ed_glezin (ed_glezin) wrote,
ed_glezin
ed_glezin

Визит Михаила Горбачева в Китай ( 15 - 18 мая 1989 года ).

29 лет назад - с 15 по 18 мая 1989 года - председатель Верховного Совета СССР, Генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев совершил официальный визит в Китай.





Визит Михаила Горбачева в Китай.

https://www.youtube.com/watch?v=W2gncWA8PRo



Он стал первым визитом лидера СССР за последние 30 лет. Во второй день состоялась встреча Дэн Сяопина и М.С. Горбачева. Стороны объявили о нормализации дипломатических отношений двух стран. Во встрече Дэн Сяопин выразил надежду на ликвидацию трех препятствий и быстрейшее осуществление диалога двух стран. Подводя итоги данной встречи, Дэн Сяопин отметил, что в отношениях между двумя странами нужно забыть о прошлом недоверии и уверенно смотреть в будущее, и подчеркнул, что Китай не будет вторгаться в другие страны и не будет никому угрожать.

М. С. Горбачев также высказался по поводу натянутых отношений между СССР и Китаем в прошедшие десятилетия. Но сейчас лидеры двух стран пришли к единодушному мнению, что всё это нужно оставить в прошлом и двигаться вперёд, предпринимая конкретные шаги для развития и укрепления связей между двумя странами.

Встреча Дэн Сяопина и М. С. Горбачева стала одним из наиважнейших политических событий 20-го века. Она завершила болезненнее прошлое между Китаем и СССР и дала толчок развитию отношений двух стран нового типа.

Нормализация дипломатических отношений между Китаем и СССР является важным прорывом внешней политики Китая в 80-е годы прошлого века. Это достижение создало благоприятную международную обстановку для модернизации Китая и проложило путь для развития будущих китайско-российских отношений.

Программа "Время" 17 мая 1989 года.

Специальный выпуск, посвященный визиту М.Горбачева в Китай.

https://youtu.be/MFgARPON8BE



=========================


























Прилет Михаила Горбачева в Пекин.

https://youtu.be/ofIEnqOIZ1s



=======================================

Михаил Горбачев о своем визите в Китай.
(Из книги "Жизнь и реформы").


Атмосфера встреч с молодежью везде была просто чудесной, искренней. Мне запомнилась, в частности, встреча с демонстрантами на обратном пути с Великой китайской стены. Служба безопасности, заметив впереди многочисленные колонны молодежи, хотела было направить кортеж машин куда-то в боковую улицу, но я попросил ехать прямо. Студенты, увидев мою машину, бурно нас приветствовали. Мы остановились, вышли из автомобилей, обменялись рукопожатиями. Порядок демонстранты соблюдали образцовый, сами организовали живой коридор, и мы спокойно проехали, а уж за нами — охрана.
Словом, самые разнообразные контакты с китайской молодежью подтвердили, что я правильно поступил, решив не откладывать визита в Китай, хотя у некоторых наших товарищей и возникало сомнение — не помешают ли его успешному осуществлению начинавшиеся в Пекине студенческие выступления. Откровенно говоря, из Москвы мы все же не представляли масштаб этих выступлений. Пик студенческого протеста совпал с моим приездом в Пекин, но было бы, конечно, большим упрощением и просто неправдой усматривать здесь какую-то взаимосвязь, как это пытались делать многие из тысячи двухсот иностранных журналистов, съехавшихся освещать визит.
С чем шли люди на улицы, почему они решили приурочить наибольший размах демонстрации (по некоторым оценкам, в Пекине вышли на улицы не менее двух миллионов демонстрантов) к приезду Горбачева? В какой-то мере ответ на этот вопрос дают полученные мною обращения. Вот петиция студентов старейшего и известнейшего в Китае Пекинского университета, переданная мне через наше посольство в китайской столице.
«Уважаемый господин Горбачев! Мы, студенты и преподаватели Пекинского университета, выражаем Вам наше уважение и горячо приветствуем Ваш визит в нашу страну... Вы повели советский народ на осуществление самой великой, самой глубокой, самой всесторонней за всю историю СССР перестройки общества. В процессе перестройки Вы проявили удивительное мужество и ум. Вся Ваша политическая деятельность свидетельствует о том, что Вы не только прекрасно разбираетесь во внутренних проблемах вашей страны, но и обладаете глубокими, всесторонними знаниями в области современной и мировой политики, экономики, права, культуры и особенно современной демократической мысли.
Мы глубоко восхищены Вашей книгой «Перестройка и новое мышление», которая явилась концентрированным отражением Ваших знаний. Верим, что Ваш визит не только сможет положить конец 30-летнему ненормальному состоянию китайско-советских отношений, но и принесет китайскому народу новые представления и идеи относительно осуществления реформ и строительства в социалистическом государстве. Даст нам ценный опыт проведения социалистической реформы.
Пекинский университет — это колыбель китайской демократии и науки. В новой истории Китая он был генератором многих реформаторских передовых идей. Студенты и преподаватели Пекинского университета гордятся этим. Поэтому мы были бы рады, если бы во время пребывания в Пекине Вы смогли в удобное для Вас время приехать к нам и выступить по вопросам перестройки в социалистическом государстве. Для нас было бы большой честью, если бы Вы посетили Пекинский университет. Верим, что Вы примете наше приглашение.
С огромным уважением. 12 мая 1989 года. Подписи студентов и преподавателей (около трех тысяч)».
Получил я и письмо от студентов Пекинского педагогического университета с приглашением посетить университет и поделиться своими мыслями о проблемах демократизации в СССР и во всем мире.
Из этих и других обращений, доходивших до меня, видно, что молодежь, искавшая оптимальный вариант преобразований у себя на родине, хотела из первых рук узнать о нашей перестройке. Ведь сами по себе экономические реформы без демократизции всей общественной и государственной жизни не могут иметь достаточного простора, перспектив, надежности. А главное — плодами этих реформ будут в первую очередь пользоваться коррумпированный бюрократический аппарат, дельцы теневой экономики. Что же касается социально незащищенных слоев населения, которых едва ли не большинство, на их долю достаются крохи с «пиршественного стола».

Кстати, это ведь и было одной из главных причин недовольства большей части городского населения в Китае весной 1989 года. Студенты, значительная часть интеллигенции в буквальном смысле слова нищенствовали в условиях инфляции и засилья коррумпированного чиновничества из партийного, государственного и хозяйственного аппарата. Об этом рассказывали моим спутникам их китайские друзья, да и без рассказов было видно, так сказать, невооруженным глазом. Поэтому восторженных оценок плодов экономической реформы в Китае недостаточно для объективной оценки весьма противоречивых, далеко не однозначных социально-экономических и общественно-политических процессов в этой огромной стране.

http://www.gorby.ru/gorbachev/zhizn_i_reformy2/page_22/







==========================================================

М.С.Горбачев о Дэн Сяопине, его реформах и российско-китайских отношениях

19.08.2004


Пятнадцать лет назад по приглашению руководителей Китая я осуществил официальный государственный визит в Китайскую Народную Республику. Это произошло после почти 30-летнего противостояния наших стран. Конфронтация, временами весьма острая, конечно, вообще говоря, была чревата далеко идущими опасностями, приносила большой вред и советским людям, и китайцам, оказывала негативное влияние на всю мировую обстановку. И это понятно ввиду международного веса и масштабов наших стран.
Чтобы такой визит состоялся, потребовалось многое сделать и той, и другой стороне. Благодаря совместным усилиям необходимые условия были созданы к маю 1989 года.
Мы приехали в Китай в непростое время, связанное с волнениями, прежде всего студенческой молодежи, но и не только. И, тем не менее, мы и руководство Китая, и прежде всего Дэн Сяопин, считали, что визит должен быть проведен. И я разделял такой подход. Ибо то, что мы собирались сделать, отвечало самым глубоким национальным интересам и Советского Союза, и Китая. Большие ожидания были и в мире.
Я оцениваю итоги наших переговоров в Пекине как весьма успешные. Был совершен один из крупнейших позитивных поворотов не только в наших отношениях, но вообще в мировой политике. Результатом этого визита стала нормализация отношений по линии государственной политики, связей КПСС и КПК. Были намечены, а потом и реализованы тщательно выверенные специалистами планы демилитаризации огромной советско-китайской границы и решения целого ряда спорных пограничных вопросов. И конечно, в центре внимания были проблемы экономического сотрудничества, развитие научных, культурных связей.
Я с удовлетворением должен прямо сказать: даже многие годы противостояния не изгладили из сознания ни советских людей, ни граждан Китая понимания ценности и взаимной полезности дружественных отношений между нашими народами.
Участниками переговоров были все руководители Китая. Но, несомненно, первую скрипку играл товарищ Дэн Сяопин. Говоря его словами, мы «закрыли прошлое и открыли будущее». Отбросили взаимные подозрения, старые счеты и обиды. Мне глубоко импонировали его суждения о «раскрепощении сознания», об опасности «окостенения мышления», «слепой веры в догмы». Это был дальновидный и одновременно прагматичный деятель, крупнейший политик современности.
Наши реформаторские, перестроечные взгляды к 1989 году уже не просто декларировались, а стали практически реализоваться на путях продвижения к обновлению и демократии. И поэтому мы говорили на одном языке, хорошо понимая друг друга. Его суждения были пронизаны творческим подходом к претворению в жизнь социалистических идей.
Дэн Сяопину в то время было почти 85 лет, но от него исходила огромная энергия. Мне запомнились его открытость, реализм суждений. Да, наверное, мы - и Китай, и Советский Союз - должны были пройти немалый путь для того, чтобы на таком уровне и в таком ключе состоялась эта встреча.
Если говорить о роли Дэн Сяопина в истории вообще, то, мне думается, она связана прежде всего с новой философией, к которой пришел товарищ Дэн Сяопин. Я имею в виду новое видение мира, новое понимание реальностей самого Китая, извлечение практических уроков из истории. Уверен, тех больших конструктивных перемен в Китае не произошло бы, если бы ему не удалось возглавить борьбу с догматизмом в теории и политике.
Реформы Дэн Сяопина, открытость миру – это все оказало огромное влияние не только на положение дел в Китае, но и на мировую обстановку. Мне думается, что важнейшей составной частью философии, которую исповедовал Дэн Сяопин, было глубокое понимание необходимости сохранения мира для Китая и его ответственности за позитивные изменения в мире как великой державы, постоянного члена Совета Безопасности. И это не просто пацифизм. Руководство Китая в необходимых случаях бросало на весы весь свой авторитет для того, чтобы решительно защищать мир, стабильность, поддерживать народы, которые вышли на дорогу свободного, самостоятельного развития.
Китай при Дэн Сяопине последовательно выступал против доминирования, гегемонизма в международных отношениях и вместе с тем давал примеры конструктивного подхода к строительству нового мирового порядка на основе равноправного, взаимовыгодного сотрудничества, уважения культурно-исторического многообразия мира. Когда я слышу заявления сегодняшних руководителей Китая об их приверженности многополюсности мира, об укреплении авторитета международного права и ООН, то в этом, конечно, проявляется конструктивное наследие Дэн Сяопина.
В этой связи хочу назвать имя товарища Цзян Цзэминя, который успешно принял эстафету от Дэн Сяопина. И, я думаю, немало внес в обогащение и развитие его лучших традиций.
В историю мировой политики Дэн Сяопин войдет прежде всего как крупнейший реформатор Китая, архитектор его модернизации и открытости. Я очень внимательно следил за китайскими реформами, отмечая их реализм и эффективность. Вместе с тем разделяю убеждение Дэн Сяопина о несостоятельности безоглядного копирования иностранных моделей и образцов, без учета национальной специфики. В самом деле, это не приводило к успеху – будь то «большой скачок в коммунизм» в Китае или недавний «большой скачок в капитализм» в России. Это не значит, что не следует учитывать все лучшее из опыта других стран. Напротив, открытость как раз и предполагает использование такого опыта.
Огромная заслуга Дэн Сяопина, его политических соратников и наследников – нынешних руководителей новой формации, на мой взгляд, заключается в том, что они сумели в условиях самой населенной страны сохранять известный баланс между политической и социальной стабильностью, обеспечивая высокие темпы экономического роста и участие Китая в мировой экономике.
Достижения Китая радуют его друзей. Созидательный труд китайского народа вызывает огромное уважение в мире. Вместе с тем в мировом сообществе с пониманием относятся к тому, что Китаю предстоит еще многое сделать для подъема благосостояния народа, устранения серьезных противоречий в уровнях развития регионов, города и деревни, резких разрывов в социальном положении различных групп населения, преодоления бедности. Кстати, сходные проблемы сегодня составляют предмет большого беспокойства и в России. И на решение этих проблем направлена политика президента Владимира Путина.
Я приветствую тот динамизм, который характеризует в последние годы российско-китайские отношения. Приветствую заинтересованный, деловой подход к ним с обеих сторон, включающий откровенный диалог для выяснения непростых проблем. Так и должно быть между партнерами и друзьями. Это признак здоровых, зрелых отношений. При таком подходе какие бы ни возникали проблемы, они могут успешно решаться.
Сейчас, когда мировое сообщество остро нуждается в укреплении международной безопасности и правопорядка, в преодолении бедности, в защите природы, сотрудничество таких близких соседей и друзей, какими являются Россия и Китай, - это важный фактор глобального значения. По собственному опыту как участник многих международных форумов последнего времени я знаю, что интерес к современному Китаю, его опыту, к мнениям и предложениям китайских политиков, ученых и общественных деятелей растет. И это – добрый знак.

М.Горбачев

http://www.gorby.ru/presscenter/publication/show_23647/









Из книги Михаила Горбачева "Жизнь и реформы":

"...Пока я был занят на переговорах, Раиса Максимовна побывала в пекинской библиотеке, в Обществе китайско-советской дружбы, доме-музее всемирно известного китайского живописца и графика Сюй Бэйхуна, в парке Тяньтань, на кооперативной фабрике декоративно-прикладного искусства. Самые сильные впечатления, которыми она поделилась со мной, — это радушие и доброжелательность китайцев, их одобрение быстрых изменений к лучшему в отношениях между нашими странами."

=======================================================

Дмитрий Косырев, политический обозреватель РИА Новости.

Есть события просто крупные, а есть огромного масштаба, такие, что необратимо меняют мир. 15 мая 1989 года, встретившиеся в Пекине лидеры СССР и Китая, Михаил Горбачев и Дэн Сяопин, разом изменили всю мировую политику, принеся этим неизмеримые выгоды своим народам. Мы и сегодня живем в том мире, который был ими создан 20 лет назад.

Недавно вышла книга Цянь Цичэня, бывшего министра иностранных дел Китая, под названием «Десять эпизодов китайской дипломатии». Первый из этих эпизодов касается того, как китайцы готовили ту историческую встречу в течение десяти лет – именно так! К 1982 году они сформулировали несколько принципов нормализации советско-китайских отношений, которые тогда находились в стадии заморозки после конфронтации, если не войны, 1969-1979 годов. И, как ни странно, в 1989 году получили все.

Первым среди этих принципов было прекращение советской поддержки вьетнамской «оккупации Камбоджи». Китаю требовалась мирная южная граница (с Вьетнамом), поскольку Дэн и прочие реформаторы хорошо понимали, откуда к ним должны были прийти первые зарубежные инвестиции – именно с юга, из стран Юго-Восточной Азии. Второе китайское требование касалось их северной границы – они хотели вывода советских войск из Монголии, а также уменьшения численности войск на советско-китайской границе. Это называлось «тремя барьерами».

Китай, которого Москва давила с севера и юга, одновременно находился в состоянии холодной войны с США. Но и СССР был ровно в том же положении. Вообще говоря, СССР при Брежневе жил в состоянии геополитической катастрофы: готовиться к двум ядерным войнам, с США и с Китаем – такого никому не пожелаешь.

Советско-китайские консультации по поводу тех самых предложений Пекина начались в октябре 1982 года. А это означало, что через 3 недели после этого умер Брежнев, за ним – Андропов и Черненко. А консультации, черепашьим шагом, иногда – в виде диалога глухих, все шли, в ожидании, когда в СССР появится настоящий лидер, способный принимать решения.

Далее была программная речь Михаила Горбачева во Владивостоке в 1986 году, а потом и в Красноярске. Как ни странно, российская политика на Востоке и сегодня отталкивается от тех программных концепций.

И, наконец, с 15 по 18 мая 1989 года состоялся визит Михаила Горбачева в Китай. Где был положен конец конфронтации двух соседей, что мгновенно укрепило их международные позиции, позволило каждой из стран заниматься экономическими реформами (как известно, у Китая они получились более удачно). Был положен конец иллюзиям об идеологическом союзе двух коммунистических держав, тем более что к этому моменту обе они, фактически, к таковым уже не очень-то относились. Вместо этого было начато их партнерство и сотрудничество, исходившее совсем из иных соображений – из факта соседства, например.

Да, китайцы получили то, что хотели – решение вопроса с Камбоджей, отвод советских войск из Монголии и от советско-китайской границы. Китайские войска вдоль этой границы тоже не занимают больше прежних позиций. А Москва получила нечто иное и не менее ценное.
Известно высказывание председателя Мао Цзэдуна в беседе с японскими социалистами насчет того, что Китай еще предъявит счет советским ревизионистам за громадные территории Сибири и Дальнего Востока. То есть одним из компонентов противостояния двух стран были китайские территориальные претензии к СССР.

«Мы предъявляем вам этот счет сейчас», сказал Михаилу Горбачеву Дэн Сяопин. Трудно сказать, понимали ли все участники переговоров громадный смысл происходившего, затаили ли они дыхание от этих слов: ведь счет был улажен там же и тогда же. Китай признал существовавшую границу двух стран (самую длинную в мире, более 5 тысяч километров), претензии были сметены в корзину истории, были начаты переговоры о демаркации этой границы. Они, как ни странно, заняли 20 лет, но теперь у нас нормальная, мирная граница, избавленная от мин замедленного действия, типа существования пограничной реки, где граница почему-то проходила по одному, китайскому берегу, а не по середине реки, как во всем мире.

Если бы за всю свою карьеру Михаил Горбачев совершил только одно – вот этот китайский визит – то и этого ему хватило бы, чтобы заслужить вечную благодарность соотечественников. И то, что в 90-е годы Москва постоянно кошмарила геополитических конкурентов своими особыми отношениями с Китаем, которым тогда всего-то было несколько лет – и избавилась таким путем от множества неприятностей - это, по сути, тоже заслуга Горбачева.

https://ria.ru/analytics/20090515/171122262.html









====================

30 лет назад в эти дни завершился визит генсека ЦК КПСС Михаила Горбачева в Китай. Это была первая поездка советского лидера в КНР за 30 лет. Визит имел историческое значение. Он фактически поставил точку в советско-китайском расколе.
Прибытие Горбачева в Китай совпало с драматическими событиями в Пекине — массовыми студенческими протестами, которые выдвигали политические требования к руководству страны.


Александр Братерский (Газета.Ru) рассказывает об этих событиях


«Я знаю, что вы также за то, чтобы смысл, итог нашей встречи можно было бы выразить формулой из восьми иероглифов, которые в переводе на русский язык означают: «закрыть прошлое, открыть будущее», — эти слова во время своей первой встречи с Михаилом Горбачевым произнес архитектор китайских реформ Дэн Сяопин
Закрыть прошлое, действительно, было необходимо — на протяжении нескольких десятилетий СССР и КНР находились в откровенно враждебных отношениях. Причиной стали идеологические разногласия: руководство КНР в свое время не приняло советской политики развенчания «культа личности» Иосифа Сталина.
Об улучшении отношений с КНР в СССР начали задумываться еще до прихода к власти Горбачева. Однако именно последний советский генсек стал тем, кто осуществил эти идеи на практике.

Первый раз во всеуслышание Горбачев заявил о намерениях улучшить отношения с КНР, выступая в 1986 году во Владивостоке: «Мы надеемся, что в недалеком будущем разделяющая (а хотелось бы говорить — соединяющая) нас граница станет полосой мира и дружбы», — сказал тогда советский лидер. В речи Горбачев говорил также о выводе большей части войск из Монголии, а также о планах обсудить «конкретные шаги, направленные на соразмерное снижение уровня сухопутных сил».

К визиту Горбачева в КНР было приковано пристальное внимание США. За противостоянием Москвы и Пекина в Вашингтоне следили долгие годы. Именно это позволило Белому дому во время «холодной войны» использовать советско-китайские противоречия в своих целях и начать сближение с Пекином.

Свою оценку происходящему выразил будущий госсекретарь США Ричард Холбрук, который писал для The New York Times, что если бы подобная встреча произошла за несколько лет до этого, она бы «потрясла мир». Сегодня же, продолжал автор, пытаясь реформировать коммунизм, лидеры СССР и Китая «должны сосредоточиться на беспрецедентных внутренних потрясениях».

Американский политолог имел в виду не только болезненные процессы в республиках СССР, но и студенческие протесты против властей КНР, которые совпали с визитом Горбачева.

Студенческие демонстрации шли на знаменитой пекинской площади Тяньаньмэнь, и именно поэтому официальную церемонию встречи советской делегации провели прямо на аэродроме. Китайские власти также делали все возможное, чтобы Горбачев и члены советской делегации не встретились с демонстрантами.

«Мы ехали окраинными дорогами, объезжая центр города: центральные магистрали и площади оказались заполнены демонстрантами. Студенты, как нам стало известно, готовы были оказать почести советскому лидеру, но пекинские власти не пошли на это. Возможно, они были не уверены, что смогут удержать ситуацию под контролем»,
— писал Горбачев в своей книге «Жизнь и реформы».

Член делегации помощник и переводчик советского лидера Павел Палажченко вспоминает, что обстановка во время визита «была крайне напряженной»: «Когда мы уезжали, среди демонстрантов впервые появились лозунги против Дэн Сяопина», — говорит Палажченко в беседе с «Газетой.Ru».

Происходящее, по мнению собеседника издания, «шокировало» замглавы МИД СССР Игоря Рогачева, который занимался отношениями с КНР. В посольстве СССР были полярные мнения, но советский посол Олег Трояновский старался найти «взвешенную линию», отмечает Палажченко.

Горбачеву все же удалось коротко поговорить со студентами, он попросил охрану остановить кортеж, чтобы поприветствовать их. Из писем, которые прислали ему студенты перед поездкой, Горбачев понимал, что их интересуют политические перемены в СССР. Как отмечает эксперт клуба «Валдай», профессор РАН, доцент СПбГУ Яна Лексютина, студенты смотрели на Горбачева «как на нового лидера, открывшего дверь демократическим преобразованиям в Советском Союзе».
Сам визит, говорит эксперт, хотя и косвенно, но «активизировал в Китае протестные настроения».
Кроме того, продолжает Лексютина, поскольку приезд Горбачева имел большой резонанс в мировом сообществе, в КНР съехалось большое количество журналистов, благодаря чему последовавшие за этим июньские события на площади Тяньаньмэнь получили широкое освещение за рубежом.

Несмотря на то что благодаря экономическим реформам жизнь в Китае быстро менялась к лучшему, многие молодые люди относились к происходящему скептически: «Студенты, значительная часть интеллигенции в буквальном смысле слова нищенствовали в условиях инфляции и засилья коррумпированного чиновничества из партийного, государственного и хозяйственного аппарата», — отмечал в своей книге Горбачев.
Свои надежды бунтующая китайская молодежь возлагала на тогдашнего генсека ЦК Компартии Китая Чжао Цзыяна, которого западная пресса называла «китайским Горбачевым». Генсек действительно был настроен реформаторски не только по отношению к экономике, но и к политике. При нем началось определенное «смягчение нравов» в политической жизни, а в СМИ стали появляться осторожные критические статьи о совершенствовании политической системы.

В книге «Жизнь и реформы» Горбачев признался, что
Цзыян произвел на него впечатление: «Передо мной сидел человек, обладающий незаурядными интеллектуальными и политическими качествами, способный ставить под сомнение те или другие положения и установки, искать ответы на самые трудные вопросы.
В беседе с Горбачевым Цзыян говорил, что «преимущества социализма могут проявиться только через реформы»: «У нас нет другого выхода, другого оружия, кроме как идти по пути реформ», — говорил он Горбачеву. Как писал советский лидер, он понял, что Цзыян не исключает и политических реформ в будущем.
Вечером Цзян пригласил Горбачева на обед в ресторан «Сад общей радости». «Мне почему-то врезалось в память название одного из многих китайских блюд — «два дракона в ласточкином гнезде», — вспоминал Горбачев.

Больше они не встретятся, последний раз китайский генсек появился перед нацией в день отъезда Горбачева. В прямом эфире китайского телевидения он обратился к молодежи на площади Тяньаньмэнь с требованием разойтись под угрозой применения силы. Уже на следующий день генсек-реформатор будет снят со всех постов, а новые власти КНР в начале июня применят против протестующих военную силу. Опальный генсек проведет оставшуюся часть жизни под домашним арестом.
Разгон демонстрации, который привел к массовой гибели протестующих, поставит крест на политических реформах в Китае, однако не помешает стране стать второй экономикой мира. В отличие от стран Запада, СССР не будет осуждать происходящее в КНР. Однако события, произошедшие на Тяньаньмэнь, несомненно, повлияли на Горбачева: «По моему же разумению, методы поддержания политической стабильности, которые считают возможным и необходимым использовать в Китае, во многом не применимы в наших условиях».

В том, что «китайский путь» в СССР был невозможен, уверен и политолог Николай Миронов, по мнению которого это стало ясно еще задолго до Горбачева:
«СССР сошел с этого пути уже при Никите Хрущеве. Экономика перестала быть мобилизационной, она уже с тех пор не была основана на максимальной отдаче каждым человеком своих сил и здоровья государству.
Вернуться к этой модели не было возможности, и сам отход от нее был вынужденным — в России общество не восточное», — полагает эксперт.
При этом Миронов считает, что советское руководство должно было начать не с политических реформ, а с реформ экономики: «Либерализация могла идти медленнее, с сохранением крупной государственной собственности, аккуратным компромиссом с общественными силами. Это был бы наилучший путь, но советское руководство пустило телегу впереди лошади, и вся повозка полетела в пропасть».

Хотя Горбачев и не поспешил воспользоваться китайским опытом, ему спустя 30 лет противостояния с КНР удалось начать сближение двух государств. «Визит Горбачева фактически формализовал протекавшую нормализацию советско-китайских отношений. В ходе визита стороны фактически согласились «закрыть прошлое» и приступить к восстановлению отношений, дистанцируясь от всего негативного балласта.
И в этом смысле визит, действительно, имел историческое значение как фактически поставивший точку в советско-китайском расколе», — говорит «Газете.Ru», доцент СПбГУ Лексютина.
С этим согласен и специалист по Китаю, аналитик Altlantic Council Мэфью Берроуз, который считает, что главной заслугой Горбачева был конец вражды между СССР и КНР. «После распада СССР Москва и Пекин остались друзьями и даже еще больше сблизились», — пишет эксперт. При этом оба государства остаются не такими, какими их хотели видеть на Западе: «Несмотря на [западное] повествование о «конце истории», западным идеям утвердиться здесь было тяжело».

Читать https://m.gazeta.ru/amp/politics/2019/05/17_a_12360799.shtml













====================

Из фильма Леонида Парфенова "Намедни. 1989 год."

https://youtu.be/mdA0ESe1oi0



Репортаж CBS о предстоящем визите Горбачева в Китай:

https://www.youtube.com/watch?v=ZhdOiVYCVXA




Подробный телефильм о визите:

"Пекин. Май 1989-го".

https://www.net-film.ru/film-9721/

https://yandex.ru/video/search?filmId=9463769354601961152&text=%D0%B2%D0%B8%D0%B7%D0%B8%D1%82%20%D0%B3%D0%BE%D1%80%D0%B1%D0%B0%D1%87%D0%B5%D0%B2%D0%B0%20%D0%B2%20%D0%BA%D0%B8%D1%82%D0%B0%D0%B9

https://www.net-film.ru/film-39084/







==========================================================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================================================


Tags: ! - Визиты М.С. Горбачева, ! - Внешняя политика Перестройки, ! - История Перестройки, 1989, Китай, Михаил Сергеевич Горбачев
Subscribe

Posts from This Journal “! - Визиты М.С. Горбачева” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments