ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

Categories:

Артем Тарасов - первый открытый советский миллионер

26 февраля 1989 года газета "Московские новости" публикует интервью с руководителем кооператива «Техника» Артемом Тарасовым под броским заголовком: "Исповедь советского миллионера". Статья (а, по сути - программный манифест частного сектора экономики) производит эффект разорвавшейся бомбы. Оказывается в СССР можно легально заработать миллион рублей. И не просто заработать, но и открыто признаться в этом!

Тарасов стал символом новых возможностей, которые открыла предприимчивым людям эпоха освободительной Перестройки Горбачева. Неформальным лидером кооперативного движения и зарождающегося класса советской буржуазии. Флагманом частного бизнеса и рыночной экономики.

Вскоре выяснится, что за январь 1989 года он получил зарплату 3 миллиона рублей (средняя зарплата в то время составляла 120 рублей), и с этой суммы он аккуратно заплатил все необходимые налоги. Сюжет об этом случае, показанный по телевидению в программе «Взгляд», шокировал советских обывателей.

Уже через три недели после этой сенсационной публикации те же "Московские новости" в №12 за 19 марта вынуждены задаться еще недавно немыслимыми для советской действительности новыми вопросами:

"Статья о людях, открыто признавших, что они заработали миллион, вызвала десятки писем и звонков в редакцию. Одни читатели негодуют, другие приветствуют предприимчивых советских миллионеров. Как же смотреть на этот феномен нашей сегодняшней действительности? Что происходит с новой кооперацией, самыми яркими представителями которой, может быть, и стали Артем Тарасов и его коллеги?"

Процесс о миллионах,
или исповедь советского миллионера.


"Московские новости", №9 - 26 февраля 1989 года.

Артем Тарасов пришел в редакцию, поздоровался и сказал: «Я — миллионер». Сказал обыденно, не гордясь и не пугаясь, как сказал бы, что он член профсоюза. Нет, он был не из тех подпольных бизнесменов эпохи застоя, разворовывавших все, что лежит плохо с даже хорошо. Миллионер — из нашей эпохи. Кандидат наук, кооператор. Абсолютно честный, на мой взгляд, человек, брезгливо относящийся ко всякого рода махинациям. Собственно, его никто не заставлял кричать на весь белый свет о своем богатстве. Молчат же десятки других. А может быть, уже и сотни! Он — говорил...

— Во-первых, я своеобразный миллионер, отличающийся от других уже хотя бы тем, что банк отказался выдать мне зарплату. Мотивировка проста: у банка наличных денег нет. Правда, это не помешало моему коллеге из нашего кооператива заплатить партийные взносы в 90 тысяч рублей (сам я беспартийный). Именно эти действия и вызвали столь негативную реакцию в Москве, когда об этом факте сообщила печать.

О своих доходах мы не кричали, но и не пытались их скрыть. Хотя в Законе о кооперации записано, что заработки не могут быть ограничены, еще сильно в обществе убеждение, что легальным путем таких денег не заработать. Именно поэтому многие кооператоры предпочитают скрывать свои доходы, что вовсе не так уж и трудно. Стоит лишь раскидать миллион на 20— 30 человек — и сумма окажется не столь пугающей.

Вот почему почти в каждом кооперативе числятся тети, дяди, тещи и тести. Статьи расходов на них надежно прикрывают реальные доходы кооперативов. Мы же хотим жить в рамках закона и первыми объявили имеющуюся у нас сумму.

Наш кооператив состоит из ученых, технологов, программистов, пришедших сюда, чтобы внедрить свои изобретения. Далеко за примером ходить не надо. 18 лет я проработал в НИИ. За первые три года работы я получил 29 авторских свидетельств, а за последующие 15 лет внедрил в производство только одно.

Людей с аналогичными судьбами мы собрали со всей Москвы. Критерий отбора только один: приоритетность их изобретений на мировом рынке. Это, например, технология ионоплазменного напыления, пенометалл (новый материал, позволяющий во много раз облегчить любую конструкцию), химико-технологическая установка, в 10— 12 раз ускоряющая реакцию жидкости, методика ранней диагностики рака, бытовая швейная машинка (разработанная всего за три месяца), превосходящая японские образцы.

Внедрением этих и других новинок мы и собираемся заняться: это помогло бы преодолеть наше отставание от Запада (упомянутые изобретения опережают аналогичные западные разработки).

Объявив о своих доходах, мы подверглись колоссальному давлению. В конце прошлого года у нас в кооперативе работала комиссия, которая не нашла в наших действиях никаких нарушений. Чтобы опровергнуть ее заключение, у нас теперь работают представители Минфина, Горфинотдела, народный контроль, депутатская комиссия. Нас вызывают на дружеские беседы в ОБХСС...

Почти месяц кооператив находится в простое. А ведь мы уже научились считать. Если с ноября прошлого года мы заработали 23 миллиона рублей, то нетрудно вычислить «эффективность» бездействия одного человека. Откуда миллионы? В прессе лишь прямо или косвенно нас обвиняют в нелегальщине или спекулятивной деятельности, которая сводится к получению денег одним лишь росчерком пера. На самом деле это не так.

Представьте себе горы опилок, отходов, неликвидов, которые брошены и никем не используются. А среди них и те, которые уже через месяц приходят в негодность и подлежат уничтожению. Мы это сырье утилизируем и продаем на Запад. За проданный утиль мы получаем не валюту, а современное оборудование, в частности компьютеры.

Договор с западными партнерами подписываем не мы, а организации Министерства внешних экономических связей, имея при этом 10— 12 процентов прибыли от наших доходов. В СССР мы уже ввезли оборудование на 10 миллионов долларов. Полученные компьютеры кооператив снабжает пакетом лицензионно чистых, нами же разработанных программ, которые позволяют включить их в работу любого советского предприятия.

Мы гарантируем клиенту обучение и безвалютный сервис. Прибыль получаем при продаже компьютеров по самой низкой рыночной цене. Она вдвое ниже официальной. В ценниках Госснаба определена цена в 96 тысяч, наша — 48. И это при том, что на «черном рынке» компьютер стоит 175 тысяч. Даже проверяющие комиссии поразила «столь редкая бессребреность».

Могли бы мы еще снизить цену? Да, могли бы. Но нам нужны миллионы. Зачем? А затем, чтобы наладить производство по тем изобретениям, с которыми мы пришли в кооператив. Дежурный упрек: но ведь вы же ничего не произведите! Но что значит открыть завод и начать производство товаров? Взять в аренду, как это декларируется? Попробуйте! И вы очень скоро поймете, что в этом никто не заинтересован. Значит, завод нужно построить. Вот для чего нам нужны деньги, наши миллионы.

Получаем мы их пока торговлей. Компьютеры мы продаем Госснабу, Институту космических исследований, Институту кибернетики и еще 139 аналогичным организациям — всем тем, кто иным путем не может получить вычислительную технику для выполнения государственных программ. Они готовы заплатить любые деньги, но мы берем только установленный нами минимум.

Я бы хотел опровергнуть утверждение, что наш капитал мы добываем эксплуатацией тысяч людей. В торговой службе у нас занято лишь 20 человек (всего в кооперативе — 241 человек). Но могла ли, например, какая-нибудь другая государственная организация заниматься тем, чем занимаемся мы? Уверен, что нет.

Государственная монополия внешней торговли привела к тому, что наша огромная и очень богатая страна продает на мировом рынке продукцию обрабатывающей промышленности на считанные миллиарды валютных рублей в год. А экспорт нашего кооператива, торгующего бросовой продукцией, уже к концу этого года должен достичь 50 — 60 миллионов долларов, если нам дадут возможность истратить наши миллионы.

То есть экспортируя то, что здесь никому не нужно, что неизбежно пропадет, нанеся к тому же значительный вред окружающей среде. Что же тогда в наших действиях эпатировало общество? Да только то, что мы малую часть своей прибыли перевели на зарплату. Но не сделай мы этого — и оказались бы без наличных денег, без которых бессмысленна любая мало-мальски деловая операция у нас в стране.

По I кварталу этого года ждем прибыль — в 70—80 миллионов рублей. Они лежат на банковском счету. Часть из них идет на зарплату всем работникам, кроме того, себе мы выписали из них 7 миллионов 280 тысяч. Три получил я, председатель, три — коммерческий директор, миллион — исполнительный директор и 280 тысяч — бухгалтер.

Зачем? Не на карманные расходы, разумеется. Это попытка создать свой денежный фонд, которым мы могли бы свободно оперировать. Ведь что такое предприниматель? Это человек, который быстро анализирует экономическую ситуацию и находит рациональное решение для получения дохода. Но при этом, простите, имеет в кармане чековую книжку. У нас ее аналогом являются деньги. Ведь заниматься предпринимательством, не имея в кармане денег, — абсурд.

