ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

Categories:

Павел Палажченко: 10 декабря 1987 г. Послесловие к вашингтонскому саммиту.

Не помню, каким образом оказалось, что на авиабазу Эндрюз, где состоялась церемония прощания, Горбачев и вице-президент Буш поехали в машине генсека. По протоколу это, конечно, не положено, и я не знаю, произошло ли это спонтанно или об этом предварительно договорились. Буш был без переводчика, и это был один их нескольких случаев в моей практике, когда американская сторона предпочла такой «формат» (с нашей стороны такого не случалось никогда).

Из центра Вашингтона до этого аэродрома обычно 30-35 минут езды, но, может быть, на этот раз получилось чуть больше, потому что ехали довольно медленно. И почти все это время они разговаривали, причем довольно раскованно и откровенно. Эта манера общения сохранилась у них и потом, когда Буш был избран президентом.

Попрощались они в меру тепло.

Примерно через час после взлета Михаил Сергеевич вышел из своего отсека к пассажирам, кратко рассказал о беседе, потом обратился ко мне:

- Я понимаю, что в машине ты не мог делать заметок, но постарайся по памяти восстановить. Разговор получился не формальный, существенный, надо закрепить.

Кое-что я записал в полете, а на другой день надиктовал всё машинистке.

Буш, может быть, что-то зафиксировал, но скорее всего отчитываться не стал – во всяком случае, в его архиве следов не нашлось. У нас значительная часть моей записи позже была опубликована – в мемуарах Горбачева и в книге, изданной Горбачев-Фондом, где много и других записей бесед.

Ниже, впервые, полный текст без сокращений. Впоследствии

Горбачев и Буш часто напоминали друг другу об этой беседе. Слова «…как мы с тобой говорили в автомобиле» стали для них своего рода паролем.
**
Буш. Мы с женой смотрели вашу пресс-конференцию практически полностью. Она произвела на нас сильное впечатление. Визит завершается успешно.

Горбачев. Да, эту мысль я хотел провести в своем вступительном заявлении и ответах на вопросы. Без завышения, но все же дать понять, что мы, видимо, выходим на новый этап наших отношений. Налицо новые возможности. Надо их максимально использовать.

Буш. Согласен. Сейчас для этого есть условия. Вы лично этому здорово способствовали.
В рамках моей предвыборной кампании я участвовал сегодня в прямой телепрограмме «Вопросы и ответы», разговаривал с жителями штатов Среднего Запада, нашей глубинки. Реакция на ваш визит там буквально на грани эйфории. Огромная поддержка подписанного Вами и президентом договора.

Горбачев. Это очень ценно. Вообще — что-то явно меняется. Меняется буквально на глазах, буквально в эти дни. Вот смотрите — люди собрались на тротуарах, приветствуют нас, машут руками. А сегодняшняя наша остановка и разговор с людьми!

Буш. Его сейчас снова и снова показывают по телевидению. Там оказался только один телеоператор с камерой — от «Си-эн-эн».

Горбачев. Это очень хорошо.

Буш. Должен сказать, вы удачно отвечали на вопросы на пресс-конференции. Некоторые из них были нелегкими. Например, вопрос Мэри Макгрори (кстати, она очень хороший журналист): оправдала ли встреча с президентом ваши ожидания насчет разоружения? В ответ вы, по-моему, совершенно справедливо сослались на свое вступительное заявление, в нем действительно все сказано.

Горбачев. Поэтому оно было довольно пространным. Но главная моя мысль: в ближайшие месяцы предстоит большая работа.

Буш. Хочу сказать о предстоящих месяцах. У меня они в значительной степени будут заняты предвыборной кампанией. Все станет ясно примерно в середине—конце марта. Если дела у меня будут идти как сейчас, а, судя по опросам, они идут хорошо, и я смогу добиться крупных успехов на первичных выборах, то вопрос о моем выдвижении от республиканской партии будет решен. Если это сорвется, будет выдвинут Доул. Остальные — Дюпон, Кемп, Робертсон, Хейг... серьезных шансов не имеют.

Во время предвыборной кампании иногда говорятся вещи, о которых все мы потом сожалеем. Но на их не стоит обращать внимания.

Я привержен делу улучшения советско-американских отношений. Если буду избран, продолжу начатое. Доул тоже, кстати, мог бы стать хорошим президентом, в том числе и в плане развития советско-американских отношений.
Вообще, если смотреть на вещи по-крупному, вам, наверное, лучше иметь дело с президентом-республиканцем. Конечно, с нами у вас могут чаще возникать те или иные трудности, но не это главное.

В свое время понадобился Ричард Никсон, чтобы совершить поездку в Китай. Сейчас понадобился Рональд Рейган, чтобы подписать и обеспечить ратификацию Договора о сокращении ядерных вооружений. Это — роль для консерватора. А правее Рейгана в Америке никого нет. Правее некуда. Дальше — полоумные маргиналы. Но они не в счет.

