ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

Первая публикация в СССР притчи Фазиля Искандера "Кролики и удавы". "Наш страх - это их гипноз".

31 год назад - в №9 журнала "Юность" за 1987 год - впервые в СССР была опубликована притча Фазиля Искандера "Кролики и удавы".

==============================

ЦИТАТЫ:

"Наш страх - это их гипноз".

"Надо бороться с удавами, даже находясь в желудке удава."

"Король знал, что только при помощи надежды (цветная капуста) и страха (удавы) можно разумно управлять жизнью кроликов."

"Не надо злоупотреблять словом «победа»... Я бы заменил его словом «преодоление». В слове «победа» мне слышится торжествующий топот дураков."

"Потерявшие идеал начинают идеализировать победу. Победа из средства достижения истины превращается в самую истину. Запомни: там, где много говорят о победах, — или забыли истину, или прячутся от неё."

"В королевстве кроликов страшнее всего было оказаться под огнём патриотического гнева. По обычаям кроликов, патриотический гнев следовало всегда и везде поощрять. Каждый кролик в королевстве кроликов в момент проявления патриотического гнева мгновенно становится рангом выше того кролика, против которого был направлен его патриотический гнев.

Против патриотического гнева было только одно оружие — перепатриотичить и перегневить патриота. Но сделать это обычно было нелегко, потому что для этого нужен разгон, а разогнаться и перепатриотичить кролика, который вплотную подступился к тебе со своим патриотическим гневом, почти невозможно."

"Существо, имеющее профессию выявлять в другом существе возможности враждебных мыслей или действий, не может рано или поздно не постараться обнаружить такие мысли и такие действия. Долгое время ничего не обнаруживая, оно слишком явно обнаруживает ненужность своей профессии. "

"Когда какого-нибудь кролика обвиняют в государственной измене, требовать доказательств существования этой измены считается у кроликов ужасной бестактностью. Такой нежный, такой интимный вопрос, как верность или неверность Королю, и вдруг какие-то грубые, зримые, вещественные доказательства. С точки зрения кроликов это было некрасиво и даже возмутительно."

"Cмелость слишком часто бывает следствием чувства обесцененности жизни, тогда как трусость всегда следствие ложного преувелечения ее ценности."

"Уползая от Косого, юный удав в самом деле еще не знал, что выгоднее: донести или не донести. По молодости он не понимал, что тот, кто раздумывает над вопросом, донести или не донести, в конце концов обязательно донесет, потому что всякая мысль стремится к завершению заложенных в ней возможностей."

"– И это они называют жизнью, – сказал Задумавшийся, кивая сидящему рядом с ним Возжаждавшему.– Учитель, – ответил Возжаждавший, – все-таки мне кажется, если бы ты в тот раз обещал кроликам сохранить воровство, мы бы выиграли дело. Ты был так близок к победе. Неужели нельзя было один раз солгать ради нашей прекрасной цели?– Нет, – ответил Задумавшийся, – я об этом много раз думал. Именно потому, что живая жизнь все время движется и меняется, нам нужен ориентир алмазной прочности, а это и есть правда. Она может быть неполной, но она не может быть искаженной сознательно даже ради самой высокой цели. Иначе все развалится... Мореплаватель не может ориентироваться по падающим звездам..."

"Держа в руках королевскую власть, Король кроликов с горечью убеждался, что все силы уходят на то, чтобы эту власть удержать."

=======================================

Притча "Кролики и удавы" была, как и большинство шедевров Искандера "советского" периода, написана "в стол" в 1973 году, впервые опубликована за рубежом, лишь в 1987 году предстала на суд российских читателей, - и произвела скандал, сравнимый лишь с прижизненными публикациями язвительных сказок Салтыкова-Щедрина.
На чем держится власть могущественных удавов над наивными, простодушными кроликами?
На страхе - слепящем, иррациональном, сковывающем страхе.
На чем держится идея неистово смелого кролика, попытавшегося скинуть эту кровожадную власть?
На простом отрицании страха, - ведь чем можно запугать тех, кому в принципе нечего терять?
Но почему кролики еще более недовольны столь революционной идеей, чем их ползучие хозяева и палачи? Быть может, потому, что и сами они, привыкшие жить в "маленькой, но очаровательной несправедливости" воровства и взяточничества, боятся смены власти куда сильнее, чем возможности быть съеденными?

Аудиокнигу можно прослушать тут:
http://abookru.com/%D0%BA%D1%80%D0%BE%D0%BB%D0%B8%D0%BA%D0%B8-%D0%B8-%D1%83%D0%B4%D0%B0%D0%B2%D1%8B-2

================

Екатерина Гордеева:

У нас в школе был учитель физики Владимир Семенович Гамбург. В него были влюблены примерно все девочки во всех параллелях с пятого по десятый класс. Мы с Olga Vassilieva специально опаздывали на его пары, потому что опоздавшим Гамбург ставил маленькую единичку в клетку журнала. И ее можно было исправить на любую оценку, решая с ним (!) после уроков (!) дополнительные задачи из Новосибирского учебника по физике.
Однажды мне страшно повезло: мы с Гамбургом вместе шли минут сорок из школы по улице Энгельса, а потом по Буденновскому проспекту. Мне, разумеется, мечталось, что он меня провожал. Был октябрь. Светило какое-то разудалое, но не жаркое солнце, с деревьев сыпались и укладывались в разные узоры желтые, оранжевые и, умершие молодыми, зеленые листья. Я смотрела под ноги и думала о неразделенной любви. А Гамбург мне, шестикласснице, рассказывал о природе власти, о действии этой самой власти на людей, о податливости людей диктаторам и немоте, наступающей у многих перед лицом человека на высокой трибуне, с мандатом, с плетью, с удостоверением или просто с правом говорить громким голосом.
На следующий день в школу Гамбург принес сильно потрепанный журнал "Юность". А там -- "Кролики и удавы". А на полях всякие восклицательные знаки, вопросы и NB простым карандашом. Первые пару раз я прочитала (вообще не смеясь) молниеносно, от любви к Гамбургу. А потом еще пару раз уже хохоча до слез ну и вообще, думая.
Спустя много лет я позвоню Фазилю Абдуловичу с предложением прочесть "Открытую лекцию". И расскажу про этот эпизод. И он, удивительно, спросит: "А где сейчас ваш учитель физики?" И я почему-то, рыдая постороннему человеку, пускай и писателю, в трубку, расскажу, что Гамбург наш несколько лет назад попал под автобус, торопясь на школьный урок.
"Давайте это будет лекция его памяти?" -- предложит Искандер.
Но лекции не получилось.
Передавайте там моему Гамбургу привет, если встретите, дорогой Фазиль Абдулович.

https://m.facebook.com/story.php?story_fbid=10154295119656702&id=792246701

===========







О чем бы ни писал Фазиль Искандер, во всем чувствуется легко узнаваемая, только ему свойственная ирония. В его книгах перемешиваются терпкий юмор, язвительная сатира, тонкая лирика и высокая романтика.

«Кролики и удавы» можно определить как антиутопию, хотя это определение будет не совсем верно. В антиутопии показаны опасные и непредвиденные последствия реализации утопических идей — изначально прекрасных и логичных. Антиутопия — это гипотеза, а «Кролики и удавы» — это реальность.
В «Кроликах и удавах» показано вполне реальное общество, причем обрисовываются вполне конкретные его черты. К такому приему прибегал не только Искандер. Начиная с конца 70-х годов, один за другим появлялись «Аптекарь» Орлова, «Живая вода» Крупина и многие другие. Опасаясь открыто высказывать отрицание, неприятие тех или иных сторон жизни, а порой и всей системы, писатели создавали фантастические миры, куда помещали своих настоящих героев. Обращаясь к проблемам политического устройства общества, такая проза всегда строится на абсурде и алогизме; в будничном течении жизни угадывается катастрофичность. Так возникает картина вымороченной действительности.
В «Кроликах и удавах» события разворачиваются в одной далекой африканской стране. Удавы охотятся за кроликами, а обезьяны и слоны соблюдают нейтралитет. Несмотря на то, что кролики обычно очень быстро бегают, при виде удавов они словно впадают в оцепенение. Удавы не душат кроликов, а как бы гипнотизируют их. При этом кролики и удавы при полной вроде бы своей противоположности составляют единое целое. Возникает особый симбиоз. Особый вид уродливого сообщества. Потому что кролик, переработанный удавом, — как размышляет Великий Питон, — превращается в удава. Значит, удавы — это кролики на высшей стадии своего развития. Иначе говоря, мы — это бывшие они, а они — это будущие мы.
И что получается. Если даже появляется в этой конформистской среде свободолюбивый кролик, чьей смелости хватает на то, чтобы уже внутри удава, уже будучи проглоченным, упереться в животе, то об этом бешеном кролике много лет потрясенные удавы будут рассказывать легенды.
Однако на самом-то деле и кролики, и удавы стоят друг друга. Их странное сообщество, главным законом которого является закон беспрекословного проглатывания, основано на воровстве, пропитано ложью, социальной демагогией, пустым фразерством, постоянно подновляемыми лозунгами (вроде главного лозунга о будущей Цветной Капусте, которая когда-нибудь в отдаленном будущем украсит стол каждого кролика!). Кролики предают друг друга, заняты бесконечной нечистоплотной возней. Это сообщество скрепленных взаимным рабством — рабством покорных холопов и развращенных хозяев. Хозяева ведь тоже скованы страхом: попробуй, скажем, удав не приподнять в знак верности головы во время исполнения боевого гимна. Немедленно собратья-удавы лишат его жизни за измену!
Рефлекс подчинения действует не только среди кроликов, но и среди удавов. Во главе стоит Великий Питон. Но Питон не удав, он инородец, сумевший подчинить себе весь удавий народ. Он требует беспрекословного подчинения и не терпит даже малейшего промедления и в исполнении приказов. Всякое идеологическое вольномыслие или нарушение закон удавьей жизни безжалостно карается. Самая изощренная пытка среди удавов — самопоедание, когда хвост удава засовывался ему в пасть. С одной стороны, он, пожирая себя, самоуничтожается, с другой стороны, он, питаясь самим собой, продлевает свои муки. Тут нельзя не вспомнить процессы 1937-1938 годов, когда под пытками люди были вынуждены оговаривать себя.
Искандер смотрит на реальность без иллюзий, открыто говоря о том, что, пока кролики, раздираемые внутренними противоречиями (а удавам только этого и надо), будут покорно идти на убой, их положение не изменится.
При этом Искандеру удается говорить об этом с юмором. Юмор – самое заметное свойство прозы Искандера. Довольно редкой разновидности, очень… настоящий, что ли. Смешное у него рождается словно бы из ничего, являясь всегда неожиданно. Его наблюдения, столь же острые, сколь и возвышенные, часто утрамбованы до размеров афоризма. И можно сказать, что его юмор — часть его мудрости, а может быть, оригинальная форма извинения за избыток мудрости. Когда читаешь его, думаешь, что смешное — не продукт специфического жанра, а заключительная стадия познания истины, стадия, которую просто не все достигают.

======================================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================





Tags: ! - Книги Перестройки, "Юность", 1987, Искандер
Subscribe

Posts from This Journal “! - Книги Перестройки” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments