Выступление Григория Бакланова на XIX конференции КПСС
1 июля 1988 года
Громыко А. А. Слово предоставляется товарищу Бакланову -главному редактору журнала "Знамя".
Бакланов Г. Я. Уважаемые товарищи делегаты! Какой высокой думой окрылены были вчера при обсуждении доклада... Что? Я что-то не так сказал?
Горбачев М. С. Нет. Все правильно. Это Вы начали, а Андрей Андреевич еще продолжал.
Бакланов Г. Я. Не засчитывайте мне это за время. (Оживление, смех.)
Повторяю. Какой высокой думой при обсуждении доклада были окрылены вчера выступления рабочих-металлургов, председателя чувашского колхоза и только что прозвучавшее выступление Федора Трофимовича Моргуна. И какие узкие, обидчивые, не простиравшиеся дальше своих проблем были выступления писателей два дня назад. (Аплодисменты.) Неужели, как сказал с этой трибуны Бондарев, для того собрались 5000 делегатов со всей страны, чтобы решать вопрос: сидеть ли на журнале 20 лет Викулову, как он сидит, или утвердить этот пост для него пожизненно? Да что это, былинный богатырь Илья Муромец, который тридцать лет сидел на печи и три года?! Но об этом речь позже.
Уважаемые товарищи! (Шум в зале. Аплодисменты.) Мы не первые на земле живем. (Шум в зале. Аплодисменты.) Вы меня сгоняете с трибуны или одобряете?
Мы не первые живем на земле, и человечество накопило опыт. И часть этого опыта говорит вот о чем: люди за свою историю не раз боролись за свое порабощение с такой энергией и страстью, с которой позволительно бороться только за свободу. Когда шли процессы 37-го года в Колонном зале и люди выходили с плакатами, требуя казни, они не подозревали, что скоро и с ними поступят так же.
Тот, кто сегодня борется против гласности, - борется за свое порабощение. Когда ему потребуется сказать слово, и ему будет отказано в этом слове. Да и что это за социализм будет без глас-ности? Социализм безгласных? И что же, товарищи, неужели мы только вдохнули глоток свободы и все уже поперхнулись? Уже закашляли?.. (Шум в зале.)
Я поддерживаю то предложение, которое здесь прозвучало, я тоже хотел это предложить: нужен Закон о печати. Необходим Закон о печати. Печать не может существовать по волеизъявлению — сегодня за гласность, а завтра против гласности. И печать должна нести ответственность за безответственные выступления. Нужен Закон. Нужна твердая юридическая основа. И будем честны — у нас еще нет демократии, мы только начинаем ей учиться. В верхних эшелонах многие до сих пор не верят, что законы и для них писаны, а внизу считают: демократия, - значит, мне все позволено. А свободы без ответственности не существует и не может быть. Но не только должностные лица... (Шум в зале.)
Горбачев М. С. Товарищи, я думаю, давайте все же выслушаем точку зрения каждого. Вы же хотите знать позицию членов Политбюро, членов правительства, руководителей, точку зрения тех, кто так или иначе приставлен к большому делу. В данном случае выступает писатель-фронтовик, редактор. Пусть он выскажется, послушаем, будем знать его мнение. Будем знать и судить. А иначе мы только затянем время и все. Демократия предполагает умение выслушать мнение каждого. Пусть каждый делегат говорит то, что думает, а вы можете потом попросить слово и высказать свое отношение. Или остаться при своем мнении.
Бакланов Г. Я. Я получил ряд телеграмм и звонков. Одну телеграмму, адресованную Юрию Дмитриевичу Черниченко и мне, из Харьковского университета я передал сегодня в Президиум. Содержание ее такое: "Неужели, товарищи писатели, никто не ответит Нине Андреевой и Юрию Бондареву?" Лежит телеграмма в Президиуме. (Шум в зале.)
Так вот, товарищи, я процитирую, раз такая телеграмма есть. Я процитирую несколько фраз из выступления Бондарева: "Рыцари экстремизма, быстрого реагирования" — это о нашей публицистике; "яд, выдаваемый за оздоравливающее средство", "Геростраты мыслей", "история будет вспоминать со стыдом и проклятием о нас". И это не в пору Брежнева, не в пору, когда разлагался дух народа, а вот сейчас, в пору гласности! И было сказано, ссылаясь на некоего безымянного тракториста-механизатора, что газета сегодня может прихлопнуть и человека, и муху.
Классик нашей литературы Андрей Платонов дворником работал, но не боялся, что его газета прихлопнет. Только теперь благодаря гласности вышли его произведения. Александр Трифонович Твардовский не дожил до выхода своей поэмы в свет. Бек, роман которого мы напечатали и который глубже всех сказал о том, что такое административная система, умер, не дожив до его публикации. Гроссману Суслов обещал, что и через 200 лет роман его не будет издан. Он сейчас издан. Все трое умерли от рака и рак был скоротечен. Врачи могут вам объяснить, что является причиной скоротечного рака. Судьбу Булгакова вы знаете Наша литература не такая перекошенная, как ее пытались представить. (Шум в зале.) Наша литература заслуживает уважения.
Перехожу ко второму вопросу. Судьба пленных и пропавших без вести в Афганистане стала сейчас судьбой народной. Люди пишут, что они готовы снять с себя последнее, чтобы вызволить наших ребят. Насколько же возвысился уровень сознания общества, если мы взглянем в прошлое, когда миллионы без вести пропавших так и остались лежать по полям и лесам непохороненные, и до сих пор появляются позорные статьи, которые их клеймят как чуть ли не предателей!
Чтобы вывести войска из Афганистана, потребовались и политическая мудрость, и мужество. Но чтобы ввести туда войска -ни одного из этих качеств не требовалось.
Ко мне обращались матери погибших в Афганистане, приходили в редакцию, я получил много писем от матерей. Они спрашивают: как это произошло? Кто стоял за этим? А мы знаем, что есть даже кандидаты в члены Политбюро, которые только из газет узнали о том, что войска вошли в Афганистан. Можно так жить, товарищи? Так нельзя. Гарантированы ли мы таким образом от повторения подобных вещей? Не гарантированы. Надо создать такой механизм, когда бы подобное не повторилось. Надо, чтобы каждый отвечал за свое. Надо, чтобы общество не брало на себя ответственность во всех случаях за виновников, они должны быть известны поименно.
С тех пор как человечество с собирания плодов и охоты перешло к земледелию и скотоводству, оно усвоило простую истину: чтобы получить молоко, не надо вырывать вымя. Корову надо прежде кормить, а потом доить. (Шум в зале.)
Я закончу, товарищи, вы не волнуйтесь, я выстою здесь, выстою. Так вот. Наш Минфин до сих пор придерживается той политики, что надо для того, чтобы... (Шум в зале.)
Горбачев М. С. Товарищи, тут не эмоциями надо решать дело, а открытостью суждений, сопоставлением взглядов, которые мы должны потом выразить в наших политических установках, в решениях. Мы можем принять или не принять точку зрения оратора, это дело наше, но мы решим это коллективно и демократично. Давайте все-таки постараемся работать так, чтобы о конференции не сложилось мнение, что мы тут руководствуемся лишь эмоциями, на нас же огромная ответственность. Давайте послушаем товарища. (Аплодисменты.)
Бакланов Г. Я. Наш Минфин до сих пор придерживается этой политики, что лучше вырвать вымя. Налоги только до какой-то границы обогащают государство, а за ней они разоряют. Они разоряют и граждан, и государство. Ни одной светлой идеи за все это время от Минфина не поступило. Мы бы с удовольствием напечатали, так как мы печатаем светлые идеи экономистов.
О судебно-правовой реформе. В предложениях сказано, что в отдельных случаях надо увеличивать число заседателей. Нет, товарищи, я думаю, не так. Я думаю, что надо расширить число заседателей и разрешить им выносить вердикт о виновности или невиновности. Это совершенно иная форма, и она существовала в России раньше.
И вот что я вам скажу на все ваши аплодисменты. Они меня не расстроили. Если мы не потеряем волю, если мы не потеряем доверия народа, мы одолеем. В Австралии, когда задают тест будущему кандидату в пилоты, есть такой вопрос: вы летите в двухместном самолете. Представьте, что со второго сиденья выпала английская королева. Ваши действия? Некоторые говорят — застрелиться. Кинуться за ней и поймать в воздухе. Правильным считается ответ — выровнять самолет после потери лишнего груза и продолжать полет. Так вот, в ходе перестройки нам не раз еще придется выравнивать самолет после потери лишнего груза и продолжать полет. (Аплодисменты.)
=================
Видеозапись выступления можно посмотреть тут:
https://www.net-film.ru/film-37420/
===============
Григорий Бакланов «Линия жизни»
https://youtu.be/_1umNvBQYrU
======================
Приглашаю всех в группы
«Эпоха освободительной Перестройки М.С. Горбачева»
«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/
«В контакте»:
http://vk.com/club3433647
=======================
Громыко А. А. Слово предоставляется товарищу Бакланову -главному редактору журнала "Знамя".
Бакланов Г. Я. Уважаемые товарищи делегаты! Какой высокой думой окрылены были вчера при обсуждении доклада... Что? Я что-то не так сказал?
Горбачев М. С. Нет. Все правильно. Это Вы начали, а Андрей Андреевич еще продолжал.
Бакланов Г. Я. Не засчитывайте мне это за время. (Оживление, смех.)
Повторяю. Какой высокой думой при обсуждении доклада были окрылены вчера выступления рабочих-металлургов, председателя чувашского колхоза и только что прозвучавшее выступление Федора Трофимовича Моргуна. И какие узкие, обидчивые, не простиравшиеся дальше своих проблем были выступления писателей два дня назад. (Аплодисменты.) Неужели, как сказал с этой трибуны Бондарев, для того собрались 5000 делегатов со всей страны, чтобы решать вопрос: сидеть ли на журнале 20 лет Викулову, как он сидит, или утвердить этот пост для него пожизненно? Да что это, былинный богатырь Илья Муромец, который тридцать лет сидел на печи и три года?! Но об этом речь позже.
Уважаемые товарищи! (Шум в зале. Аплодисменты.) Мы не первые на земле живем. (Шум в зале. Аплодисменты.) Вы меня сгоняете с трибуны или одобряете?
Мы не первые живем на земле, и человечество накопило опыт. И часть этого опыта говорит вот о чем: люди за свою историю не раз боролись за свое порабощение с такой энергией и страстью, с которой позволительно бороться только за свободу. Когда шли процессы 37-го года в Колонном зале и люди выходили с плакатами, требуя казни, они не подозревали, что скоро и с ними поступят так же.
Тот, кто сегодня борется против гласности, - борется за свое порабощение. Когда ему потребуется сказать слово, и ему будет отказано в этом слове. Да и что это за социализм будет без глас-ности? Социализм безгласных? И что же, товарищи, неужели мы только вдохнули глоток свободы и все уже поперхнулись? Уже закашляли?.. (Шум в зале.)
Я поддерживаю то предложение, которое здесь прозвучало, я тоже хотел это предложить: нужен Закон о печати. Необходим Закон о печати. Печать не может существовать по волеизъявлению — сегодня за гласность, а завтра против гласности. И печать должна нести ответственность за безответственные выступления. Нужен Закон. Нужна твердая юридическая основа. И будем честны — у нас еще нет демократии, мы только начинаем ей учиться. В верхних эшелонах многие до сих пор не верят, что законы и для них писаны, а внизу считают: демократия, - значит, мне все позволено. А свободы без ответственности не существует и не может быть. Но не только должностные лица... (Шум в зале.)
Горбачев М. С. Товарищи, я думаю, давайте все же выслушаем точку зрения каждого. Вы же хотите знать позицию членов Политбюро, членов правительства, руководителей, точку зрения тех, кто так или иначе приставлен к большому делу. В данном случае выступает писатель-фронтовик, редактор. Пусть он выскажется, послушаем, будем знать его мнение. Будем знать и судить. А иначе мы только затянем время и все. Демократия предполагает умение выслушать мнение каждого. Пусть каждый делегат говорит то, что думает, а вы можете потом попросить слово и высказать свое отношение. Или остаться при своем мнении.
Бакланов Г. Я. Я получил ряд телеграмм и звонков. Одну телеграмму, адресованную Юрию Дмитриевичу Черниченко и мне, из Харьковского университета я передал сегодня в Президиум. Содержание ее такое: "Неужели, товарищи писатели, никто не ответит Нине Андреевой и Юрию Бондареву?" Лежит телеграмма в Президиуме. (Шум в зале.)
Так вот, товарищи, я процитирую, раз такая телеграмма есть. Я процитирую несколько фраз из выступления Бондарева: "Рыцари экстремизма, быстрого реагирования" — это о нашей публицистике; "яд, выдаваемый за оздоравливающее средство", "Геростраты мыслей", "история будет вспоминать со стыдом и проклятием о нас". И это не в пору Брежнева, не в пору, когда разлагался дух народа, а вот сейчас, в пору гласности! И было сказано, ссылаясь на некоего безымянного тракториста-механизатора, что газета сегодня может прихлопнуть и человека, и муху.
Классик нашей литературы Андрей Платонов дворником работал, но не боялся, что его газета прихлопнет. Только теперь благодаря гласности вышли его произведения. Александр Трифонович Твардовский не дожил до выхода своей поэмы в свет. Бек, роман которого мы напечатали и который глубже всех сказал о том, что такое административная система, умер, не дожив до его публикации. Гроссману Суслов обещал, что и через 200 лет роман его не будет издан. Он сейчас издан. Все трое умерли от рака и рак был скоротечен. Врачи могут вам объяснить, что является причиной скоротечного рака. Судьбу Булгакова вы знаете Наша литература не такая перекошенная, как ее пытались представить. (Шум в зале.) Наша литература заслуживает уважения.
Перехожу ко второму вопросу. Судьба пленных и пропавших без вести в Афганистане стала сейчас судьбой народной. Люди пишут, что они готовы снять с себя последнее, чтобы вызволить наших ребят. Насколько же возвысился уровень сознания общества, если мы взглянем в прошлое, когда миллионы без вести пропавших так и остались лежать по полям и лесам непохороненные, и до сих пор появляются позорные статьи, которые их клеймят как чуть ли не предателей!
Чтобы вывести войска из Афганистана, потребовались и политическая мудрость, и мужество. Но чтобы ввести туда войска -ни одного из этих качеств не требовалось.
Ко мне обращались матери погибших в Афганистане, приходили в редакцию, я получил много писем от матерей. Они спрашивают: как это произошло? Кто стоял за этим? А мы знаем, что есть даже кандидаты в члены Политбюро, которые только из газет узнали о том, что войска вошли в Афганистан. Можно так жить, товарищи? Так нельзя. Гарантированы ли мы таким образом от повторения подобных вещей? Не гарантированы. Надо создать такой механизм, когда бы подобное не повторилось. Надо, чтобы каждый отвечал за свое. Надо, чтобы общество не брало на себя ответственность во всех случаях за виновников, они должны быть известны поименно.
С тех пор как человечество с собирания плодов и охоты перешло к земледелию и скотоводству, оно усвоило простую истину: чтобы получить молоко, не надо вырывать вымя. Корову надо прежде кормить, а потом доить. (Шум в зале.)
Я закончу, товарищи, вы не волнуйтесь, я выстою здесь, выстою. Так вот. Наш Минфин до сих пор придерживается той политики, что надо для того, чтобы... (Шум в зале.)
Горбачев М. С. Товарищи, тут не эмоциями надо решать дело, а открытостью суждений, сопоставлением взглядов, которые мы должны потом выразить в наших политических установках, в решениях. Мы можем принять или не принять точку зрения оратора, это дело наше, но мы решим это коллективно и демократично. Давайте все-таки постараемся работать так, чтобы о конференции не сложилось мнение, что мы тут руководствуемся лишь эмоциями, на нас же огромная ответственность. Давайте послушаем товарища. (Аплодисменты.)
Бакланов Г. Я. Наш Минфин до сих пор придерживается этой политики, что лучше вырвать вымя. Налоги только до какой-то границы обогащают государство, а за ней они разоряют. Они разоряют и граждан, и государство. Ни одной светлой идеи за все это время от Минфина не поступило. Мы бы с удовольствием напечатали, так как мы печатаем светлые идеи экономистов.
О судебно-правовой реформе. В предложениях сказано, что в отдельных случаях надо увеличивать число заседателей. Нет, товарищи, я думаю, не так. Я думаю, что надо расширить число заседателей и разрешить им выносить вердикт о виновности или невиновности. Это совершенно иная форма, и она существовала в России раньше.
И вот что я вам скажу на все ваши аплодисменты. Они меня не расстроили. Если мы не потеряем волю, если мы не потеряем доверия народа, мы одолеем. В Австралии, когда задают тест будущему кандидату в пилоты, есть такой вопрос: вы летите в двухместном самолете. Представьте, что со второго сиденья выпала английская королева. Ваши действия? Некоторые говорят — застрелиться. Кинуться за ней и поймать в воздухе. Правильным считается ответ — выровнять самолет после потери лишнего груза и продолжать полет. Так вот, в ходе перестройки нам не раз еще придется выравнивать самолет после потери лишнего груза и продолжать полет. (Аплодисменты.)
=================
Видеозапись выступления можно посмотреть тут:
https://www.net-film.ru/film-37420/
===============
Григорий Бакланов «Линия жизни»
https://youtu.be/_1umNvBQYrU
======================
Приглашаю всех в группы
«Эпоха освободительной Перестройки М.С. Горбачева»
«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/
«В контакте»:
http://vk.com/club3433647
=======================