Широкий спектр — за договор. А для советско-американских отношений лучше, когда их поддерживает широкий спектр американского общества. С демократами у вас будет в целом неплохо. Но они, как у нас говорят, «доставку не обеспечивают». Они не смогут обеспечить поддержку крупных договоренностей. Хотя, надо признать, с любым из нынешних кандидатов-демократов ваши отношения, наверное, складывались бы довольно гладко.

В предстоящие месяцы, несмотря на занятость в предвыборной кампании, я был бы готов в случае необходимости оказывать содействие в решении каких-то советско-американских вопросов, устранении возможных неприятностей. Конечно, я надеюсь, что таковых не будет. Но если они возникнут, то у меня есть определенные собственные возможности — воздействовать, оказывать влияние. Готов поддерживать контакт с Вами. Уверен, что могу быть полезен.

Горбачев. Я ценю то, что Вы сказали. Ценю, в каком духе это было сказано. Я тоже считаю, что предлагаемый Вами контакт мог бы быть полезен. Вы уже высказали эту идею Добрынину — он мне говорил. Я это поддерживаю. Ну а если Вам будет суждено стать у руководства страной, то надеюсь, что будем продолжать взаимодействовать. Хорошо, что Вы высказали такое намерение.

Буш. Что мне суждено — это, как я сказал, выяснится в ближайшие три-четыре месяца. Моя должность довольно своеобразна. У вице-президента нет конкретного «участка работы». Но это дает возможность видеть вещи широко, осмысливать их.

У меня широкие контакты. Недавно я встречался с Ярузельским. Он произвел на меня впечатление. Возможность познакомиться с ним я получил во время визита в Польшу. Визит был полезным. Разговор с Ярузельским получился хорошим, содержательным. Это интересный человек и сильный руководитель, которому досталась нелегкая ситуация. Но он, думается, пошел по правильному пути.

Горбачев. Ярузельский звонил мне, рассказывал о Вашем визите и беседе с вами. Он доволен разговором. Хорошо отзывался и лично о вас.

Буш. Это приятно слышать. Надеюсь, он на меня не слишком рассердился за то, что я встретился с Валенсой.

Польша — необычная страна. Дела у них идут нелегко, и, кстати, в ходе визита обсуждались возможности решения проблем наших экономических взаимоотношений в интересах развития экономики этой страны. Такие возможности есть.
Горбачев. И у нас с вами большой потенциал. Надо его использовать.

Буш. Если можно, хочу задать вопрос о Корее, тем более что Вы затрагивали этот вопрос на переговорах, передали документ, с которым я ознакомился. Вопрос такой: что Вы думаете о сыне Ким Ир Сена? Каковы его шансы — будет ли он оттеснен или со временем выйдет на первую позицию?

Горбачев. Знаете, в этом надо разобраться. Наверное, и нам, и вам. Тут есть о чем подумать. Я с ним не встречался. Он не часто выезжает из страны. Насколько нам известно, он не без способностей. Но там есть разные люди.

Буш. У нас ведь с Северной Кореей нет отношений, и знаем мы о них мало. Но судя по информации, которой мы располагаем, это своего рода баловень, испорченный ребенок. Говорят, что им не очень довольны.

Горбачев. Трудно сказать. Конечно, отец его — более крупная фигура. Этим я бы, пожалуй, ограничился.

Буш. Понимаю. А как, на Ваш взгляд, будут развиваться советско-китайские отношения, политика Китая?

Горбачев. Мы, проанализировав, пришли к твердому выводу: Китай будет всегда проводить самостоятельную политику. И это, как мы считаем, положительно. Будем развивать отношения с Китаем. Китай будет, конечно, отстаивать свои интересы, мы — свои. Но можно найти баланс. Мы готовы, и думаю, перспектива у советско-китайских отношений есть. При этом мы не собираемся как-то наносить ущерб американо-китайским отношениям.

Буш. Я с Вами согласен. Я не вижу в развитии советско-китайских отношений какой-либо угрозы для США. Мне часто задают вопросы об этом, и всякий раз я отвечаю, что опасности не вижу.

Горбачев. Китай будет все активнее.

Буш. Правда, активность его уже вызывает беспокойство у его соседей по АТР — стран АСЕАН.

Горбачев. Да, мы отметили это.

Буш. Особенно у Индонезии.

Горбачев. Ясно, что Китай будет все активнее выходить на внешние связи, в частности в АТР. И Советский Союз тоже. Мы тоже принадлежим к этому региону. Выступая во Владивостоке, я высказал одну мысль, которую очень хотел бы донести до американского руководства: выходя в АТР, Советский Союз никак не собирается ущемлять чьи-либо интересы, в том числе подрывать давние интересы США. Мы признаем значение этого региона для вашей страны, для Запада. Никаких скрытых намерений, ничего, кроме желания взаимодействовать и налаживать сотрудничество со странами региона, у нас не было и нет.

Буш. Это отвечает и моим представлениям.

https://www.facebook.com/pavel.palazhchenko/posts/2931926476927275

============================

Приглашаю всех в группы
«Эпоха освободительной Перестройки М.С. Горбачева»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================






Tags: ! - Советско-американские отношения, 1987, Палажченко, саммит
Subscribe

Posts from This Journal “Палажченко” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments