета были выбиты, холодный зимний ветер хозяйничал в четырех его стенах, провода телефонов спецсвязи кто-то зло вырвал из стены прямо со штукатуркой, огромный стол президента опрокинули навзничь, пенал великолепных часов лежал на полу в брызгах стекол. Я подошел к столу с вывороченными из него ящиками, наступая на какие-то документы с грифами на грузинском языке. Поодаль, у самого окна, ветер ворошил груду бумаг, у подножья которой под останками обгоревших штор я обнаружил томик стихов Окуджавы, лишенный обложки, и треугольную печать в высокой пластмассовой коробочке. Каюсь: и книжку, и печать я унес с собой. А когда вернулся в Москву, то открыл коробочку, достал из нее президентскую печать, подышал на чернильную резину и поставил в своей командировке два одинаковых оттиска: один в графе "прибыл", другой в графе "убыл". Получилось вполне справедливо: коль в одном месте убыло, в другом непременно должно прибыть. Печать из кабинета Звиада Гамсахурдиа я до сих пор храню как память об изгнании в сентябре 1991 года.

Читать полностью: http://www.rg.ru/2012/09/10/gruziya.html

Звиад Гамсахурдиа в 1990 году:



...и в 1978-ом:

Tags: Гамсахурдиа, Грузия, Перестройка
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments