?

Log in

No account? Create an account
(((((((((((((( Г Л А В Н О Е ))))))))))))))))))
Перестройка
ed_glezin
Приглашаю всех в созданную мной "В контакте" группу
«ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»
http://vkontakte.ru/club3433647
==========================================================
МОИ ОСНОВНЫЕ ПОСТЫ:
Про самое свободное путинское телевидение:

«Народ хочет знать»: когда нам перестанут врать?
http://ed-glezin.livejournal.com/94626.html
Read more...Collapse )

"Крутой маршрут" Евгении Гинзбург.
Перестройка
ed_glezin
Первая официальная публикация книги Евгении Гинзбург "Крутой маршрут. Хроника времен культа личности" состоялась в литературном журнале «Даугава», начиная с июльского номера 7 за 1988 год.

Публикацию предваряли предисловия писателей Анатолия Рыбакова, Василя Быкова и вступление Антонины Аксеновой "О матери".

"Публикация дается без сокращений и исправлений по рукописи автора" - заявляла редакция журнала.

Приветствуя публикацию книги, Анатолий Рыбаков писал: «Это страшная книга и это прекрасная книга. Она разверзла перед нами бездну человеческих страданий и показала величайший образец несгибаемости человеческого духа». И продолжал: «Эту книгу написал свидетель честный и беспощадный. С каждой страницей он погружает нас в царство беззакония и произвола, в мир унижений, пыток, холода, голода, смерти, в ад великого ужаса, погубившего миллионы людей и внушившего неистребимый страх оставшимся в живых».

Василь Быков, предваряя публикацию книги, назвал ее «незаурядным произведением литературы». Он писал: «Вещи, о которых здесь идет речь, с трудом постигаются обычным человеческим сознанием, хотя при чтении этих строк нигде не возникает и тени сомнения в их искренности и достоверности — правда вопиет из каждого слова во всей своей наготе и неотвратимости».





Отрывок из книги 1988 году в номере 9 напечатал журнал «Юность».







Отдельным изданием «Крутой маршрут» вышел в 1989 году в Риге, затем неоднократно переиздавался.







15 февраля 1989 года в театре «Современник» состоялась премьера спектакля Галины Волчек «Крутой маршрут» на основе книги Евгении Гинзбург.














В 2009 году нидерландский режиссер и сценарист Марлен Горрис сняла по книге фильм Within the Whirlwind («Внутри вихря»), где роль Евгении Гинзбург исполнила Эмили Уотсон.

============

Евгения Гинзбург родилась еще до революции в семье скромного еврея-аптекаря из Гродно. Повзрослев, уверовала в светлые идеи коммунизма, а попав в жернова«большого террора», до последнего считала свой арест случайностью и недоразумением.20 декабря исполняется 110 лет со дня рождения Евгении Гинзбург, автора одной из самых страшных книг XX века —«Крутого маршрута».

Она родилась в семье Ревекки Марковны и Соломона Абрамовича Гинзбургов. Родители до революции держали в Москве аптеку, а после 1917 года перебрались в Казань.Надеялись, видимо, что революционная волна, смывавшая привычную жизнь, до Казани не докатится. Докатилась.

Пылкая еврейская девочка Женя увлеченно читает Маркса и Энгельса, восхищается героями революции и мечтает приносить пользу своей новой, свободной от царского ига стране. После школы поступает в Казанский университет на факультет общественных наук, потом переводится в Восточно-педагогический институт, изучает историю и филологию, много читает, активно участвует в студенческих мероприятиях.

Гинзбург устраивается на работу в институт, преподает историю ВКП(б) и ленинизма, причем не только студентам, но и рабочим казанского мыловаренного завода. Подрабатывает воспитательницей в детском саду и параллельно пишет в газету «Красная Татария». Другими словами, становится истинным«ликвидатором» безграмотности, как тогда принято было говорить. В двадцать лет Женя Гинзбург знакомится с врачом Дмитрием Федоровым. Вскоре после свадьбы у молодой пары рождается сын Алексей. Брак, однако, вскоре распадется, а Алексей погибнет в 1941 году в осажденном немцами Ленинграде вместе с отцом.

Пока же на дворе 1930-й. Пединститут, в котором преподает Евгения Гинзбург,отправляет ее делегатом на партийную конференцию. Здесь она встретит своего будущего второго мужа, Павла Аксенова. Казалось бы, для советской власти Аксенов«свой»: выходец из крестьянской семьи, он быстро влился в ряды коммунистов и сделал блестящую карьеру. К моменту знакомства с Гинзбург он был уже председателем Казанского горсовета и членом Центральной ревизионной комиссии. Они поженились спустя два года после знакомства. Муж трудился на почетных постах, Евгения Соломоновна стала редактором газеты «Красная Татария». В 1932 году у них родился сын Василий. «И если бы мне приказали за партию жизнь отдать, —писала она позже в своих мемуарах, — я бы сделала это без колебаний не только один, но и три раза подряд». Гинзбург и Аксенов занимают видное место в партийной иерархии Татарстана, получают прекрасную квартиру, у них своя машина с личным водителем и домработница. Казалось бы, не зря Евгения Соломоновна так горела идеями социализма, не зря с таким пылом рассказывала своим студентам о становлении молодой социалистической страны.

1935 год стал переломным для всех. Убивают первого секретаря ленинградского комитета партии Кирова, что становится поводом для жесточайших чисток. Сталину,чей культ личности уже набрал обороты, давно хотелось «очистить» партию от самых пылких — уж слишком велика была вероятность того, что их вера в коммунизм и его личные планы могут не совпасть. Началась борьба с «врагами народа» не только в рядах неблагонадежных, но и среди самых верных и преданных. Полетели головы партийных деятелей, героев гражданской войны, заслуженных генералов,ученых, партийной номенклатуры. Евгения Соломоновна оказалась под ударом совершенно неожиданно. Арестовали одного из сотрудников ее газеты, профессора истории Ельфова, которого обвинили в троцкизме. Ельфов исчез. А над Гинзбург сгустились тучи: она ведь должна была распознать предателя в рядах своих сотрудников. С той же прямотой и честностью, с какой восхищалась советской страной, она отвергла все обвинения: ей все еще верилось, что это какая-то ошибка, недоразумение, что не могут поступать так с ней, известным преподавателем, влиятельным редактором, женой большого партийного начальника.Но надежды на то, что «вскоре все прояснится», не оправдались. Сначала Гинзбург сделали выговор за потерю политической бдительности, затем лишили права преподавать, исключили из партии и в конце концов, в феврале 1937-го, арестовали.

«Признаете ли вы себя членом контрреволюционной троцкистской организации?»— «Нет, я не признаю себя членом контрреволюционной троцкистской организации». Конец допроса. Этот диалог повторялся сотни раз. Некоторые допросы длились сутками — без сна, еды и воды. Следователи сменяли один другого. Гинзбург грозила им, продолжала наивно надеяться, что скоро все разрешится. От нее требовали сдать других «троцкистов». Евгения Соломоновна не сдавала и никого не оговаривала. Зато бывшие друзья и коллеги давали против нее показания, надеясь, что это поможет им спастись. А, возможно, и правда верили в заговор.

1 августа 1937 года. Судебное заседание длилось семь минут — ни защитников,ни свидетелей. Статья 58, пункты 8 и 11. «Групповой терроризм». Приговор — десять лет в колонии строгого режима с полной конфискацией имущества и лишением гражданских прав на пятнадцать лет. Гинзбург повезло: почти всех, кто проходил по этой статье, расстреливали. Она ничего не знала о том, что происходит на воле. Не знала, что уже арестованы родители — за то, что вырастили «врага народа». Не знала, что стало с сыновьями. Не знала, жив ли еще муж, которого тоже забрали.Два года в одиночной камере. 730 страшных дней, которые дадут передышку после череды мучительных допросов и пыток. Здесь она будет постепенно осознавать произошедшее,начнет понимать, что это не ошибка, а закономерность. А потом ее отправят на Колыму — через страшные пересылки, тюрьмы, лагеря, замурованные вагоны. Она увидит свою родину совсем другой — раздавленной сталинской машиной террора, унижения,насилия.

Минус 40. Лесоповал. Хрупкая, изможденная месячной пересылкой Евгения Соломоновна выживает с большим трудом. 100 граммов хлеба в день. Много раз она была на грани жизни и смерти. Спасали редкие дни работы на кухне. Иногда поручали убирать барак — Гинзбург почему-то нравилась «бригадирше»-уголовнице. Позже ее обвинят в том, что и в лагере она предпочла элиту, что в ее книгах бывшие крестьяне, рабочие, пролетарии — просто статисты, схематичные и безликие.Обвинят в том, что, еще будучи на свободе, нисколько не переживала, когда узнавала о массовых арестах людей из низших классов, что болью стали отзываться лишь аресты «своих».

Последние годы срока она работала медсестрой в лагерной больнице и воспитательницей в детском саду, что для бывшей политзаключенной было чудом.

Здесь же она познакомилась с врачом Антоном Вальтером, немцем по происхождению,с которым прожила оставшиеся годы ссылки. Гинзбург добилась, чтобы сыну Василию разрешили приехать к ней. Жизнь, пусть и ссыльная, стала напоминать нормальную.Однако по стране прокатилась новая волна репрессий, которая смыла и это зыбкое счастье.

Евгению Соломоновну снова арестовали, на этот раз всего на месяц. После второго ареста с работой не везло, от голодной смерти спасали частные уроки и пациенты мужа, которые были наслышаны о бывшем заключенном Вальтере, умевшем лечить лучше, чем в советских клиниках.

Но Гинзбург не сдается: сына Васю надо доучить в школе. В 1952 году ее восстановили в гражданских правах, правда, лишь в пределах Колымы — для всей остальной страны она оставалась бывшей «зэчкой»,отсидевшей свое, но не реабилитированной. А в 1953 году все повторилось — снова аресты, раскрытые заговоры, сотни «врагов народа». Она опять вздрагивает от каждой проезжающей под окнами машины, ждет, что вновь арестуют. Но в самый разгар нового террора Сталин умирает.

Страна затихла после бури, с трудом приходя в себя. В 1954 году Евгении Соломоновне удалось реабилитироваться и даже восстановиться в компартии по собственному желанию. Она и теперь верила в случайность своей трагедии, в то,что дело партии и сталинский культ личности не имеют между собой ничего общего.Реабилитировали и Антона Вальтера.

Пара переехала во Львов. Однако на свободе третий муж Гинзбург прожил всего пять лет: в 1959-м его не стало. Подорванное ссылкой здоровье подвело — вернулась лагерная цинга. Евгения Соломоновна пишет статьи в журнал «Юность», преподает и берется за мемуары. Она мечтает переехать в Москву, но, несмотря на полную реабилитацию, вернуться в родной город сможет лишь в 1966 году.

В лагере она спасалась тем, что старалась наблюдать за внутренней жизнью как бы со стороны, отстранившись. Теперь, уже во Львове, стала записывать свои наблюдения — так появилась жесткая книга «Под сенью Люциферова крыла», изобличавшая преступления Сталина. Но тут снова «началось», и Гинзбург испугалась. «Сожгла.Испугалась и все сожгла», — рассказывала позже она. Но не забыла.

Спустя некоторое время она снова села писать. На этот раз обошлась без общих критических замечаний, многое смягчила. И все же написала одно из самых ярких и страшных свидетельств того времени. Рукопись своего романа «Крутой маршрут.Хроника времен культа личности» отправила в журналы «Юность» и «Новый мир» в середине 60-х. Там ее любили и знали, там публиковали ее статьи и воспоминания:«Так начиналось. Записки учительницы», «Единая трудовая», «Студенты двадцатых годов», «Юноша». Но «Крутой маршрут» оказался совсем другой книгой. В нем не было ни романтики становления новой страны, ни интересных педагогических наблюдений, ни рассуждений о системе образования. Здесь было свидетельство массовых преступлений — такое беспощадное, что, даже несмотря на изрядно ослабевшую хватку властей, опубликовать его никто не решался. Рукопись отправили в архив института Маркса-Энгельса-Ленина с формулировкой «может пригодиться для изучения истории партии».

Книгу осудил Твардовский: «Она заметила, что не все в порядке, когда стали сажать коммунистов. А когда истребляли крестьянство, она считала это вполне естественным». Его оценка стала препятствием для публикации романа в «Новом мире». Но «прервать» «Крутой маршрут» было уже невозможно. Рукопись переписывали, перепечатывали, передавали друг другу подпольно, кто-то надиктовал ее на магнитофонную пленку. Каким-то невероятным образом книга«уплыла» на Запад. В 1967 году в Италии выпустили два тиража «Крутого маршрута»: на русском и итальянском языках. Отрывки из книги читают на ВВС, ее перепечатывают в Германии. Гинзбург пугает такая шумиха, но сжечь уже ничего нельзя. Можно только дать интервью, чтобы заявить: книга опубликована без ведома автора.