В Законе о кооперации четко сказано, что кооператор имеет право свободно тратить деньги куда угодно и на что угодно. На самом деле он этого права не имеет. Каждый истраченный рубль подвергается тщательному контролю, встречает препятствия при реализации. Вот примеры. Нам почти в каждом порту нужен склад. Но кто его нам даст? Никто. Мы вынуждены покупать у частника гектар брошенной земли и строиться за наличные деньги. Или еще — в Находке нужно быстро разгрузить 230 вагонов с фосфатом. Кто это будет делать? Портовые рабочие. Которым я могу заплатить по перечислению? Нет. Они предельно загружены плановой работой. Значит, я зову местных «бичей» и привожу им чемодан денег из своей зарплаты, потому что они не понимают, что такое «перечисление». Я даже для отчетности не могу потребовать от них заполнить положенные бумажки. Ибо они давно уже не числятся ни в каких официальных графах.

Кстати, откуда фосфат? Да с завода, который никому его не может продать, так как перерабатывающие предприятия давно уже не справляются с прежними поставками, и он работает на «неликвид». Завод безумно рад нам продать свою продукцию (по цене, вдвое-втрое превышающей государственную) и из нерентабельного превратиться в рентабельный. Но объясните мне, как жить теперь кооператорам, когда очередная поправка к закону разрешает выдавать им наличными лишь 100 рублей в месяц?

Я понимаю законодательные органы. Они находятся сейчас в очень затруднительной ситуации. Если признать, что наши действия не противоречат закону, то сильна опасность, что все кооператоры, рванув с низкого старта, побегут в банк и до выхода прогрессивного налога затребуют все имеющиеся деньги. Наличных денег тогда может и не хватить. Но ведь и сокрытие доходов не решает этой проблемы.

И все же выход есть.

Первое: обратитесь к нам — и мы гарантируем за год экспериментально на Москву, а за пять лет — на всю страну выпустить кредитные карточки, как это принято во всем мире. И тогда никому не придет в голову зарывать в землю чемодан денег и изымать что-то из оборота. Мы привлечем такую организацию, как «Америкэн экспресс», заключим с ней договор, ввезем в Советский Союз дешевые и практичные машины для изготовления кредитных карточек и сами создадим компьютерную систему, которая позволит этими карточками пользоваться.

Второе: введите прогрессивный налог, введите налог на прибыль, но введите и налог на расходы. Если я получил прибыль и храню ее в банке — это один налог, а если я снимаю эту прибыль, то обложите снятие таким налогом, чтобы быстрый старт кооператоров к банкам не состоялся.

Третье: не создавайте элитарных кооперативов при Госснабе, Моссовете, Госплане. Вы им отдаете то, что, может быть, и не надо отдавать, позволяя получать прибыль за собственную бездеятельность, а не за кипучую деятельность. Вы можете себе представить, что будет иметь кооператив, созданный, скажем, при Совете Министров.

Четвертое: общественное мнение нужно формировать, а не обращать его острие против кооперации. Почему в Венгрии никто не падает в обморок от того, что Рубик (чьим кубиком играет и наша страна) — миллионер? Почему там нет рэкета, почему там успешно действует экономическая полиция, созданная, кстати, самой кооперацией? И почему там нет такого огромного и дорогостоящего государственного механизма регулирования кооперативной деятельности? Напрасно у нас бытует страх перед тем, что советский человек может заработать миллион. Нам пора научиться бояться потерянных, незаработанных миллионов.

Пятое: я хотел бы обратиться с предложением в государственные органы, чья реакция на наши действия столь однозначна. Предоставьте нам завод с импортным оборудованием, на котором мы могли бы реализовать наши изобретения и наладить выпуск конкурентоспособной продукции. Предоставьте... И мы мгновенно перечислим наши миллионы на благотворительные цели. Называйте номер счета, мы готовы сделать это хоть завтра.

Монолог советского миллионере записал наш корр. Геннадий ЖАВОРОНКОВ.

От редакции: Опубликованные выше разъяснения позволяют многое понять в причинах появления «советского миллионера», в механизме его функционирования. Но и вопросов ставят немало. Редакция ожидает читательские отклики на новое явление в нашей жизни, которые позволят продолжить разговор о необычном для нас феномене.

===========================

Из интервью журналу "Итоги":
№13 / 824 (26 марта 2012 года)

...Однажды ко мне приехали официальные лица из Госкомитета по вычислительной технике и сказали: «Мы тут проанализировали закон о кооперации, вам дано право делать то, чего не дано нам: вы можете выкупать компьютерные программы, интеллектуальный софт. Сделаете это и перепродадите нам? Мы покажем где».

И мы все сделали в точности, как они сказали, получив при этом бешеные деньги.

— Это и был первый миллион?

— Миллион рублей — на дворе был конец 1987 года — мы выручили, перепродав программу «Лексикон», прообраз Windows, на которой работала вся страна. За первую партию этого софта армянское предприятие перечислило 200 тысяч рублей на наш счет в банке. Программу, кстати, сделал Евгений Веселов, работавший тогда в Вычислительном центре Академии наук и получавший 130 рублей в месяц. Я переманил его к себе и стал платить 36 тысяч рублей. Он никогда в жизни не видел таких денег! Когда я приехал к нему домой — он жил с женой и ребенком в крохотной однокомнатной квартире в Строгино — и выложил пачку денег, он испытал затяжной шок. Помню, как Женя нервно ходил по квартире и не знал, куда пристроить пачки денег. Сначала в холодильник, потом передумал и запихнул на антресоли, в ванной пытался спрятать.

...Как-то к нам пришел молодой парень, звали его Виктор Вексельберг. Говорит, что придумал станок по очистке кабелей. И мы в нашем кооперативе начали чистить кабели: доставали медную сердцевину, скручивали и продавали на Запад, а ввозили все те же компьютеры. Кооператив рос в геометрической прогрессии. В 1989 году, когда о нас узнала вся страна, на счету компании было 100 миллионов рублей...

— Кто вышел из-под вашего крыла?

— Например, газета «Коммерсантъ» создавалась не без моей помощи. Как-то раз в наш кооператив пришел Володя Яковлев, молодой парень с прекрасным воспитанием и хорошим университетским образованием. К тому же он был сыном главреда «Московских новостей» Егора Яковлева. С самого порога Володя сказал, что не хочет связываться с организацией собственного кооператива, а посему желает примкнуть к нам. Бога ради! А дальше сильно удивил меня, заявив, что хочет торговать информацией. Из его слов выходило, что это должно стать товаром будущего.

Так была образована информационно-справочная служба «Факт» — первое негосударственное информационное агентство в стране. А в декабре 1989-го в сотрудничестве с Союзом кооператоров «Факт» начал выпускать еженедельную газету «Коммерсантъ» — первое частное деловое издание.

Читать полностью: http://www.itogi.ru/obsh-spetzproekt/2012/13/176086.html

=========================

Артем Тарасов родился в Москве 4 июля 1950 года (умер 22 июля 2017 года) в семье советских интеллигентов: мать доктор наук Людмила Алексеева, отец фотожурналист Михаил Тарасов. Детство и юность Артема прошли в городе Сухуми. Окончил Московский горный институт, факультеты МИЭМа и МВТУ им. Баумана, Высшие экономические курсы Госплана СССР, аспирантуру ведущего в мире экономического университета Wharton School (Пенсильвания, США). Кандидат технических наук (1982 г.), изобретатель СССР.

В 1989 году стал вице-президентом Союза объединенных кооперативов СССР, а в 1990 году - народным депутатом РСФСР. Тарасов считается первым советским предпринимателем, который легально стал миллионером. В 1991-93 годах он находился в Лондоне, затем вернулся в Москву и снова стал депутатом Государственной думы. Подавал заявку на участие в президентских выборах в 1996 году, однако не был зарегистрирован Центральной избирательной комиссией. После этого снова уехал в Лондон и вернулся оттуда только в 2003 году. В прошлом году выдвигался в депутаты Госдумы от партии "Яблоко" в Красноярском крае. У Тарасова были разные компании - от брачного агентства и фирмы по ремонту электроники до авиакомпании и цеха по огранке алмазов.

=========================

Приглашаю всех в группы
«Эпоха освободительной Перестройки М.С. Горбачева»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================





"Московские новости" 26 февраля 1989 года.



"Московские новости" 19 марта 1989 года.



"Московские новости" 26 марта 1989 года.



"Московские новости" 9 апреля 1989 года.

Легендарное выступление миллионера Тарасова в программе «Взгляд» - 1989 год.

https://youtu.be/ROn2v4Ga2fY





Леонид Парфенов. "Намедни 1989"
Первый миллионер СССР, кооператор Артём Тарасов.

https://youtu.be/QBgRroWksOU









"Известия" 11 марта 1990 года.



Tags: ! - История Перестройки, ! - Экономическая политика Перестройки, 1989, Тарасов, кооперативы
Subscribe

Posts from This Journal “Тарасов” Tag

  • Артем Тарасов - Первый из магикан.

    ...Однажды ко мне приехали официальные лица из Госкомитета по вычислительной технике и сказали: «Мы тут проанализировали закон о кооперации, вам дано…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments