ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

Categories:

Павел Палажченко: В Лондоне. Буш, "семерка", Тэтчер. 1991 год.

Три дня в Лондоне были переполнены переговорами и беседами, среди которых практически не было чисто протокольных. Главным событием должно было стать участие Горбачева во встрече «семерки» ведущих промышленно развитых стран. Если бы это произошло годом раньше, то выглядело бы как большая победа, но сейчас эффект был значительно меньше, тем более что серьезных договоренностей об экономическом содействии Запада достигнуто не было. Но запомнилась не только встреча с «семеркой».
**
Рано утром мне позвонил Бессмертных: надо срочно перевести бумагу, которую через час он собирался передать Бейкеру. Гостиница была в минутах ходьбы от посольства, и я не позавтракав побежал туда. Документ на полутора страницах касался последних нерешенных технических вопросов по договору СНВ: что-то про забрасываемый вес и показанную дальность баллистических ракет.

- Вчера в последний момент подписали Бакланов, Язов и другие, - сообщил мне Бессмертных, - в Москве не успели перевести. Я знаю, вы всем этим продолжаете заниматься, терминологию, наверное, помните.

Через тридцать минут я принес ему отпечатанный перевод на английский и он поехал на встречу с Бейкером. Когда через час он вернулся, я спросил его, как реагировал Бейкер.

- Бейкер говорит, что должно быть приемлемо, - ответил Бессмертных, - но отправил текст в Вашингтон, там должны рассмотреть ведомства.

- Там ведь сейчас ночь, - сказал я.

- Да, - согласился министр, - а надо бы сегодня объявить дату саммита. Посмотрим, может быть, к ланчу ответят.

Во время ланча Горбачева и Буша в американском посольстве вопрос еще висел. Буш сетовал на «бюрократию», Бейкер и Скоукрофт кивали головой, а реакции из Вашингтона все не было. Она пришла в самом конце, когда Горбачев и Буш вдвоем пили кофе. Вашингтон дал добро – теперь можно было объявить дату саммита и программу официального визита Буша в СССР.
**
Но главной в разговоре за ланчем была другая тема.

- Я не большой любитель многосторонних мероприятий, - начал разговор Буш, - даже считаю их потерей времени. Поговорили, приняли коммюнике, и всё. Но в данном случае встреча четко сфокусирована — речь пойдет о будущем наших отношений с СССР. Все думают и говорят только об этом. Понимаю, что СССР переживает сейчас нелегкий период, но мы, как вы видите, не злорадствуем по поводу ваших проблем. Мы не хотим, чтобы у вас произошла экономическая катастрофа. Распад Советского Союза – не в наших интересах. У меня не будет колебаний в поддержке ваших усилий.

Горбачев, как он это делал не раз, решил «заострить тему», возможно потому что уже знал, что предстоящее заседание «семерки» даст скромные результаты, в том числе из-за позиции США.

- Я знаю, - сказал он, - что президент США — человек основательный, что его решения — это решения серьезного политика, а не импровизация. И на основе этих решений мы уже продвинулись к большим перспективам в нашем диалоге, в области безопасности. И в то же время создается впечатление, что президент США еще не пришел к окончательному ответу на главный вопрос — какой Советский Союз хотят видеть США.

Хочу сказать вам как другу: я надеюсь, что на вопрос, какой Советский Союз вы хотите видеть в перспективе, будет дан ответ — динамичный, прогрессивный, поступательно развивающийся, так же как мы сказали, что хотим видеть Соединенные Штаты страной процветающей, сильной, ответственной в своем поведении, нашим близким партнером.

Буш, казалось, удивился сомнениям Горбачева.

- Наверное, мне не удалось четко артикулировать свою позицию, если у вас возникают вопросы. Но вы должны быть уверены: мы хотим, чтобы Советский Союз был демократической, рыночной страной, динамично интегрированной в западную экономику. Наконец — пусть не покажется, что я вмешиваюсь в ваши внутренние дела, но я говорю это в связи с экономикой — Советский Союз, в котором успешно решены проблемы между центром и республиками.
**
Так что летом 1991 года речь шла именно о Советском Союзе, а не о перспективе его распада. И когда спрашивают, был ли у страны шанс сохраниться, это надо иметь в виду. До путча ГКЧП – видимо, был. Мне кажется все зависело от того, удастся ли наладить отношения между Горбачевым и Ельциным. Американцы это понимали. Вот запись телефонного разговора Буша с Горбачевым в конце июня:

«Буш. Здесь сейчас находится Ельцин. Вы, наверное, в курсе его высказываний здесь, в которых он поддерживал ваши усилия. И мне показалось, что в свете этого было бы полезно поговорить с вами.

Горбачев. Вы довольны беседой с ним?

Буш. Да, причем больше, чем при предыдущих контактах. Он прибыл сюда, получив большую поддержку на демократических выборах, для нас это важный факт. Удовлетворение вызывает то, что и публично, и в частных высказываниях он говорит о стремлении работать вместе с вами. Раньше меня беспокоила возможность далеко идущих разногласий между вами. Это могло и для нас создать неловкую ситуацию.

Но Ельцин здесь никоим образом не создавал трудностей для центра. Надо отдать ему должное: он всячески создает впечатление, что будет взаимодействовать с вами — как с человеком и как с президентом. Поэтому опасения, что визит Ельцина может подчеркнуть разногласия между вами, в значительной мере сняты. Американская пресса отмечает этот факт, пишет, что Ельцин ведет себя правильно. Я тоже считаю, что он никак не подрывает ваших позиций.

Горбачев. Я могу сказать следующее: я вижу конструктивную тенденцию в позиции Ельцина в последнее время, и я отреагировал на это адекватно. Я привержен укреплению сотрудничества с ним, с моей стороны здесь нет препятствий или трудностей. Конечно, иногда наш брат подвергается разного рода давлениям. И важно, чтобы Ельцин, несмотря ни на какое давление, удержался на этой позиции».

Конечно, история не знает сослагательного наклонения, но этот разговор мне вспомнился и тогда, и после августовского путча, когда все пошло под откос.
**
«Семерка», конечно, разочаровала, хотя должен признаться, результаты ее тогда не показались мне катастрофическими. Председательствовавший на встрече британский премьер-министр Джон Мейджор зачитал после заседания коммюнике, в которое был включен пункт о визитах министров финансов стран «семерки» в Москву для обсуждения вопросов экономического содействия СССР. Это был шаг, жест, и он еще раз свидетельствовал о том, что холодная война осталась позади. Но пресса подчеркивала, что конкретных договоренностей нет.

Да и само заседание, на котором я переводил, оставило двойственное впечатление. Горбачев зачитал послание лидерам семерки, отвечал на вопросы. Единства среди выступавших не было. Некоторые – Миттеран, Андреотти, председатель Еврокомиссии Делор – призывали признать и поддержать, в том числе деньгами, реформы в СССР. Другие высказывались благожелательно, но неконкретно. Рекорд по части нереалистичности и бестактности поставил премьер-министр Японии Кайфу – человек невысокого роста и политик небольшого масштаба. Когда речь зашла о предстоящей реформе цен, Горбачев сообщил, что планируется до конца года освободить от государственного контроля 70 процентов цен.

- Этого мало, - сказал Кайфу.

Сидевший рядом с ним Делор ухмыльнулся.

Сегодня, на расстоянии, кое-что выглядит не так, как тогда. Запад не пошел на существенное содействие нашим реформам ни в последние месяцы СССР, ни когда начались радикальные экономические реформы в России. Наверное, и не надо было на это рассчитывать.
**
На другой день, перед отъездом Горбачева в Москву, в посольство пришла на встречу с ним Маргарет Тэтчер. Как обычно, разговор она начала с места в карьер, без лишних предисловий:

- Что они наделали! – воскликнула будущая баронесса. – Сейчас, в самый трудный для вас момент, ограничились риторикой, словесной поддержкой. Этим политикам грош цена! Они ни на что не способны, они подвели вас!

Я говорила с ними, убеждала их, что нужны конкретные шаги, и все они признают, что Советский Союз окончательно встал на путь реформ и эти реформы надо поддержать. Теперь надо нажимать на них, чтобы они перешли от слов к делу. Не выпускайте их из рук!

Я верю, - продолжала Тэтчер, - что у вас должно получиться. Недавно я была в США с лекциями, встречалась с бизнесменами, и они тоже настроены оптимистично. У вас замечательная молодежь, это новое, мыслящее, инициативное поколение, готовое идти на риск.

Привожу эти слова Тэтчер, как было сказано и записано, хотя, наверное, они могут показаться сегодня наивными. Молодым людям, о которых говорила Тэтчер, сейчас за пятьдесят, и, по-моему, это поколение ничем особенно себя не проявило.

И главное – в своей оценке лондонского саммита «семерки» Тэтчер оказалась права. Почувствовала своим мощным политическим инстинктом, что отсутствие «конкретных результатов» повредит Горбачеву внутри страны. Через месяц случился ГКЧП.




Tags: ! - Внешняя политика Перестройки, 1991, Палажченко
Subscribe

Posts from This Journal “Палажченко” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments