December 6th, 2019

я

Колокол Свободы в Филадельфии

Колокол Свободы — один из главных символов американской борьбы за независимость от Великобритании. Именно его звон 8 июля 1776 года созвал жителей города на оглашение Декларации независимости, принятой Вторым континентальным конгрессом 4 июля.

Что написано на Колоколе Свободы?

На Колоколе Свободы выгравирован отрывок из Библии:

«Proclaim Liberty throughout all the land unto all the inhabitants thereof»

что в переводе на русский язык означает:

«И объявите свободу на земле всем жителям ее».

В 1751 году было решено изготовить колокол в честь 50-летия Хартии привилегий Уильяма Пенна от 1701 года. Колокол был отлит в Лондоне в мастерской Томаса Листера. В августе 1752 года колокол весом в 907 кг. был доставлен в Филадельфию, однако не был установлен. Как только он был водружён на звонницу 10 марта 1753 года, он сразу же дал трещину. Джон Пасс и Джон Стоу, литейные рабочие, переплавляли его дважды. Но в 1846 году он снова треснул, после того как он звонил несколько часов в день рождения Джорджа Вашингтона.

До 1856 года знаменитый колокол назывался Колоколом Штата (State House Bell), а свое нынешнее название колокол получил в 1856 году, когда лидеры движения аболиционистов объявили Колокол Свободы своим символом.

Газета «Освободитель», пропагандировавшая антирабовладельческие настроения, упомянула в одной из своих статей о Филадельфийском колоколе, как о Колоколе Свободы. Это упоминание стало первым документированным использованием названия «Колокол Свободы».

Колокол Свободы как символ

После окончания гражданской войны, американцам был необходим символ единства, одним из таких символов стал флаг, а другим - Колокол Свободы. Чтобы примерить противоборствующие стороны и залечить раны войны, Колокол Свободы стали возить по всей стране.

С 1915 года Колокол Свободы находиться постоянно в Филадельфии.

Колокол Свободы сегодня

В 1976 году, в преддверии 200-летнего юбилея независимости США, колокол был снят с башни Индепенденс Холла. В октябре 2003 года колокол был установлен в специальном павильоне (Liberty Bell Center) рядом с Индепенденс Холлом.

Каждый год 4 июля в День Независимости США в 2 часа дня по восточному времени, потомки подписантов Декларации независимости, символически бьют в Колокол Свободы 13 раз, в честь первых 13 колоний. Также, ежегодно колокол звенит в День Мартина Лютера Кинга.

Больше фото тут: https://public.fotki.com/Ed-Glezin/28534/2019-11-/99e4h/



https://www.youtube.com/watch?v=GexfQvJ4l60



Перестройка

Фильм Александра Косарева "Сувенир для прокурора" ( 1989 )

В небольшом приморском городе в автокатастрофе погибает заведующий складом местного машиностроительного завода Слава Зубцов (Николай Бурляев). Улики с места преступления говорят о том, что мужчина был пьян и попросту не справился с управлением. К этой же версии склоняется и следователь Ольга Гранская (Ирина Короткова), однако прокурор города Захар Измайлов (Юрий Соломин) призывает ее быть внимательнее и хорошенько перепроверить все данные – его самого всегда настораживает, когда в аварии со смертельным исходом попадают завмагами, завскладами и прочие ответственные лица. Вскоре подозрения Измайлова оправдываются: это был не несчастный случай, а убийство, за которым стоит хорошо организованная преступная группировка. Возглавляет ее генеральный директор машиностроительного завода, влиятельный в городе человек Глеб Самсонов (Петр Вельяминов). Идти против такого человека – настоящее самоубийство, считают коллеги Измайлова, ведь, чтобы избежать наказания, преступники готовы использовать любые средства...

======================

Алекс Хорор:

Есть в одном городе крутой и честный прокурор Измайлов, решивший извести мафию. А мафия представлена в лице крепкого хозяйственника, пламенного коммуниста – директора местного крупного завода.
Измайлова заинтересовал якобы несчастный случай, когда в аварии, якобы по пьяни, погиб завсклада этого завода.
И начал прокурор раскручивать. А мафия ему: «Прокурор, давай жить дружно. Здесь всем хватит». А он мафии «Искореню всю скверну, и все тут».
Сначала решили пропесочить его по партийной линии. Глава обкома принципиально поимел прокурора «Ты что, собака, против партии и генеральной линии?»
Не помогло. Тогда поступили хитрее. Красивая, но глупая жена прокурора – лучшая подруга жены главного мафиозо, и ее решили скомпрометировать, воспользовавшись этим обстоятельством. А ведь жена Цезаря должна быть вне подозрений.
Отличные актеры. Мафиозы – Петр Вельяминов и Вадим Спиридонов. Прокурор – Юрий Соломин. Соблазнителя – Александр Серов. На экране он был довольно долго и ни разу не спел «Мадонну». В нескольких эпизодах есть Лариса Долина. В титрах написали, что одну из песен исполнил Игорь Тальков.
И все же, фильм бы остался дежурной криминальной драмкой (это не детектив – убийство показывают подробно, так что зритель точно знает, где тут порылась собака и Петр Вельяминов с ней заодно), если бы не одно но.
Выражение «Вам бы только воду пьянствовать и безобразие нарушать» и тому подобные перлы я слышал нередко. И полагал народной, так сказать, мудростью.
Но оказалось, что есть первоисточник – этот фильм. А точнее колоритнейший старшина милиции в исполнении колоритнейшего Романа Филиппова (Камнеедов из «Чародеев»). Эпизод с ним можно смотреть много-много-много раз.



Collapse )


============================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================



Перестройка

Фильм Сергея Овчарова "Оно" ( 1989 ).

Двадцатый век вступает в типичный городок вне времени Глупово, придуманный еще Салтыковым-Щедриным и мало изменившийся после смерти писателя. «Историю одного города», которая с гротеском, абсурдом и точностью отражает историю государства...

Музыка к фильму написана Сергеем Курехиным.

Высшая профессиональная премия конфедерации союзов кинематографистов «Ника» за 1990 год «За лучшую роль второго плана» С.Крючковой (1991).

==================

Критика:

«Фильм «Оно» («Ленфильм») придумал печальный острослов и скорбный иронист нашего кинематографа Сергей Овчаров. Наотмашь, плетьми, розгами, полицейской дубинкой, милицейским «бананом», направо и налево лупит он по родимому отечеству и рыдает оттого, что все-то отечеству не впрок, ничему-то оно, сирое и убогое, не научается и ни из чего не извлекает уроков.

Но, как заметил М.Е. Салтыков-Щедрин, суровость российских законов смягчается необязательностью их исполнения. Мы вслух обсуждали роман XX века «Целина», а про себя читали «Господ Головлевых» и «Господ ташкентцев» и без удивления узнавали, что читаем в самом деле про себя. Нам хотелось то ли конституции, то ли севрюжины с хреном. Мы дошли до той черты, когда за русский рубль можно было получить только в морду. Мы до сих пор сидим ночь и день и еще ночь и все думаем, как бы наше убыточное хозяйство превратить в прибыльное, ничего в оном не меняя.

Историю одного города Сергей Овчаров раскопал, нарыл, надыбал в «Глуповском архиве кинофотодокументов» и только в 1989 году, в пору расцвета гласности и самоокупаемости, «восстановил» изображение и звук.

Как я весьма приблизительно цитировал Щедрина, так и Овчаров весьма приблизительно цитирует отечественный кинематограф. Горячее воображение может отыскать здесь намеки на те или иные «вершинные», «ключевые» творения отечественного кинематографа, услужливо творившего... Но дело все-таки не в расшифровке первоисточников, к которым постоянно обращается режиссер, а в ювелирной реконструкции атмосферы, в которой корчилась страна. Я другой такой страны не знаю, где бы так вольно дышал и жил экранный человек, а его реальные «прототипы» расшвыривались бы по лагерям, тюрьмам и каналам.

Глуповские градоначальники, эти непереводящиеся угрюм-бурчеевы и фердыщенки, превратятся в Сталина, Берию, Хрущева, Брежнева, Андропова, Черненко... Дальше безудержная фантазия сценариста и режиссера остановится, да, впрочем, дальше и не нужно. Дальше появилась хоть какая-то надежда, что мы выкарабкаемся из того ничтожества, в которое, прикрываясь именем партии, нас вдохновенно и организованно загнали.

Страшные эпизоды сталинского кровавого разгула, пляски смерти, устроенные его опричниками, занимают центральное место в картине. Липкий, подлый страх проник во все поры общества, «широкая грудь осетина» покрыла страну от Москвы до самых до окраин. И ни вздоха, ни стона, ни всхлипа из-за колючей проволоки: «Труд в СССР есть дело чести, доблести и геройства». Герой Труда по уничтожению святой и несчастной родины нашей...

Опрокинув сатиру Салтыкова-Щедрина в нашу жизнь, Сергей Овчаров не испытывает от этого никаких сладострастных чувств. Скорбь по России, которая достойна не той участи, какую ей пытались уготовить, боль за Россию, за ее растоптанность и расчеловечивание. Оно должно быть отторгнуто (но не забыто) в свободной, улыбчивой, честной и нравственной стране.

Валерий Туровской

«Советский экран» № 4, 1990 год




Collapse )