Тем временем «Крутой маршрут» начинает жить своей жизнью. По свидетельствам того времени, он разошелся в самиздате так широко, что его подпольный тираж вполне мог превысить самые большие официальные выпуски. Но в Союзе книгу по-прежнему не издают. Печатают новые статьи и воспоминания Евгении Соломоновны, даже отпускают ее в Европу (к тому времени ее сын, Василий Аксенов, становится всемирно известным писателем и отправляется в путешествие вместе с матерью), где она встречается с Марком Шагалом, Виктором Некрасовым, Генрихом Беллем.

Воспоминания об аде, в котором она провела 18 лет, не отпускали Гинзбург до конца жизни. Ей часто становилось страшно, часто казалось, что вот сейчас снова постучат в дверь. «Рецидивы страха, — впрочем, не доводящие до отречения от прошлого, от друзей, от этой книги, — я порой испытываю при ночных звонках у двери, при повороте ключа с наружной стороны», — признавалась она.

В очередной, и последний, раз беда пришла с другой стороны. Врачи поставили страшный диагноз: рак груди. Долгое время она боролась с болезнью в одиночестве, не желая тревожить близких. Болезнь быстро отнимала и без того подорванные силы. Она умерла в 1977 году, пережив и репрессированных родителей,и троих мужей, и старшего сына. И так и не дождавшись публикации своей главной книги на родине. Это произошло через 11 лет после ее ухода. Только в 1988 году власти наконец позволили опубликовать «Крутой маршрут», уникальную «хронику времен культа личности», которую почти два десятка лет читали тайно, под полой.

Источник:
http://www.li.ru/interface/pda/?jid=4638534&pid=347130489&redirected=1&page=0&backurl=/users/rinarozen/post347130489/

===========================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================
















1989 год. Василий Аксёнов в эпоху освободительной Перестройки Горбачева.
Перестройка
ed_glezin
Из книги "Аксенов".
Серия: Жизнь замечательных людей
Автор: Петров Дмитрий Павлович.


Часть четвертая.
РОССИЯ. НОВАЯ И СВОЯ
Глава 1.
ПОСОЛ РЕСПУБЛИКИ РОССИЯ

— Уходит, линяет Советский Союз… время его прошло… Не могу! Не верю! — этим кликом аксеновской героини Феньки Огарышевой можно, обобщая, обозначить впечатления Василия Павловича от перестройки в СССР.

С одной стороны — ее устроила КПСС. Но уже доходили вести о движении кооператоров, о молодежных творческих центрах, о рождении альтернативных партий и больших митингах… И хотя после полугодовой ругани по поводу «письма десяти» и брани, адресованной лично ему на рубеже 1987–1988 годов, доверия у Аксенова к закоперщикам советских реформ не сильно прибавилось, подробности перемен позволяли предполагать непредположимое: «красный проект» близок к финалу.

За гласностью идут реформы хозяйства и политики. 15 февраля 1989 года Советы уходят из Афганистана.

А там глядишь, и звезды снимут, и учинят демократию. И откуда они — эти странные комми, медленно, но верно крушащие режим? Незнамо. Но всё чаще приходит мысль: изгнание не вечно.

Read more...Collapse )

============================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================








1988 год. Василий Аксёнов в эпоху освободительной Перестройки Горбачева.
Перестройка
ed_glezin

Из книги "Аксенов".
Серия: Жизнь замечательных людей
Автор: Петров Дмитрий Павлович.


Это было в конце 1987-го. А в начале 1988-го Майя, не лишенная, в отличие от мужа, гражданства, отправилась в Москву. И подгадала прямо к публикации в «Крокодиле» подборки писем, посвященных первой вещи Аксенова, напечатанной в СССР со времен «МетрОполя». Текст назывался «Мы штатники» и был отрывком из «Грустного бэби», правда, слегка «адаптированным». А письма гласили: «Браво, Аксенов! Вы поистине недосягаемы в расшаркивании перед „желанным Западом“. Вы один на Джомолунгме предательства и лицемерия…»А . Ольховой, студент и стиляга 1950-х годов, поклонник американского джаза, ныне простой советский интеллигент. Минск.

Read more...Collapse )

============================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================






1987 год. Василий Аксёнов в эпоху освободительной Перестройки Горбачева.
Перестройка
ed_glezin
Из книги "Аксенов".
Серия: Жизнь замечательных людей
Автор: Петров Дмитрий Павлович.

В начале весны Аксенову позвонил старый диссидент, лидер Интернационала сопротивления и хороший знакомый Владимир Буковский. Рассказал, что написал письмо в СМИ с вопросами эмигрантов проектировщикам перестройки и собирает подписи. Спросил: подпишешь? Аксенов ответил: конечно, как не подписать?

Двадцать второго марта New York Times под заголовком «Гласность или ловкость рук?» опубликовала письмо, подписанное десятью видными изгнанниками. Вскоре его перепечатали лондонская Times и парижская Figaro. Французы озаглавили текст «Пусть Горбачев представит нам доказательства», и, как рассказывал Буковский в интервью, с подачи Максимова в нем появилась приписка, что лучшим доказательством стала бы публикация письма в советской прессе. И это произошло. Многим это показалось чудом — 29 марта письмо десяти «отщепенцев и клеветников» появилось в «Московских новостях».

Read more...Collapse )

========================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================






1985 - 1986 годы. Василий Аксёнов в эпоху освободительной Перестройки Горбачева.
Перестройка
ed_glezin
Из книги "Аксенов".
Серия: Жизнь замечательных людей
Автор: Петров Дмитрий Павлович.

Близились реформы Михаила Горбачева — перестройка, в серьезность и необратимость которой Аксенов, как и многие, долго не верил. О чем прямо говорил в «Грустном бэби» и в эфире. Что же смущало эмигрантов? То, что они, признавая реформы «попыткой повернуть страну от удушающего смрада», глядя на Горбачева, порицали его за излишнюю осторожность, соглашательство и медлительность. Будучи далеки от советских реалий, они могли позволить себе то, чего не мог позволить себе никто в СССР — оценивать первое лицо и его действия. «Горбачеву, — говорил Аксенов, — иногда кажется, что он зашел слишком далеко, и он тогда делает осторожные оговорки, — дескать, мы хоть и против злоупотреблений прошлого, но все-таки гордимся „каждым днем, прожитым нашей страной“. Однако мы можем поверить в искренность его намерений только при условии, что не будем верить в искренность оговорок. Страна должна признать, что в ее истории были дни полного позора. Должна открыто назвать борьбу со сталинизмом как практической, так и философской сутью нынешнего момента».

Однако многое менялось. В Москве назревали перемены, таившие в себе обещание того, что в будущем смена столиц перестанет быть такой уж бесповоротной. Перемены эти напрямую касались и изгнанника Аксенова в его роли радиовещателя.

Read more...Collapse )

========================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================







Василий Аксёнов: "Не было более великого человека в истории Советского Союза, чем Горбачев".
Перестройка
ed_glezin
30 лет назад - в 1989 году (если кто-нибудь знает точные дни возвращения - напишите, пожалуйста, в комментарии к этому посту) - знаменитый писатель Василий Аксенов впервые - после фактического изгнания из СССР в 1980 году - прибыл в Москву по приглашению американского посла Джека Мэтлока, который дружил с русским писателем-эмигрантом. И жили Василий и Майя Аксеновы в тот приезд именно в резиденции посла Спасо-хаусе.

В Шереметьеве ждала триумфальная встреча. Репортеры программы «Взгляд» проникли в зону прилета, формально — за пределы СССР, и, несмотря на протесты охраны, снимали у выхода в зал. «Здравствуйте, Василий Павлович! Приветствуем вас в Москве!». Василий Павлович почувствовал себя особо важной персоной.

Read more...Collapse )

===========================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================



В театре «Современник». Посол США в России Джек Мэтлок, Паулина Мясникова, Василий Аксенов, 1989 г.



Read more...Collapse )


"Кинотавру" 30 лет
Перестройка
ed_glezin
Начало истории "Кинотавра" само по себе похоже на завязку авантюрного романа или приключенческого фильма. Итак, 1989 год, Советский Союз охвачен процессом освободительной Перестройки Горбачева. Бывший директор эстрадных программ Росконцерта, успевший угодить в процессе этой деятельности в тюрьму (но вышедший за недостатком улик), один из организаторов легендарного, первого в СССР рок-фестиваля в Подольске в 1987 году, одессит Марк Григорьевич Рудинштейн решает провести первый «Фестиваль некупленного кино». В нем приняли участие ленты, на которые не обратили внимание кинопрокатчики на кинорынках. «Фестиваль некупленного кино» был призван поддержать разваливавшуюся российскую кинопромышленность. В конкурсе участвовали «Замри — умри — воскресни» ретродрама Виталия Каневского, «Бродячий автобус» Иосифа Хейфица, «Ад, или Досье на самого себя» Геннадия Беглова, «Месть» Ермека Шинарбаева (лента получила главный приз). Председателем жюри фестиваля (и будущим художественным руководителем «Кинотавра») была Елена Бокшицкая.

Киносмотр прошел под эгидой созданной незадолго до этого Рудинштейном негосударственной независимой компанией «Подмос­ковье», в рамках деятельности которой Марк Григорьевич практиковался в кинодистрибуции. Фестиваль в 1990 году имеет резонанс и уже спустя год переезжает в Сочи, получив имя «Кинотавр». Первый кинофестивальс таким названием открылся 23 мая 1991года. Вторым человеком в этом предприятии становится Олег Янковский. Таким образом, Рудинштейн обеспечивает организационную часть, а Янковский — авторитет и кредит доверия у понемногу впадающих в отчаяние отечественных кинематографистов.

Прописывать «Кинотавр» в Подольске Рудинштейн не планировал, а провел его, можно сказать, на пробу. «У меня в Подольске был очень большой офис, рядом – площадь с Домом культуры и кинозалом, гостиница, – вспоминает Рудинштейн. – И мы в первый раз собрали всех наших звезд, от Абдулова до Соловьёва, в этом офисе – там у нас проходили заседания после показа фильмов. Им так понравилось, что Соловьёв и Абдулов провели в этом административном помещении четыре дня и никуда не хотели уходить».

Со временем Рудинштейн и «Кинотавр» создали уникальную, максимально демократичную площадку для самого разного рода коммуникации между участниками киноиндустрии. Ведь в каком бы бедственном положении эта самая индустрия на тот момент ни находилась, энтузиазм тех, кто решал заниматься кино, возрастал тем больше, чем менее благоприятными были условия. А для взаимной подпитки всегда нужна площадка, форум — в классическом античном понимании. «Кинотавр» стал местом, где режиссеры, актеры, операторы, критики и прочие участники процесса могут элементарно посмотреть друг другу в глаза, почувствовать себя не разрозненными авторами, а полноценным сообществом. Иными словами, фестиваль стал первым негосударственным предприятием такого рода, доказавшим, что, несмотря на все сложности переходного периода, кинематограф в стране все еще может существовать.

Первым триумфатором «Кинотавра» в 1991 году, например, стал режиссерский дебют Леонида Филатова «Сукины дети» — рефлексия на тему жизни родного для режиссера Театра на Таганке.

===========================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

============================









Источники:

https://style.rbc.ru/impressions/5cfa1e9a9a7947a8f731c6ed

https://www.tatler.ru/heroes/zharkie-letnie-tvoi-kinotavru-30-let

===========================

Кинопанорама. О кинофестивале "Кинотавр-91" (1991)

https://www.youtube.com/watch?v=n_QclnaZF58

Эта «Кинопанорама» отличается от традиционных выпусков тем, что в ней не будет отдельных сюжетов и комментариев к ним. Передача расскажет о тех событиях, которые происходили на фестивале «Кинотавр» в городе Сочи в мае 1991 года. Его программа была насыщенной, а девиз фестиваля - «Кино для избранных, кино для всех» - предусматривает большое разнообразие представленных фильмов. Ведущий, кинодраматург Виктор Мережко, встретится с кинорежиссерами Станиславом Говорухиным, Дмитрием Астраханом, Борисом Айрапетяном, с грузинскими кинематографистами - режиссерами Александром Рехвиашвили, Нодаром Манагадзе, актером Рамазом Чхиквадзе – и узнает о цели их приезда на «Кинотавр». На «Кинотавр» приехали и другие чрезвычайно интересные люди, которые, как правило, фестиваль не посещают, но к кино имеют самое непосредственное отношение, поэтому «Кинопанорама» взяла интервью и у них. Использованы фрагменты конкурсных фильмов “Сукины дети”(реж. Л.Филатов), “Жажда страсти” (реж. А.Харитонов), “Имитатор” (реж. О.Фиалко), “Чокнутые” (реж. А.Сурикова), “Пегий пес, бегущий краем моря” (реж. К.Геворкян), “Изыди” (реж. Д.Астрахан), “Ной” (реж. Н.Манагадзе); показана выставка работ “Эти великолепные мужчины” фотографа Галины Кмит.



==========================================

«Кинотавр, с днем рождения!» Фестивалю 30 лет.

В этом году у фестиваля юбилей: 30 лет. В качестве поздравления самые известные российские кинодеятели сняли видеоклип с оригинальным поздравлением.

В клипе актеры примерили образы из 90х годов, а в качестве музыкального сопровождения выбрана композиция «Это лето» Антохи МС.

В записи приняли участие Александр Роднянский, Ингеборга Дапкунайте, Павел Деревянко, Ирина Горбачева, Александр Паль, Евгений Цыганов, Константин Хабенский, Федор Бондарчук, Анна Михалкова, Виктория Исакова, Юлия Пересильд, Ксения Раппопорт, Евгений Стычкин и Александр Яценко.

https://www.youtube.com/watch?v=9lyIAJeHOJk




Историческая встреча Михаила Горбачева и Александра Дубчека.
Перестройка
ed_glezin
29 лет назад - 21 мая 1990 года - в Кремле состоялась историческая встреча Михаила Горбачева и Александра Дубчека - двух архитекторов строительства "социализма с человеческим лицом" после отказа от модели "казарменного социализма". Это был переход к "шведскому социализму". По сути - к цивилизованному гуманному обществу. Именно этим лидерам удалось для своих стран воплотить в жизнь давний лозунг-призыв: "За вашу и нашу свободу!". С таким плакатом, после подавления танками Пражской весны, в 1968 году, на Красную площадь вышли 8 бесстрашных диссидентов. Тогда они были приговорены к различным срокам лишения свободы. И вот, спустя 22 года, благодаря освободительной Перестройке Горбачева, и СССР и Чехословакия сбросили с себя тяжкие оковы тотатитаризма.

=================

Из книги Михаила Горбачева "Жизнь и реформы":

Реформаторы «пражской весны» с энтузиазмом встретили нашу перестройку и требовали перемен у себя на Родине.
Мой однокашник и друг по Московскому университету Зденек Млынарж в одном из интервью сказал: «В Советском Союзе делают то, что мы делали в Праге весной 1968 года, действуя, может быть, более радикально. Но при этом Горбачев является генсеком, а я нахожусь в изгнании». В ЦК КПСС пришли письма Дубчека и Черника, они писали о своей поддержке перестройки и о том, что пришла пора вспомнить о них. По словам Дубчека, 20 лет за ним следила госбезопасность, и только после визита Генерального секретаря ЦК КПСС в Чехословакию слежка прекратилась.
Положа руку на сердце, я понимал, что они правы. Ведь что такое 68-й год уже с точки зрения 87-го, 88-го годов? Это как раз и есть те 20 лет, на которые запоздала перестройка...

21 мая 1990 года в президентский кабинет Кремля, рядом с залом, где прежде заседало всемогущее Политбюро, вошел председатель Федерального собрания Чешской и Словацкой Федеративной Республики (так она тогда называлась) Александр Дубчек. Последний раз он приезжал (вернее — был доставлен) в Москву почти 22 года назад, в августе 1968 года. К тому времени ему исполнилось сорок шесть лет, он был Первым секретарем ЦК КПЧ и, казалось, его карьера кончалась навсегда. Довольно скоро, после непродолжительного пребывания послом в Турции, он был исключен из партии и отправлен в политическое небытие под негласный надзор полиции.
И вот навстречу мне идет Дубчек со своей неизменной, чуть смущенной улыбкой, постаревший, но еще довольно стройный. Идет, слегка раскинув руки для дружеского приветствия. Мы встретились тепло, у Дубчека увлажнились глаза.

Встреча эта была знаменательна во многих отношениях. Прежде всего как свидетельство жизненности идеи гуманистического и демократического обновления общества. Мы говорили о том, что вместе с Советским Союзом, который вынес тяжелые испытания, нелегкий путь прошли и восточноевропейские страны, каждая по-своему. То, что были опрокинуты попытки обновления Чехословакии в 1968 году, обернулось крупным стратегическим просчетом, который негативно сказался и на развитии Советского Союза. Военно-силовое давление в августе 1968 года, по сути дела, похоронило новации и реформы, в том числе и у нас в стране. Все мы потеряли много времени. Но без тех попыток, которые были предприняты раньше, может быть, не было бы и сегодняшних перемен.
Я рассказал Дубчеку о своих беседах с Гусаком, о том, как он решил уступить высший пост. Поделился своими соображениями о том, какую роль при этом сыграл Василь Биляк. До меня дошла такая его фраза: «Подождем, в Москве в конце концов сломают голову те, кто увлекается перестройкой, и придут новые люди».
— К сожалению, — сказал Дубчек, — это не только фраза. За ней стояла активная работа, а ждали на самом деле не новых людей, а приверженцев старого.
Он рассказал, что на протяжении ряда лет настойчиво предлагал сделать по крайней мере три шага, которые позволили бы преодолеть кризисное состояние общества. Во-первых, отменить исключение из партии всех тех, кто выразил несогласие с вводом войск в 1968 году; во-вторых, отмежеваться от одобрения ввода войск; в-третьих, признать, что лозунг «социализм с человеческим лицом» не был контрреволюционным. Если бы к этому прислушались, можно было бы снять напряжение в обществе. В конструктивную работу включились бы многие активные и сознательные люди, в том числе ветераны войны, которых больно задела и оскорбила акция 1968 года.
Однако ничего подобного сделано не было. В результате ширились настроения неприятия режима. Против КПЧ выстраивался единый фронт как против чехословацкой Бастилии.
— Благодаря карьеристам, — продолжал Дубчек, — дискредитировано само название «коммунистическая партия». Необходимы полное оздоровление, идейное и организационное размежевание с людьми прошлого. Надо было идти к народу, чтобы он почувствовал поворот, вновь завоевывать доверие людей. Думаю, стоило бы сохранить все ценное из того, что было наработано в 1968 году. Я оказался вне партии, но и сейчас нередко обо мне говорят: «Не верьте ему: он марксист». Как Председатель Федерального Собрания стараюсь занимать широкие гражданские позиции, правда, и о партии не могу совсем забыть. До сих пор тяжело переживаю ситуацию, нередко засыпаю с горькими мыслями: что будет завтра, кто выйдет на политическую арену, кому освободить простор для полезной деятельности?
Он был и остался защитником советской перестройки, говорил об этом во всех своих беседах с парламентариями, с которыми постоянно встречался. По-своему символичен и сам уход его из жизни. Осенью 1992 года спешил из Братиславы в Прагу. Автомобиль, который в непогоду несся с чрезмерной скоростью, не удержался на вираже, и огромная сила инерции выбросила его с пути. Дубчек получил тяжелейшие травмы, на этот раз физические, спасти его не удалось. Говорят, если бы не это несчастье, Александр Дубчек мог бы стать Президентом Словацкой Республики, хотя, насколько я знаю, он по своему духу был за федерацию. Я, к сожалению, не смог быть на похоронах в словацкой столице, где, как мне рассказывали, прощалась с ним едва ли не вся Словакия. Прощальное слово от моего имени передал Г.Шахназаров.
Думаю, теперь уже должно быть очевидным, что подавление «пражской весны» обернулось пирровой победой для тех, кто оставался на позициях изжившего себя прошлого и верил, превыше всего, во всемогущество тоталитарного государства. Может быть, кто-то, поддаваясь эмоциям, скажет в сердцах: «и поделом». Но ведь пострадало от этого общество. В результате нарушения естественного процесса общественного обновления оказались невостребованными творческие и гражданские способности целых поколений.
Если бы тогдашние правители Советского Союза, других государств Варшавского Договора более основательно и дальновидно оценили чехословацкое возрожденческое движение в 1968-м и даже в 1969 году, то, может быть, иначе выглядели бы и социально-политические процессы в нашей стране, перемены у восточноевропейских соседей, да и во всей Европе, в мире.
Думающая, творческая часть Компартии Чехословакии не случайно глубже других почувствовала исчерпанность и несостоятельность неосталинистской модели управления обществом, первой попыталась осмыслить вытекающие из этого программные задачи. Она смогла это сделать потому, что, осваивая идеи XX съезда КПСС (лидеры «пражской весны» учились в это время в Москве), смогла опереться на демократические традиции и гуманистическую культуру своей страны. Об этом мы много раз беседовали уже в последнее .время со Зденеком Млынаржем.
«Программа действий» КПЧ, оживление политического и идейного плюрализма испугали тех в руководящих кругах, кто был неспособен выйти за рамки сектантства, просто стремился сохраниться у власти любой ценой. Да и внешние условия тому не благоприятствовали — раскол мира, конфронтация. И на Востоке, и на Западе еще слишком мощные силы были заинтересованы в продолжении «холодной войны».
И вот о чем я еще думаю. Маленькая Чехословакия внесла огромный вклад в мировую культуру. И в политической истории ей принадлежит достойное место, связанное с подвижничеством Гуса, Жижки и их соратников. А разве не такой же пример свободомыслия, разрыва с окостеневшими учреждениями и одряхлевшими догмами показали чехи и словаки в «пражскую весну»?

Источник:
http://www.gorby.ru/gorbachev/zhizn_i_reformy2/page_16/

==============

5 декабря 1989 года было принято Заявление Советского правительства и совместное Заявление руководителей Болгарии, Венгрии, ГДР, Польши и СССР, в которых ввод войск в Чехословакию в 1968 г. квалифицировался как «неправомерный акт вмешательства во внутренние дела суверенной страны, акт, прервавший процесс демократического обновления ЧССР и имевший долговременные отрицательные последствия».

В феврале 1990 г. было подписано соглашение о полном выводе из Чехословакии советских войск, который завершился в конце июня 1991 г.

===================









Из беседы М.С. Горбачева с А. Дубчеком 21 мая 1990 года

А. ДУБЧЕК. [...] Несколько слов о выводе советских войск. Достигнутая договоренность об этом воспринята в целом с пониманием. Я, как могу, помогаю разумному решению связанных с этим проблем, Но в обществе высказывается опасение: не задержится ли вывод войск из Чехословакии так, как это происходит в ГДР?

М.С. ГОРБАЧЕВ. Корни и природа пребывания советских войск в Чехословакии и ГДР различные. Можете всем сказать, что вывод наших войск из Чехословакии будет осуществляться в точном соответствии с договоренностями и тормозиться не будет.

А. ДУБЧЕК. Поднимаются и вопросы об ущербе, нанесенном пребыванием советских войск. Но думаю, по этим вопросам мы договоримся. И в этом отношении нам приходится сейчас поправлять то, что испортили другие. Думаю, что вопрос о выводе войск имеет широкое общеевропейское значение. И неслучайно с Запада постоянно будируют этот вопрос.

М.С. ГОРБАЧЕВ. В связи с нынешними процессами объединения Германии мы и перед ФРГ, и перед США поставили ряд вопросов, над которыми им придется поразмышлять серьезно. Мы ведь не можем не видеть стремление некоторых политических сил Запада «погреть руки» на трудностях, связанных с перестройкой в СССР, на сложностях преобразований в Восточной Европе. Игра идет крупная. Конечно, в нее будут втягивать и вас, и венгров, и поляков.

А. ДУБЧЕК. Поляки, имея в виду неопределенность позиции Коля по вопросу о восточной границе объединенной Германии, ведут себя довольно настороженно. Ведь они-то особенно хорошо помнят, как из Германии пришли две мировые войны.

М.С. ГОРБАЧЕВ. По вопросу объединения Германии, ее вхождения в НАТО мне пришлось недавно подробно беседовать с Бейкером. Я прямо сказал ему, что если не будет в полной мере обеспечена безопасность Советского Союза, то не будет обеспечена и международная безопасность в самом широком смысле. Мы будем вынуждены вообще по-иному взглянуть на всю стратегическую ситуацию. Нужно ли нам продолжать переговоры по СНВ, по обычным вооружениям?

Необходимо искать взаимоприемлемые решения с учетом интересов всех. Если вся объединенная Германия войдет в НАТО, то, может быть, и нам вступить в этот союз? Словом, я предложил своего рода домашние задания для Президента Буша.

А. ДУБЧЕК. И, как видно, довольно сложные.

М.С. ГОРБАЧЕВ. Иначе и быть не может, ведь речь идет о повороте к принципиально новой европейской и мировой структуре международных отношений. Именно в этом состоит вопрос. К нему нельзя подходить с узких, конъюнктурных позиций, диктуемых только лишь узкопартийными соображениями очередного пребывания на президентском посту от выборов до выборов. Решая такого рода вопросы, мы не имеем права думать только о сегодняшнем дне, закрывая глаза на то, что будет завтра. Ведь не могу же я, при всем внимании к повседневным нуждам людей, бросить сегодня все средства на производство или закупку колбасы, которой у нас так сейчас не хватает, не думая о том, что и как придется делать потом.

Имея дело с американцами, приходится учитывать их сугубо прагматический подход к целому ряду принципиальных проблем, перемены в их позициях. [...]

А. ДУБЧЕК. Везде, где можно, я говорю нашим: «Братцы, осторожно, нельзя игнорировать объединение Германии, чрезмерно уповать на экономические связи с Западом. Можно попасть в кабалу. И тогда не поможет размахивание национальным флагом – суверенитет уйдет».

М.С. ГОРБАЧЕВ. Думаю, Чехословакии важно особенно внимательно отнестись к появлению объединенной Германии.

А. ДУБЧЕК. Для нас исключительно важно, развивая экономические связи с Западом, не терять взаимовыгодных отношений с Советским Союзом. [...]

Архив Горбачев-Фонда. Фонд № 1, опись № 1

http://www.rodon.org/other/mgigv/1990_4.htm

=========================================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================================


Первый приезд Наума Коржавина в СССР после 16-летнего изгнания.
Перестройка
ed_glezin
30 лет назад - в 1989 году (если кто-нибудь знает точные дни возвращения - напишите, пожалуйста, в комментарии к этому посту) - знаменитый поэт Наум Моисеевич Коржавин впервые - после фактического изгнания из СССР в 1973 году - прибыл в Москву.

Он прилетел из США по личному приглашению Булата Окуджавы. Первое место, где он тогда выступал, был Дом Кино. Зал был заполнен, на боковые балкончики поставлены дополнительные стулья, взятые из кабинетов работников. Когда Коржавин и Окуджава вышли на сцену, весь зал не сговариваясь поднялся и стоя аплодировал. Коржавин плохо видел, и Окуджава, наклонясь к нему, сказал, что зал встал. Было видно, как Коржавин смутился. Потом читал стихи, отвечал на вопросы. Читал стихи по памяти, по книге он не мог читать из-за слабости зрения; или в очень больших специальных очках. Тогда из зала выходили известные актёры, пришедшие на встречу в качестве зрителей, и читали по его книге без подготовки, сразу, первое попавшееся стихотворение, на котором раскрывался сборник. Первым вышедшим без всякого приглашения из зала на сцену и вызвавшимся читать стихи был артист театра «Современник» Игорь Кваша, за ним стали подниматься другие.

В 1991 году в России вышла его книга «Письмо в Москву», через год появился большой сборник «Время дано. Стихи и поэмы».

Сам поэт с тех пор часто стал приезжать в Россию с выступлениями и семинарами.

http://maxpark.com/community/7285/content/6148020

==============

Из комментариев в Фейсбуке:

Леонид Эпштейн:

Я хорошо помню, каким вернулся Наум из этой поездки в Москву! Никогда - ни раньше, ни позже - не видел я его таким окрыленным.

==============

Из интервью дочери Михаила Горбачева - Ирины Верганской:

"Недавно в Америке замечательный русский поэт Наум Коржавин вот что сказал мне о перестройке и Горбачеве: "Большое значение для нас имело освобождение от гнета сталинщины. А потом было освобождение от коммунизма. И часто те люди, которые достигли следующей ступени, презирали тех, кто застрял на предыдущей. Ко времени появления Горбачева я уже освободился от коммунизма. А он начал освобождаться и освобождать других от оцепенения и сталинщины. Поэтому некоторые считали отношение Горбачева к жизни недостаточным. А я ему благодарен. Потому что стране, чтобы идти дальше, надо было освободиться от оцепенения и сталинщины. И горбачевская активность в этом направлении была очень нужна".

https://rg.ru/2011/02/25/gorbacheva-site.html

==================

Конфликт Коржавина с властями СССР привет к тому, что в 1973 году, после допроса в прокуратуре, поэт подал заявление на выезд из страны, объяснив свой шаг «нехваткой воздуха для жизни». Коржавин уехал в США и обосновался в Бостоне. Был включён В. Максимовым в число членов редколлегии «Континента», продолжая поэтическую работу.

==========

Из переписки президента и поэта:

22 октября 2015

Михаил Горбачев поздравил Наума Коржавина с 90-летием

Науму Коржавину

Дорогой Наум!

Поздравляю тебя со славным юбилеем! Это большая дата, вместившая большой путь человека и поэта. Многие твои строки вошли в сокровищницу русской поэзии. А сейчас, когда оба мы, мягко говоря, немолоды, невольно вспоминается: «Поэзия – не книга жалоб». Стихи должны помогать жить, думать, искать. Людям нужна и будет нужна твоя поэзия!

Желаю тебе новых высот долголетия и творчества. Всего самого лучшего, благополучия и добра тебе и твоим близким.

С искренними дружескими чувствами


Михаил Горбачев

Наум Коржавин поблагодарил М.С.Горбачева за поздравление:



Дорогой Михаил Сергеевич!


Искренне благодарю Вас за Ваше тёплое поздравление с моим 90-летнем. Желаю Вам больших успехов в Ваших трудах на пользу нашей дорогой России!

Искренне Ваш,

Наум Коржавин

18 октября 2015 г.
Чапел Хил, Северная Каролина.

http://www.gorby.ru/presscenter/news/show_29568/

===================

В ноябре 2017 года Михаил Горбачев получил подарок от Наума Коржавина - его новую книгу "Все мы несчастные сукины дети". При вручении, Михаил Сергеевич вспоминал, что стихи Коржавина очень любила Раиса Максимовна...


==================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

====================














Первый после изгнания приезд Эрнста Неизвестного в СССР.
Перестройка
ed_glezin
30 лет назад - в 1989 году (если кто-нибудь знает точные дни возвращения - напишите, пожалуйста, в комментарии к этому посту) - знаменитый скульптор Эрнст Неизвестный впервые, после фактического изгнания из СССР в 1976 году приезжает в Москву.

От читал лекции по культуре в Московском государственном университете. Был приглашен оформить монумент жертвам Холокоста в Риге и памятник жертвам сталинизма в Воркуте.

В том же году Неизвестный пишет оригинальный портрет инициатора освободительной Перестройки - Михаила Горбачева.

В 1989 году году был снят художественно-публицистический фильм об Эрнсте Неизвестном «В ответе ль зрячий за слепца?» (режиссёр В. Бондарев)

В 1990 г. он оформил памятник Андрею Сахарову.

В 1990 г. в Свердловске (Екатеринбурге) был основан музей Эрнста Неизвестного.

В 1991 г. Эрнст Неизвестный приезжал в Россию для работы над мемориалом жертвам сталинизма в Магадане, Воркуте и Екатеринбурге.







Эрнст Неизвестный "Портрет Михаила Горбачева" (1989).



Скульптор Эрнст Неизвестный, писатель Юрий Карякин, пресс-секретарь Президента СССР Андрей Грачев, Президент СССР Михаил Горбачев во время встречи в Кремле, 1991 год.



Read more...Collapse )



«В ответе ль зрячий за слепца». Фильм-эссе об Эрнсте Неизвестном (1989).

Фильм-эссе о скульпторе Эрнсте Неизвестном (1989). Режиссер Владимир Бондарев. Участвуют Эрнст Неизвестный, Мераб Мамардашвили, Юрий Карякин, Евгений Шифферс, Вячеслав Иванов, Владимир Янкилевский, Эдуард Штейнберг, Сергей Хрущев, Астли Нюлен.

https://www.youtube.com/watch?v=gxrULRHAACY&t=2933s



Эрнст Неизвестный. "Трагедия свободы"
Статья, опубликованная в журнале "Континент" (№46, 1985)

https://philologist.livejournal.com/9518218.html

============================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================




Булат Окуджава. "На Сретенке ночной" (1985)
Перестройка
ed_glezin
Песня о первых надеждах эпохи освободительной Перестройки Горбачева.

На Сретенке ночной Надежды голос слышен,
Он слаб и одинок, но сладок и возвышен.
Уже который раз он разрывает тьму,
И хочется верить ему...

Что нужно нам с тобой – не горы золотые,
А чистые глаза и руки молодые, и этот горький мир, устроенный людьми,
И трудное счастье любви...

Когда пройдет нужда за жизнь свою бояться,
Тогда мои друзья с прогулки возвратятся,
И расцветет Москва от погребов до крыш.
Тогда опустеет Париж...

А если все не так, а все, как прежде, будет,
Пусть Бог меня простит, пусть сын меня осудит,
Что зря я распахнул счастливые крыла.
Что ж делать, надежда была...

1985

Песня в исполнении Булата Окуджавы:
https://youtu.be/d0sBYusHLv0

======================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

====================




Как Алла Баянова вернулась в СССР
Перестройка
ed_glezin
30 лет назад - в 1989 году (если кто-нибудь знает точные дни возвращения - напишите, пожалуйста, в комментарии к этому посту) - знаменитая исполнительница русских песен и романсов, Алла Николаевна Баянова - вернулась жить в СССР.

Ещё в 1985 году, когда началась освободительная Перестройка Горбачева, по приглашению Министерства культуры СССР Баянова приехала в Россию и записать пластинки на фирме «Мелодия». Вскоре вышли три диска-гиганта под общим названием "Мои песни".

А спустя четыре года она поехала на гастроли в Россию, оставив квартиру в Румынии со всей мебелью и вещами, собрав небольшой чемоданчик. С этим чемоданчиком она приехала в Советский Союз и больше в Румынию не вернулась. В конце 89-го года Горбачёв предоставил ей советсткое гражданство и выделил квартиру на Старом Арбате.


Феномен этой уникальной певицы в том, что она единственный случай в истории мировой эстрады, когда человек дебютирует в стране, где её никто до этого не знал, в возрасте 75 лет. Все годы до этого она прожила в эмиграции, свободно владела четырьмя языками, в разговоре могла переключаться с французского на русский, на румынском языке писала стихи, а детективы читала только на французском.

Ещё одна особенность Аллы Баяновой — её происхождение. Она была представительницей русской аристократии, дворянства. Отец корнями восходил к художнику Левицкому, мать — Скоропадская, представительница старинного рода.

Незадолго до смерти отец сказал: «Ты обязана вернуться в Советский Союз». И она исполнила его наказ.

Несмотря на почтенный возраст, Алла Баянова после своего возвращения на родину, начала активно концертировать по России и участвовать в музыкальной жизни. Аккомпаниаторы, с которыми Алла Николаевна работала — Давид Ашкенази, Виктор Фридман, Михаил Аптекман. Она входила в состав жюри Московского Международного конкурса молодых исполнителей русского романса «Романсиада». Даже в последние годы она иногда давала концерты.

Алла Николаевна была удостоена титулов: Заслуженная артистка России (1993). Народная артистка России (1999).

Алла Баянова никогда не унывала. Она говорила: «Когда ты просыпаешься утром, какое бы у тебя ни было настроение, растяни рот в улыбке и лежи так до тех пор, пока к этой улыбке не придёт хорошее настроение». Вероятно, это и помогало певице выходить на сцену до конца жизни.
18 мая 2009 года в Московском театре оперетты состоялся юбилейный вечер Аллы Баяновой, посвящённый 95-летию со дня рождения. Это был последний выход певицы на сцену.

30 августа 2011 года скончалась в Первом Московском хосписе. Причиной смерти стал лейкоз. Аллу Баянову похоронили на Новодевичьем кладбище.

В 2013 году наследницей певицы Натальей Должиковой был создан Фонд культурного наследия Аллы Баяновой.

=========

Из комментариев в Фейсбуке:

Дмитрий Пучков.

Я как раз в 1989 году был на одном из первых после возвращения в Россию концертов - в Доме Политпросвещения. Она тогда еще была с целым ансамблем (первое отделение). И конечно весь зал в нее влюбился бесповоротно с первых минут концерта.



























============================

Старинные романсы, цыганские песни в исполнении Аллы Баяновой (1988 год)
Концерт проходил в ДК им. А.Серафимовича.

https://www.youtube.com/watch?v=x_dkEkwcQZU



Read more...Collapse )

============================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=============================




"Нежная революция" в Болгарии 1989 года.
Перестройка
ed_glezin
10 ноября 1989 года был смещен лидер Народной Республики Болгария Тодор Живков (правивший страной 35 лет - с 1954 года), что положило начало "Нежной революции" в стране.

В октябре 1989 г. министр иностранных дел Петр Младенов прислал письмо в ЦК БКП, в котором обвинил Т.Живкова в преступных методах руководства. В итоге на пленуме ЦК БКП Т.Живков был освобожден с поста генсека партии. За первые пять месяцев после этого из партии были исключены 3500 человек (в т. числе 13 членов и кандидатов в члены политбюро и 28 членов ЦК) Во главе партии, а затем и государства (после введения поста президента) встал Петр Младенов.

Своими действиями П. Младенов и его сподвижники положили начало радикальным преобразованиям в важнейших сферах государственной и общественной жизни Болгарии.

Этим событиям предшествовала активизация общественной жизни под воздействием освободительной Перестройки Горбачева.

Среди диссидентских объединений конца 1980-х годов наиболее заметными стали: Комитет по экологической защите «Русе», Независимое общество по защите прав человека, клуб в поддержку гласности и перестройки «Экогласность» и профсоюз «Подкрепа». После массовых демонстраций в турецких районах весной 1989 правительство открыло границу с Турцией, в результате чего в течение двух месяцев около 300 тысяч турок покинули Болгарию. Общественное недовольство накалилось до предела после ареста 20 членов «Экогласности» в октябре 1989, а также после демонстрации, проведенной по инициативе этой организации перед зданием Народного собрания в начале ноября. С этой акцией выступили 4 тыс. человек, требовавшие обратить внимание на состояние окружающей среды.

После смещения Живкова с постов генерального секретаря ЦК БКП и председателя государственного совета. Премьер-министр коммунистического правительства Андрей Луканов и новый председатель госсовета Петр Младенов, предприняли ряд шагов, направленных на демократизацию политической системы.

Некоторые реформы и решения:

- признание возможности официальной регистрации политических партий и организаций с явными антикоммунистическими платформами;
ликвидация первичных организаций БКП на предприятиях;

- привлечение к судебной ответственности Живкова и некоторых видных функционеров БКП;

- деполитизация армии и сил безопасности;

исключение из конституции статьи 1, гарантировавшей БКП ведущее положение в обществе и государстве;

этническим меньшинствам было разрешено восстановить через суд свои мусульманские фамилии.

В апреле 1990 БКП была преобразована в Болгарскую социалистическую партию (БСП). 10 и 17 июня 1990 состоялись первые выборы в Великое народное собрание, которое должно было выполнять функции парламента и конституционного собрания.

БСП получила 211 из 400 мест, Союз демократических сил (СДС) — 144 места. Остальные места в парламенте заняли представители БЗНС и Движения за права и свободы (ДПС), представлявшее интересы турецкого меньшинства.

Великое народное собрание было уполномочено принять новую конституцию. Оно начало свою работу 10 июля 1990. 1 августа 1990 президентом Болгарии был избран Желю Желев, бывший диссидент и лидер СДС. В ноябре в ответ на массовые демонстрации и четырёхдневную всеобщую забастовку правительство Луканова ушло в отставку. Независимый кандидат Димитр Попов с трудом сформировал из членов БСП и СДС коалиционное правительство.

12 июля 1991 была принята новая конституция. После ряда отсрочек 13 октября 1991 были проведены выборы в новое Народное собрание Болгарии. Сторонники СДС получили 110 из 240 мест, БСП — 106, Движение за права и свободы — 24 места. Филип Димитров, который стал председателем СДС в декабре 1990, был назначен премьер-министром. В январе 1992 Желю Желев победил в первых прямых президентских выборах, проведенных в соответствии с новой конституцией.


Источник:
https://antisovetsky.blogspot.com/2016/11/1989.html?m=1

=====================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================










Революция в Румынии в 1989 году.
Перестройка
ed_glezin
22 декабря 1989 года в Румынии произошла народная революция, которая привела к свержению режима "гения Карпат" Николае Чаушеску.

Румыния стала единственной страной Восточной Европы, где социалистический режим был свергнут не в результате «бархатной революции», а путем вооруженного восстания, а бывший лидер страны был казнен.

Read more...Collapse )







Документальный фильм о причинах и последствиях румынской революции "И настанет день" (1990)

https://youtu.be/SxoQGLsRRFE



Read more...Collapse )


30 лет железнодорожной катастрофе под Уфой.
Перестройка
ed_glezin
30 лет назад - 4 июня 1989 года - под Уфой произошла крупнейшая в СССР железнодорожная катастрофа.

В Иглинском районе Башкирской АССР в 11 км от города Аша (Челябинская область) на перегоне Аша — Улу-Теляк в момент встречного прохождения двух пассажирских поездов № 211 «Новосибирск — Адлер» и № 212 «Адлер — Новосибирск» произошёл мощный взрыв облака лёгких углеводородов, образовавшегося в результате аварии на проходящем рядом трубопроводе «Сибирь — Урал — Поволжье». Погибли 575 человек, 181 из них — дети, ранены более 600.

В тот же день М.С. Горбачев и Н.И. Рыжков вылетели на место аварии.

М.С.Горбачев: "Люди говорят, что надо во всем разобраться. Как бы опять дело не выходило на некомпетентность, на безответственность, на бесхозяйственность, на безобразия. Дело у нас не пойдет, если расхлябанность будет оборачиваться такими трагедиями человеческими, уж не говоря об экономических последствиях.Сейчас работает комиссия. Медики во главе с товарищем Чазовым – там. Все крупные ожоговые центры страны мобилизованы, ведущие специалисты мобилизованы, все там работают. Люди кровь сдают. В общем, там делают все, но положение очень тяжелое. Нам придется из этого извлекать очень суровые уроки."

На следующий день после аварии, 5 июня, М.С. Горбачев выступил на утреннем заседании I-го съезда народных депутатов СССР:
Товарищи депутаты! Как вы знаете, в ночь с 3 на 4 июня на территории Башкирской АССР на границе с Челябинской областью произошла крупная авария на продуктопроводе сжиженного газа вблизи железной дороги Челябинск – Уфа. Катастрофа повлекла за собой большие человеческие жертвы. По предварительным данным, это несколько сотен людей. Среди них группа детей, ехавших для отдыха на юг.
Предлагаю нашему Съезду почтить память погибших минутой молчания. (Все встают.)
Предлагаю от имени Съезда выразить глубокое соболезнование семьям, родным и близким погибших в результате катастрофы.

Вчера мы с товарищем Рыжковым вылетали к месту катастрофы. Там сразу же, с первых минут, местное население пришло на помощь пострадавшим. Это глухое место, вдали от больших поселков. Самый большой населенный пункт – город Аша Челябинской области – в пятнадцати километрах. Местное население, услышав и увидев, что что-то произошло, направилось к месту взрыва. Когда увидели всё, передали информацию о случившемся в Уфу, в районные центры и в Челябинск. Всю ночь местное население спасало людей. Уже буквально в первые минуты и часы сто бригад «скорой помощи» выехали из Уфы. Тех, кто остался жив, трудно пока учесть. Вчера, когда мы были на месте, в живых оставались свыше 580 человек, но многие из них в тяжелом состоянии. Уже вчера в ходе дня несколько человек скончалось.

Трагедия большая, даже трудно представить. Трубопровод в километре от железной дороги, мы туда ходили, смотрели. Еще сейчас туда нельзя подойти, горит пламя: это выгорает продукт. Очевидно, в том месте, где горит, и образовался прорыв этого продуктопровода. Сам продукт стекал по наклонной местности к железной дороге. В связи с тем, что погода в эти дни была теплая, газ начал подниматься и заполнять лощину. Видимо, создался большой взрывоопасный массив. Поэтому взрыв был такой страшной силы, что там и лес, и все другое сразу уничтожено на большом пространстве. Рельсы выворачивало. В общем, там люди попали в такую беду, что страшно даже подумать.
Это произошло в два часа ночи по местному времени. Большинство людей спало, но некоторые из них стали очевидцами случившегося. Есть несколько десятков людей, которые сразу получили первую медицинскую помощь и были способны беседовать. Они рассказывали обо всем, что произошло.

Не берусь сейчас судить о причинах, чтобы не предвосхищать этими суждениями выводы правительственной комиссии и следственных органов, которые находятся на месте и начали работу. Но в 20 часов по московскому времени, за три часа до событий, в продуктопроводе было обнаружено падение давления. Я не берусь судить о том, как над было действовать, но здравый смысл подсказывает, что требовалось установить: отчего это происходит и почему? Сейчас следственные органы взяли под контроль всю технику, которая фиксирует параметры работы продуктопровода. Но по первой информации, хотя это все тоже подлежит уточнению, персонал, не разобравшись, что происходит, включил насосы, чтобы поднять давление. И, видимо, гнали продукт в трубу, а он вырывался в прорыв, и это все накапливалось в лощине. А когда много накопилось и поднялось до уровня контактных проводов – хватило искры, и все это взорвалось. Вот что там было.

У меня случившееся вызвало очень большое беспокойство. Возникает вопрос: почему это два поезда оказались вместе? Как известно, они на этой станции не должны были встречаться. Во всяком случае, надо разобраться. И с местными жителями мы беседовали. Люди говорят, что надо во всем разобраться. Как бы опять дело не выходило на некомпетентность, на безответственность, на бесхозяйственность, на безобразия. Дело у нас не пойдет, если расхлябанность будет оборачиваться такими трагедиями человеческими, уж не говоря об экономических последствиях.
Сейчас работает комиссия. Медики во главе с товарищем Чазовым – там. Все крупные ожоговые центры страны мобилизованы, ведущие специалисты мобилизованы, все там работают. Люди кровь сдают. В общем, там делают все, но положение очень тяжелое. Нам придется из этого извлекать очень суровые уроки.

Вчера перед отлетом туда мы советовались с товарищами из Политбюро и условились, чтобы они поехали в гостиницы и проинформировали депутатов. Многие в ходе этих бесед высказали пожелание, чтобы все депутаты, исходя из чувства милосердия, отчислили свой ежедневный заработок в фонд милосердия для оказания помощи семьям. Конечно, ни близких, ни детей не заменишь, но быть рядом с людьми – надо. Я думаю, мы откликнемся на это.

И еще. Мы объявили сегодняшний день днем траура. У нас такое мнение: сегодня сделать перерыв в работе. Завтра в 10 часов провести заседание Съезда, а в 16 часов – заседание Совета Национальностей. А время, которое сегодня будет, депутаты могли бы использовать для того, чтобы побывать в правительстве, в ЦК, в министерствах с нерешенными вопросами или наоборот – проверить, как решаются вопросы.
Мне кажется, мы должны поступить так.

М.С.Горбачев. Полное собрание сочинений, т. 14, М., 2010, с. 391-394


Читать полностью http://www.gorby.ru/presscenter/news/show_30025/

Подробности об аварии тут:
https://m.vk.com/@ussr80x-katastrofa-pod-ufoi?wall_owner_id=-42881226

Программа Время, 5 июня 1989

https://www.youtube.com/watch?v=xWODMaSPwgI



=========================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================














30 лет назад в Польше произошла мирная революция. К власти пришла "Солидарность".
Перестройка
ed_glezin
4 июня 1989 года в Польше произошло событие, ставшее катализатором дальнейших кардинальных перемен в политической, социальной и экономической жизни страны и в жизни каждого отдельного гражданина. Речь идет о первых после второй мировой войны реальных парламентских выборах.

Решение о проведении частично свободных выборов - то есть 65 процентов мест в нижней палате, Сейме, гарантировалось представителям властей, а выборы в Сенат, верхнюю палату парламента, были полностью свободными - было принято в результате компромисса властей с "Солидарностью" во время легендарного круглого стола. Лех Валенса от имени "Солидарности" гарантировал прекращение волны общенациональных забастовок, а власть обязалась дать возможность оппозиции принять участие в выборах. В результате оппозиция получила 92 из 100 мандатов в Сенате и все 161, за исключением одного, возможные места в Сейме.

24 августа 1989 года оппозиция смогла создать правительство во главе с Тадеушем Мазовецким.

Польша стала первым государством социалистического лагеря, в котором представители гражданского общества, а прежде всего профсоюза "Солидарность", получили возможность реально влиять на управление страной.

Read more...Collapse )


===============================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=================================



Семен Файбисович: "КАК Я ДЕЛАЛ ПОРТРЕТ ГОРБАЧЕВА ДЛЯ ОБЛОЖКИ ЖУРНАЛА "ТАЙМ"
Перестройка
ed_glezin
Опубликовано в журнале:
«Октябрь» 1996, №6

Почему-то все звонят, когда я работаю. Только войдешь в режим, начинается. Вот и в тот раз: "Здравствуйте, вас беспокоят из московского бюро журнала "Тайм". Сейчас в Москве находится художественный редактор журнала. Он хотел бы посмотреть ваши работы и, по всей вероятности, сделает вам предложение".

Они вскоре приехали. Кажется, было первое ноября. Американец, как положено,- большой, красивый, все время улыбается. Американка тоже большая, красивая, тоже улыбается, а с ними Феликс Абрамович - переводит. По традиции журнал последний номер посвящает самому выдающемуся политическому деятелю уходящего года. В этот раз "человеком года" будет Горбачев. По традиции обложка журнала рукотворная. Редакция решила поручить обложку советскому художнику. Господин Хоглунд прибыл в Москву с целью отобрать художников для участия в конкурсе.

- Я, - говорю,- никогда не делал обложек и вообще в полиграфии не работал.

- Это ничего,- говорят,- ваше дело - портрет, а остальное - наше дело.

- Я, - говорю,- никогда в жизни на заказ не писал, тем более генсеков.

- Это ничего,- говорят,- вы должны сделать свою работу, в своей манере, со своим отношением, видением. Действуйте как всегда.

- А откуда,- говорю,- вы мою манеру знаете?

Предъявили мне слайд с картины, выставлявшейся у моей галерейщицы Филлис Кайнд в Нью-Йорке. Мужичок на вокзале, красномордый такой. В общем, загнали меня в угол, пришлось показать картины. Они посмотрели.

- Ну, а к Горбачеву как относитесь?- спрашивают.

Я ответил в том роде, что неоднозначно отношусь, они записали.

- Теперь,- говорят,- два-три дня подождите. Мы должны посмотреть еще ряд художников - у нас большой список. Потом мы отберем два-три автора и сделаем им заказ. Окончательный выбор редакция журнала оставляет за собой. Каждый отобранный автор, если выполнит работу в срок, получит три тысячи долларов. Работа должна быть выполнена к началу декабря.

Как-то не очень уютно, конечно, но все же лестно: они показывали обложки предыдущих лет - Уорхол, Раушенберг, Лихтенстайн.

Тема не больно-то моя, ну а если демонстрация: везут огромный портрет, а кругом маленькие лица и шарики. Или, скажем, фоном - ЦК, решетка

портретов, как в "Правде" после съездов, все серое, а впереди Горбачев, цветной, аж спектральный. Или, к примеру...

Через пару дней звонит Феликс Абрамович.

- Вы отобраны для участия в конкурсе. Художественный редактор перед отлетом в Нью-Йорк хочет еще раз с вами побеседовать.

Ну, что ж, валяйте. Приехал главный, вытащил какие-то слайды, фото-графии.

- Вот примерно то, что мы хотели бы иметь.

Горбачев на фоне неба, Горбачев на темном фоне. Чушь какая-то.

- Так вам что, парадный портрет нужен?

- Нет, нет, не парадный! Это должен быть живой человек.

- Но вы же говорили: авторский взгляд, авторская манера...

- Ну да, мы и говорим: мягкий контур, сдержанный колорит.

- Та-ак, понятно. А отношение к фону, антуражу?

- Фон желательно нейтральный, скажем, небо.

Я с тоской взглянул на пасмурное небо за толстыми переплетами моего окна. Вот влип! И вдруг вижу: там, в небе, висит дирижабль, а под ним в рваных облаках - красное знамя. Было 5 ноября 1987 года. Страна изготовилась праздновать славное семидесятилетие. Ладно, будет вам небо, только в небе - стяг Страны Советов, публикуйте на здоровье на обложке журнала "Тайм".

- А кто остальные участники конкурса?

- Пока это тайна.

- Хорошо, только у меня одно условие: чтобы не было никаких надзирателей.

- Ну что вы! Это дело только наше с вами. Салахов разрешил выбирать любых художников. Мы забираем готовую работу и везем в Нью-Йорк. Все будет решаться там. О'кей?

- О'кей.
К назначенному сроку у меня образовалось два Горбачева. Я начал одного: ракурс снизу, микрофоны, говорящий рот, колорит иконы - коричневое лицо, золотисто-зеленоватое, с тревожными облаками небо. Показалось, что запорол, и начал второго - с этакой американской улыбочкой, закатное небо с легкими розовыми облачками, и на лице отсветы заката. В небесах, ясное дело, дирижабль со стягом - и там, и там. Экипировка - как положено. Когда начал второго, пошел первый; в общем, вышло два. Звоню в "Тайм".

- Закончил,- говорю,- забирайте, только у меня два получилось.

- Ладно,- говорят,- заберем, только их сначала в Министерство культуры везти надо.

- Как,- говорю,- что такое? Мы не так договаривались.

- Ну как же!- говорят.- Без разрешения Министерства культуры нельзя вывезти за пределы СССР никакое произведение изобразительного искус-ства, тем более ТАКОЕ.

Вот тебе и "о'кей", думаю. Ладно, хрен с ними! Подпишется кто-нибудь, печать приложит, раз они без этого не могут.

- Мы сейчас с остальными авторами созвонимся и назначим день.

- А кто же остальные, скажите наконец?

- Рудольф Хачатрян и Петр Оссовский.

Назначили. Заехали за мной на белом, знаете ли, "мерседесе" - и в министерство. Оссовский, говорят, попозже привезет, рамку еще не докрасил, а Хачатрян уже там. Долго плутали по коридорам и наконец остановились перед дверью с табличкой "Начальник отдела изобразительного искусства". Ни больше, ни меньше. Приехали, поздравляю вас, Семен Натанович! В приемной сидел кавказского вида человек - Хачатрян, стало быть,- и возмущался с сильным акцентом: "Вы пасматрите, что они тут пригатовили!" Смотрю, действительно интересные штучки: вроде как фотографии и вроде как Горбачева, только не фотографии и не Горбачева. Этакие фотороботы, отпечатанные типографским способом. Уж лицо и череп Горбачева как-нибудь изучил: больше месяца глаз не сводил. А тут все не его, составное - глаза, уши, нос, рот, череп,- а в целом как бы он. В двух вариантах. Жуть какая-то.

- Это,- говорит Хачатрян,- эталоны, они нас па ним праверять будут.

Представитель журнала "Тайм" в восторге. Появившийся в это время в приемной начальник отдела хватает фотороботы и укоряет Хачатряна, поблескивая фиксой:

- Ну что ты, Рудольф, какие же это эталоны, зачем товарищей в заблуждение вводишь? Тебе просто так показали, по-дружески, а ты?.. Никакие это не эталоны, у эталонов сзади должна быть собственноручная подпись изображаемого, а здесь, видишь, ничего нет.- И уносит пособия к себе в кабинет.

Заходят люди, смотрят, уходят. Один объясняет:

- Сейчас ваши портреты будет просматривать иконографическая ко-

миссия.

- Какая-какая?

- Иконографическая.

- А зачем?

- Ну как зачем! Определять, соответствует изображение иконографии или нет.

- А как определять?

- Как, как - по эталонам, как же еще?

- А-а, понятно! Скажите, а кто будет вывоз оформлять?

- Не знаем. Мы только иконографию смотрим, а вывоз мы не оформляем. Это вам куда-нибудь в другое место надо идти. Может, в салон по экспорту, может, еще куда.

Оссовского все нет. Министерские люди ушли на совещание, просили вызвать их, когда приедет Оссовский. Мы маемся часа полтора, наконец появляется Оссовский-младший с картиной в раме. Петр Оссовский заболел. Скажу вам честно: мои конкуренты подкачали. Мне обычно на вернисажах кажется, что у всех здорово, кроме меня. А тут не показалось. Переволновались, наверное. Вызываем мы с совещания иконографическую комиссию во главе с начальником отдела изобразительных искусств, и они приступают к работе. Походили опять, посмотрели. Вяло как-то. Без эталонов какая комиссия?

- Вас,- спрашивает начальник представителя журнала "Тайм",- портреты устраивают?

- Йес, мы их в Америку отвезем и там посмотрим.

- Ну и нас устраивают, претензий к иконографии нет. Только мы не специалисты, а у меня тут случайно в кабинете оказался - просто мимо проходил и зашел - президент Академии художеств СССР товарищ Угаров. Может быть, мы его как специалиста попросим высказаться?

Из дверей кабинета появился товарищ Угаров, приветливо пожал всем руки и обратился к картинам.

- Вот этот похож,- сказал он, указывая на моего первого Горбачева,- этот какой-то красный и переносица узка (про второго), а эти,- он повернулся к произведениям моих конкурентов и по пунктам, как преподаватель в художественной школе, разнес их: нос проваливается, виски вспучены, уши не стоят - примерно в таком роде. Потом вернулся к моему: - Этот ничего, фотографически похож. Ну, он, конечно, и сделан с фотографии, это видно, но ничего. Образ есть - трибун. Чуть-чуть воротничку толщинки не хватает, заворачивается неубедительно, узел у галстука крупноват, но в общем ничего, можно согласиться.- И ушел обратно в кабинет. Начальник отдела за ним. Немая сцена. Через пару минут появляется начальник: "Хачатряна и Оссовского попрошу в кабинет".

Первым минут через десять появился Хачатрян.

- Падумаешь, им не нравится! Я не для них делал. Я для "Тайма" делал,

а "Тайму" нравится.

Следом Оссовский-младший - натурально с красными ушами: Угаров позвонил его отцу, и тот согласился взять портрет на доработку. Тут выяснилось, что оформить вывоз они все же могут, им это раз плюнуть, но для этого нужно по два фото с каждой работы, письмо от журнала, и еще что-то, и еще. К концу рабочего дня процедура оформления была закончена. На картинах стояли печати: "Разрешено к вывозу из СССР".

На выходе из министерства нас остановил вахтер - вся грудь в орденах.

- Предъявите документы на вынос картин!

- Вот, пожалуйста, документы на вывоз картин в США, вот печати.

- Это документы на вывоз, а мне нужны документы на вынос, и попрошу очистить проход.

Американец, представитель журнала, улыбался весь день, а тут перестал.

- Мы,- объясняем вахтеру,- были весь день у начальника отдела изобразительных искусств. Позвоните ему, он все объяснит.

- Чего это я ему звонить буду? Сами звоните, а мне документ нужен.

- Хорошо,- говорю,- мы сами ему позвоним.- И беру трубку телефона на его столе.

- Положите трубку, посторонним запрещено!

Тут я не выдержал и попросил его перестать хулиганить. Он, кажется, только этого и ждал. Встал, багровея, и нажал кнопку какого-то звонка.

- Оскорбляете, значит, при исполнении...

Своего лица я не видел, но на лицах моих попутчиков начало проступать что-то вроде выражения ужаса. Собственно, звонок нас и выручил. Пришел начальник охраны и, моментально уяснив ситуацию, ласково проводил нас до

дверей.

Когда портреты были уже в Нью-Йорке, мне сообщили, что, кроме конкурса авторских работ, журнал провел параллельный конкурс среди народных промыслов, и главные претенденты на публикацию - портрет из Федоскино и мой No 1.

Через некоторое время я держал в руках последний номер журнала "Тайм" за 1987 год с портретом Горбачева работы федоскинского мастера, и мне не было обидно и завидно тоже не было. Честное слово! И история хорошая получилась, и все на своих местах осталось.

Позже Горбачев No 2 вернулся ко мне в соответствии с условиями конкурса, и я его загнал каким-то жучилам, а Горбачев No 1 так и застрял в нью-йоркской редакции. Сперва его хотели использовать при первом удобном случае, потом редакторша обложки страшно влюбилась, бросила свою обложку к чертям собачьим и сбежала с любовником на Багамы. Может быть, вся эта история еще не закончилась? Кто знает...


КАК Я ДЕЛАЛ ПОРТРЕТ ГОРБАЧЕВА

ДЛЯ ОБЛОЖКИ ЖУРНАЛА "ТАЙМ"

(продолжение)

- А что вам больше всего нравится в Нью-Йорке?

- Люди. Простые ньюйоркцы.

Пауза.

- А какой ресторан в Нью-Йорке вам нравится больше всего?

- "Стейк хаус", куда вы нас приглашали в прошлый раз. Никогда в жизни не ел бифштекса такого размера.

Пауза.

- А какой город США вам больше всего нравится?

- Нью-Йорк, но мы мало видели других городов.

Пауза.

- А... какой... цвет вам больше всего нравится?

- Я не знаю. Я художник. Мне все цвета нравятся.

Пауза.

Ленч подходил к концу. Мы сидели в одном из модных заведений Сохо на Вест-Бродвее. Стены были из неоштукатуренного кирпича с расшитыми швами, а из них торчали донышки полных бутылок - таким образом был решен интерьер. Руди Хоглунд, художественный редактор журнала "Тайм", излучал обаяние, а его секретарша впитывала это излучение. Что касается приглашенных, то наши лица не светились ни прямым, ни отраженным светом. Когда подали десерт, Руди наконец произнес монолог. Сначала он рассказал историю из жизни, которую плохо понял и еще хуже запомнил. Там присутствовали художник, какая-то дамба, муниципальная активность и плохо в конце концов выполненный плакат. Но мораль, выведенная Хоглундом, возвысила эту историю до уровня притчи и подвела нас к существу дела. Руди сказал:

- Я понял, что художник должен быть свободен. Абсолютно свободен.

После этого торжественного заявления он перешел к делу:

- Я предлагаю вам следующее: вы делаете для "Тайма" еще одну обложку. Вы делаете то, что хотите и когда хотите. Вы можете сделать ее в Нью-Йорке или в Москве. В последнем случае вы передадите картину в наше московское бюро. Деньги за работу мы переводим вам завтра. Наше единственное условие, чтобы был Горбачев.
Как я и подозревал, история моих отношений с журналом "Тайм" не закончилась участием в конкурсе на портрет Горбачева дл обложки последнего номера за 1987 год, где он был объявлен человеком этого года.

В марте 89-го, через неделю после нашего прибытия в Нью-Йорк, Руди Хоглунг пригласил меня с женой на обед. Обед действительно был очень вкусным: толщина бифштекса, его площадь и вкусовые качества поразили наше не тренированное в этом отношении воображение. В машине по дороге в ресторан Руди предложил сделать для "Тайма" еще одну обложку - они готовят номер о переменах в СССР.

- Опять Горбачев?

- Конечно! Для нашего читателя Горбачев - символ перестройки!

В общем, через две недели вещь должна быть готова. Мне, конечно, опять полная свобода действий. У них замечательный дом на побережье - приглашают на уик-энд. Я поблагодарил, сказал, что вот обложку сделаю, тогда с удовольствием. Ну и между прочим Руди уже в ресторане черканул эскизик, как он все это видит: стоит Горбачев на дороге посреди необъятных просторов России. Бифштекс мы не доели, попросили завернуть с собой.

Как раз в этот день у меня появилось наконец помещение для работы, но не снабженное ничем, кроме умывальника и унитаза. Первую из двух недель я носился по магазинам и оборудовал студию, в промежутках судорожно эскизируя. В результате возникло несколько вариантов, и было решено показать их Хоглунду. Руди отобрал два. В первом под давлением окружающих я развил его идею. Горбачев идет по дороге меж телеграфных столбов, низкий горизонт, хмуро, пол и перелески. Руди сказал, что должно звучать великое прошлое России: побольше церквей и оптимизма. В основе второго варианта Горбачев - карточный король. Идея принадлежала двум женам - моей и Володи Фельцмана. В результате предлагалась карта - Горбачев на фоне Кремля. Кремль сверху в утренней дымке. Страна, поставленная на карту, страна ставит на Горбачева - что-то в этом роде. Руди взял оба варианта и уехал в редакцию советоваться. Через несколько часов позвонил: редакци заказывает оба. Ростовую фигуру в полях и весях для ближайшего номера и карту на будущее. И еще - вечером надо будет приехать в фотостудию журнала и поработать с "боди" (телом) Горбачева - у них есть специальный человек для этих случаев.

Вечером в студии "боди" маршировало на белом фоне по выложенным на полу листам зеленой бумаги, а сотрудники студии щелкали его во всех фазах. Когда "боди" поворачивалось, чтобы занять исходную позицию, было видно, что его специальный "русский пиджак" был распорот по всей спине и схвачен скотчем, то же было и с рукавами. "Тело" оказалось полновато, и его хозяин по-американски решительно вышел из положения - дело важнее всего. Моя жена, когда ей предложили пороть отлично сшитый пиджак цековского покроя, заколебалась: "Ничего, не жалко?" - спросила она. "Не волнуйтесь, мама зашьет", - ответило "тело". Результатов работы не надо было ждать - роскошные поляроиды 30х40 тут же вылезали из фантастической аппаратуры, заполнявшей собой все пространство студии. Корректировку я вел на ходу и уже на следующее утро начал работать на холсте.

Я чувствовал: меня аккуратно, под локотки, ведут к славе. Сделай то, что хочет Хоглунд, ну что тебе стоит? "Тайм" идет навстречу, раскрыв объятия. На тебя поставили. Первый раз в жизни я почувствовал себя человеком с подходящей анкетой.

Через пять дней Руди приехал смотреть готовую работу. Ему понравилось. Горбачев бодро вышагивал в сером представительском костюме-тройке по тропинке средь полей, а в природе царила весна. На переднем плане цветущий луг, на втором - пашня и деревенька с церквушкой, вдали стены монастыря и леса на горизонте. По небу плывут облака, а по земле скользят их легкие тени. Картину отвезли в ту же фотостудию - готовить для обложки. Руди сказал, что теперь на очереди второй вариант, только картину лучше сделать на нейтральном фоне, они еще не знают, как будут ее использовать. На красном, скажем, - сверху потемнее, внизу посветлее, с плавным переходом.

Мы ждали звонка из редакции, мол, поздравляем, ждите выхода номера с вашей обложкой, но никто не позвонил. Через день, когда я работал в мастерской, Руди Хоглунд пришел к нам домой и беседовал с моей женой. В самый последний момент обложка не пошла, чем-то не устроила главного редактора. Руди взял вину на себя, подарил фотопробу, где в синем небе над шагающим Горбачевым красным, как на картинах Булатова, горело название журнала, а вся идиллия, согласно традиции журнала, была заключена в красную рамку. Он подтвердил приглашение в свой загородный дом на ближайший уик-энд и заказ редакции на второй вариант. При ближайшем случае я под благовидным предлогом отказался от совместного уик-энда и через Филлис Кайнд отказался делать следующую обложку. Правильно, сказала она, нечего, такие они, сякие, но через несколько дней передала приглашение Руди на ленч.
Простите меня, Михаил Сергеевич. Я бы не делал ее, эту третью обложку, но коварный Руди заплатил вперед. Мне ничего не оставалось, кроме как сделать то, что я сделал. Я сделал непроходную обложку. Я сделал почти все, как хотел Руди. Я сделал карту красной масти на красном фоне. Карту масти красной звезды с Горбачевым, похожим на Мао, с красными пятнами на черепе. А из красного фона, густо-вишневого вверху и светлеющего книзу, выступила панорама Кремля с птичьего полета. Очень красиво получилось. Я передал картину в галерею и занялся наконец тем, чем хотел, - очередью за колбасой в день празднования семидесятилетия советской власти, тремя солдатиками на вокзале, едящими мороженое на границе света и тени. Редакторша обложки посмотрела картину (Руди не было в городе) и сказала, что картина ей нравится, но опубликовать они ее, по-видимому, не смогут. То есть, может быть, и смогут, но не раньше, чем в России начнется гражданская война.

Итак, я прощаюсь с вами, мой красный Горбачев, оставляю вас заложником успеха перестройки. Пусть все, я не знаю как, но получится у вас, реального политика, в вашей нереальной затее отреставрировать социализм и двигаться дальше к коммунизму. Я за то, чтобы моя картина никогда не украсила обложки журнала "Тайм". Пусть слава, если я ей угоден, ищет меня на других путях.


НОЧНОЙ ЛИФТЕР

Два месяца мы с женой жили в Манхэттене на улице Ирвинг Плейс возле парка Грэмерси. Это очень престижный район, а парк Грэмерси является коллективной частной собственностью жильцов прилегающих к парку домов. Каждый собственник имеет свой ключ и, входя в парк и выходя, запирает за собой калитку. Наш дом как раз примыкал к парку, и нам бы полагался ключ, будь наше жительство постоянным. Дом был не то начала этого века, не то конца прошлого. Красного кирпича с белыми вставными рельефами, изображавшими всякую нечисть. Чем выше, тем крупнее становилась нечисть и все больше вылезала из стен на воздух. Одна из химер пристроилась у нас на пятнадцатом этаже между кухней и спальней, всем телом свесившись над улицей.

Дом обслуживали два лифта, а лифтами управляли сменные лифтеры. Надо было манипулировать дверями, железными раздвижными решетками, а главное, осуществлять подъем и спуск скрежещущими рычагами с латунными рукоятками, посредством которых лифт разгонялся и замедлялся, и было совсем непросто остановить его вровень с полом этажа. Когда это не удавалось, лифтер медленным ходом доводил его до нужной отметки, если это был старик, а молодые говорили: "Воч ер степ" (смотрите под ноги). Старики работали в более привилегированные дневные смены, те, что помоложе, вечером и ночью. За полночь работал всегда один и тот же молодой человек небольшого роста, как говорят культурные люди, "южного вида", и мы часто пользовались его услугами.

В одну из первых ночей он спросил меня: "Вы откуда?" Я ответил. "А как по-русски "спокойной ночи"? Я ответил, и после слов "воч ер степ" он пожелал мне спокойной ночи по-русски, совсем недурно это произнеся, а я ему - по-английски. При дальнейших встречах он больше не заговаривал, а только приветливо здоровался и прощался по-английски.

В последнюю ночь пребывания в Нью-Йорке я выпил с друзьями несколько чашечек сакэ в японском ресторане (жена уехала в Москву чуть раньше) и, будучи переполнен чувствами, сообщил ночному лифтеру, что назавтра улетаю в Москву.

- О, Москва - это великий город! Я знаю. Это столица страны победившего социализма,- сообщил он мне.

- Да,- говорю,- это так.

- А сейчас, я знаю, вы коммунизм строите.

- Ну,- говорю,- это кто как.

- А я из Гондураса. Вы должны знать эту страну.

- А как же,- говорю,- конечно, знаю.

- Мы там революцию делали. Вы знаете Хурмадо Хурмандеса? - И посмотрел на меня с надеждой, убить которую у меня не хватило духу.

- Ну как же,- говорю,- очень знакомое имя, наверное, в газетах все время попадается.

- Да, конечно. (В дальнейшем он все время удовлетворенно и ритмично кивал головой, придавая тем самым дополнительную убедительность своим словам.) - Он мой друг. Хурмадо - великий человек. Его знает весь мир. Мы с ним вместе революцию делали. Это везде писа─ли. Мы с ним вместе ленинизм-сталинизм изучали. Мы сначала с ним вместе ленинизм-сталинизм изучали, а потом революцию делали.

Он замолчал и еще некоторое время кивал головой. При расставании после слов "воч ер степ" он пожелал мне счастливого пути, а я его поблагодарил. И потом у себя в апартаменте, включая кондиционер, налива апельсинового сока с кусочками апельсина и глядя мимо химеры на сверкающий ночной Нью-Йорк, я думал: "Как хорошо, грамотно, а главное, нормально, естественно устроен мир, где симпатичные молодые люди, искренне желающие счастья своей стране и своему народу, изучив ленинизм-сталинизм, делают революцию, но все же не доделывают ее и потом старательно водят лифты в ночном Нью-Йорке, будучи при этом, насколько позволяет им воспитание, вежливы и обходительны".


ПУТЬ ДОМОЙ

Все как обычно: Елоховка, паперть с требовательными нищими, потом скверик с ними же, но уже отдыхающими, едящими, пьющими и спящими на скамейках; через дорогу пивной ларек с очередью, сколь колоритной, столь и не нуждающейся в описательных рекомендациях, а теперь во двор - повернул направо и чешешь до дальнего подъезда. Хорошо, тепло, конец мая, в обеих руках пакеты с продовольственной добычей, ею же полна и заплечная сумка.

Во дворе за пивным ларьком дерутся три амбала. Дерутся, похоже, давно и серьезно: весь асфальт заляпан кровью - видно, одним пивом дело не обошлось. Однако уже умаялись и, чтобы не упасть, держатся друг за друга - вроде как клинч на троих сообразили. Иногда от образовавшегося шестиногого штатива в его верхней части отделяется рука, взмахивает и снова погружается в единое тело. Оно то недвижимо, то начинает перемещаться, нескладно топая шестью ступнями, то вновь обретает статическое равновесие.

Один из дерущихся замечает меня, проходящего поодаль, отделяется от спайки, бросая ее на произвол судьбы и поиск нового, теперь уже как у "нанайских мальчиков" равновесия и начинает движение в мою сторону, затрудненное значительной поперечной амплитудой колебания. Огромный блондин со слипшимися от пота прямыми соломенными волосами и прозрачными голубыми зенками, то что называется - залитыми. Нижняя часть лица в крови, бурой и засохшей, по которой другая, свежая и алая, течет и капает затем на белую субботнюю рубашку и на асфальт. Останавливается, перегораживая дорогу, вынуждая и меня остановиться, и хрипит, раскачиваясь из стороны в сторону:

- Брат, дай умыться!

Я теряюсь от неожиданного контраста формы и содержания текста форме и содержанию контекста, в котором он звучит, и начинаю суетливо демонстрировать содержимое пакетов.

- Слушай, дружок, чем ты умываться-то собираешься?

"Дружок" переводит мутный взор с колбасы на помидоры, со швейцарского, с огромными дырками, сыра на яйца, на кочан капусты и коробки с кошачьей едой. На его лице появляется выражение тоскливого недоумения, которое постепенно, пока он поднимает глаза, оборачивается смесью ужаса и презрения.

- У тебя что, пива нет?!

Источник:

http://www.zh-zal.ru/october/1996/6/fai-pr.html











31 мая 1986 года главным редактором журнала "Огонек" стал Виталий Коротич.
Перестройка
ed_glezin
Виталию Коротичу выпала судьба войти в учебники истории как одному из главных флагманов эпохи освободительной Престройки Горбачева. Он был приглашен на должность в Москву потому, что смело выступил после аварии на Чернобыльской АЭС. Тот его комментарий в газете «Правда» не напечатали, но на карандаш взяли. После отстранения одиозного главреда Сафронова, возглавить один из главных журналов страны предлагали поэту Роберту Рождественскому и журналисту Генриху Боровику. Но они отказались. В итоге именно под руководством Коротича «Огонек», наряду с «Московскими новостями» и «Аргументами и фактами» стал одним из главных двигателей политики гласности.

Read more...Collapse )


"Агрессивно-послушное большинство"
Перестройка
ed_glezin
30 лет назад - 29 мая 1989 года - на заседании I Съезда народных депутатов СССР депутат Юрий Афанасьев впервые назвал часть депутатов съезда "агрессивно-послушным большинством". Выражение было подхвачено СМИ и стало мемом.

Юрий Афанасьев родился 5 сентября 1934 года в посёлке Майна Ульяновской области. Окончил исторический факультет Московского государственного университета (1957). После института уехал в Дивногорск работать комсомольским секретарем на Красноярской ГЭС. В 1971 году закончил аспирантуру АОН при ЦК КПСС. Дважды (в 1971 и 1976 годах) стажировался в Парижском университете (Сорбонна).
В 1972—1981 годах — доцент кафедры всеобщей истории, проректор по учебной работе ВКШ при ЦК ВЛКСМ. В 1983 году получил назначение редактором по отделу истории и стал членом редколлегии в журнале «Коммунист».

Работал старшим научным сотрудником, завсектором истории культуры зарубежных стран Института всеобщей истории АН СССР; редактором отдела истории, членом редколлегии журнала «Коммунист».
Доктор исторических наук, профессор, академик РАЕН

В 1989 году избран народным депутатом СССР от Ногинского территориального округа № 36 Московской области. Член Межрегиональной депутатской группы. В 1991 году на выборах взамен выбывшего избран народным депутатом РСФСР от территориального округа № 41 Москвы.

В 1990 году вышел из КПСС (был членом с 1954 года). В 1990 году член движения «Гражданское действие», один из создателей и сопредседатель Движения «Демократическая Россия». Участник «Демократического конгресса» 1991 года. Инициатор и лидер группы «Независимая гражданская инициатива». В начале 1992 года приостановил свое членство в руководстве Движения (совместно с Мариной Салье, Леонидом Баткиным, Юрием Буртиным и Бэлой Денисенко) в знак несогласия с политикой его руководства.

Выступление Юрия Афанасьева, на тот момент — ректора Московского историко-архивного института, оказалось в центре внимания советской и зарубежной прессы. За публикацию текста выступления были уволены со своих постов ряд руководителей советских региональных газет. Эта речь артикулировала серьёзные противоречия между двумя группами депутатов — «прогорбачёвским» большинством и меньшинством в виде Межрегиональной Депутатской Группы. В тексте выступления Афанасьев, в частности, употребил по отношению к оппонентам выражения «сталинско-брежневский верховный совет» и «агрессивно-послушное большинство». Последнее закрепилось в политическом лексиконе, а впоследствии получило самостоятельное распространение среди политиков и публицистов и стало использоваться по отношению к любому политическому большинству, противостоящему реформам, став к настоящему моменту устойчивым жаргонным выражением.

В апреле 1993 года сложил с себя полномочия народного депутата России, объявив о своем уходе из политики.

===========================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================













Публикации в советской прессе о перелете Матраса Руста 28 мая 1987 года.
Перестройка
ed_glezin






Read more...Collapse )

===========================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================



Народный депутат СССР Александр Минжуренко о 1 съезде
Перестройка
ed_glezin
К 30-летию Первого съезда народных депутатов СССР.

Немного о том, что не транслировалось по ТВ, об одном личном наблюдении за депутатами до открытия съезда. Мы же все вначале пришли в Большой Кремлевский дворец на регистрацию. Знаменитая роскошная лестница, застланная пышным торжественным ковром, а по ней поднимаются депутаты и идут в Георгиевский зал. И как идут!? По центру коридора вальяжно, походкой хозяев жизни идут первые секретари ЦК союзных республик, главы партийных организаций автономий, первые секретари обкомов партии, министры и маршалы. Они все, конечно – народные депутаты. Они все между собой очень хорошо знакомы: по многу лет они руководят своими территориями и часто встречаются здесь, в Кремле. Они здесь свои. Особенно колоритно выглядит встреча закадычных друзей из лидеров средне-азиатских и кавказских республик. Увидев знакомую фигуру еще издалека, они радостно всплескивают руками и громко приветствуют друг друга на своих языках и на русском. Не обращая внимания на окружающих, они бросаются друг другу в объятия и что-то выкрикивают, похлопывая собеседника по бокам и плечам. Одновременно в кремлевском коридоре может происходить три-четыре таких бурных встречи старых друзей. Также по-хозяйски ведут себя здесь маршалы и высокие генералы: в глазах рябит от золотых погон, лампасов и орденских планок. Все 19 заместителей министра обороны во главе с шефом оказались тоже народными депутатами. А вдоль стеночки бочком скромно и стеснительно идут незваные гости – демократы и бедные родственники – землеробы, хлопкоробы и сталевары.
Нашего брата-демократа, и правда, можно было определить даже на расстоянии. Он был не похож ни на обязательный для советского парламента пролетарско-крестьянский элемент ни на представителей партийно-советской номенклатуры. Рыбак рыбака видит издалека. Глядя на громкоголосых кучкующихся партийных ханов, генеральных директоров крупных заводов, министров и маршалов я еще в день регистрации подумал, что нам надо бы объединиться: хотя бы потому, что нас было мало – не более одной десятой от всего этого собрания. Так потом и оказалось. Идея своей депутатской группы витала в воздухе.
Сам съезд, конечно, явился абсолютно революционным прорывным моментом. Всё остальное было потом и вытекало из этого события. Все заседания съезда транслировались и по радио, и по телевидению. Стенограммы печатались в газетах. Никакой цензуры, никаких изъятий, никаких купюр. Никто не редактировал публикуемые выступления, какими бы по содержанию они ни были. Ничего подобного советские люди в своей жизни не видели. Многим, а может быть даже большинству, не верилось в происходящее. Как нам потом рассказывали, страна бросила работать и сидела у телевизоров, внимательно следя за всем происходившим в Кремле. А там происходило невероятное. Причем оно началось с первой минуты съезда. Мы только уселись после исполнения гимна СССР, как кто-то из депутатов от прибалтийских республик поднялся на подиум к столу президиума и громко без микрофона предложил делегатам съезда почтить память жертв трагических событий в Тбилиси. Там 8 апреля митинг горожан был разогнан военнослужащими Советской Армии, применившими при этом саперные лопатки, погибло 16 человек. Весь съезд встал и замер в минуте молчания. Поднялся и растерявшийся президиум. Мы-то сразу догадались, что это «самодеятельность» прибалтов, а покорное и управляемое большинство съезда подумало, что всё так и задумано: им и в голову не могло прийти, что это несанкционированная начальством инициатива оппозиционеров. Кто бы раньше мог такое устроить в Кремлевском Дворце съездов!?
Ну, а дальше вы всё могли сами видеть, но участнику этого эпохального события тоже есть что рассказать. Ведь было очень много того, что не попало в объективы. Была бурная жизнь в кулуарах, в кабинетах, в коридорах, в номерах гостиницы. Просто абсолютно везде шли жаркие споры. И – только о политике. Все остальные темы были напрочь забыты.
Первый же серьезный вопрос – выборы членов Верховного Совета - расколол съезд. Задумывая новый высший орган власти – Съезд народных депутатов СССР – Горбачев относительно депутатского корпуса придумал нечто среднее между положением прежних советских депутатов и депутатов парламентов демократических стран. Всего народных депутатов было 2 250 человек. Они оставались на своих рабочих местах и при исполнении прежних должностей. А из их среды выбирались члены Верховного Совета, работающего постоянно как обычный нормальный парламент, численность которого составляла 542 человека. Избрание членов ВС проходили на съездах. Горбачев предложил такой порядок проведения выборов: каждая региональная депутация выдвигает согласно квоте своих кандидатов, которых вносят в общий список. Этот список и выносится на голосование.
Омичи также собрались отдельно в одном из номеров гостиницы и стали обсуждать кандидатуры членов ВС от Омской области. Но обсуждать-то оказалось нечего: первый секретарь обкома Похитайло уже все решил. В номере снова сильно пахнуло прежними временами. Похитайло назвал две фамилии и - баста. Большинство тут же согласилось с ним – как это всегда и бывало ранее в подобных случаях в советской тоталитарной державе, иногда баловавшейся «демократическими» процедурами.
Нас всего было от Омской области 11 человек депутатов. Мы с Казанником подняли бунт и потребовали обсуждения и тайного голосования. Похитайло снисходительно согласился с этим предложением. Он ничего не терял и ничем не рисковал: большинство же депутатов, согласно той самой горбачевской схеме выборов, которую мы критиковали за это еще в прошлом году, было тщательно подобрано обкомом партии. Ну что ж, хотите выборы и даже тайное голосование – пожалуйста. Проголосовали. Какая уж тут тайна на десяток человек! Нас с Казанником поддержал только еще один человек – рабочий Геннадий Портнов. Он тоже прошел путь настоящих демократических выборов, а не был представителем какой-либо организации типа «красной сотни». Похитайло еще нам и попенял: вот вы тут бузите, но вас, мол, демократов тут всего четыре человека из одиннадцати, а мы же одно место в Верховном Совете вам отдаем. Это он имел в виду четвертого «демократа» – доцента университета Ким Ен Уна. Да, были и такие депутаты – перебежчики. Они победили на выборах под демократическими знаменами и программами, а сами назавтра же заняли позицию по отношению к власти «чего изволите-с?» Оказывается, такие случаи были и в других регионах. Мы, неопытные, еще не знали про такое. И как же они быстро-то сориентировались в построении своей предвыборной тактики.
Вот так агрессивно-послушное большинство и сформировало свой Верховный Совет, свой парламент. Это было первое разочарование и поражение. Не последнее.

https://www.facebook.com/alexandr.minjurenko/posts/2284908541578845

==================================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================================================













"Звучали слова, за которые вчера полагался лагерный срок".
Перестройка
ed_glezin
30 лет назад, 25 мая 1989 года, в Кремле открылся I Съезд народных депутатов СССР. Началась недолгая история свободного советского парламентаризма. Сегодня эта бурливая история, сотканная из конкурентных выборов, процессов зарождения и становления реальной парламентской оппозиции, яростных политических схваток, проходивших на глазах у всей страны, депутатских расследований, не щадивших первых лиц государства, выглядит желанным примером для подражания.

Первые альтернативные

Впервые вопрос об альтернативных выборах был поднят в начале 1987 года, на январском пленуме ЦК КПСС. К этому моменту всесильный партийный аппарат начал подозревать нехорошее, и правильно делал. Поначалу казалось, что перестройка — не более чем блажь новоявленного генсека Михаила Горбачева. На счету номенклатуры — похороненные реформы Хрущева и Косыгина. Не таких зубров ломали, и этот перебесится да угомонится, рассчитывали чиновники-коммунисты. И как могли заматывали робкие (такими они и останутся до падения СССР) экономические преобразования. Их суть сводилась к тому, чтобы, повысив самостоятельность предприятий и открыв возможности для индивидуальной предпринимательской инициативы в обличии кооперативов, вывести экономику из-под партийно-государственного контроля, раскрепостить ее, сделать энергичной и эффективной. Допустить такой крамолы коммунисты не могли. Назревал конфликт.

В октябре 1987 года члены ЦК КПСС обрушились на первого секретаря Московского горкома партии Бориса Ельцина. Тот позволил себе критику бюрократизма, затягивания перемен, громил консервативное крыло КПСС под неформальным предводительством «идеологического» секретаря ЦК Егора Лигачева. Ельцина «размазали» и вышвырнули в отставку. В марте следующего года в партийной газете «Советская Россия» вышла трескучая статья ленинградки Нины Андреевой «Не могу поступиться принципами» — манифест антиперестроечных сил, благословленный тем же Лигачевым. В июне того же 1988 года на XIX партконференции Егор Кузьмич публично заявил, что при выборе Горбачева генеральным секретарем «могли быть абсолютно другие решения».

Генсек ясно представлял, что, как за четверть века до этого Никита Хрущев, он также может оказаться жертвой аппаратного заговора и для продолжения перестройки ему необходимо найти другую опору. По логике вещей, единственной более мощной, чем Коммунистическая партия, базой был весь советский народ. Под финал партконференции Михаил Горбачев провозгласил: не далее как весной будущего 1989 года провести выборы народных депутатов СССР и созвать их I Съезд.
Идея передать функции управления государством от партийной бюрократии народу принадлежала Никите Хрущеву (в центре). За нее он поплатился властью. Михаил Горбачев усвоил урокИдея передать функции управления государством от партийной бюрократии народу принадлежала Никите Хрущеву (в центре). За нее он поплатился властью. Михаил Горбачев усвоил урокdpa-Zentralbild

Он бил номенклатуре по самому чувствительному месту: именно открытые и безальтернативные выборы были процедурным фундаментом тотального доминирования и диктата КПСС. Народных депутатов, впервые за всю советскую историю, выбирали тайным голосованием и на альтернативной, конкурентной основе. Тем из партийных руководителей, кто не пройдет через сито выборов, предписывалось оставить свои престижные посты.

Безапелляционно уверенные в своем успехе, партийные начальники проглотили наживку. Забегая вперед: да не тут-то было. По итогам голосования выяснилось, что избиратели прокатили более 30 секретарей обкомов, пятую часть. «В Ленинграде не избран ни один партийный и советский руководитель города и области, ни один член бюро обкома, включая первого секретаря и даже командующего военным округом. В Москве партийные работники также в основном потерпели поражение. Негативными для партийных работников итоги выборов оказались во многих крупных промышленных и научных центрах Поволжья, Урала, Сибири и Дальнего Востока, юга и востока Украины. Крупное поражение партийные кандидаты потерпели в Прибалтике, Армении, а также в Грузии, — вспоминал Вадим Медведев, в то время секретарь ЦК КПСС и один из ближайших соратников Горбачева.

Говоря точнее, выборы народных депутатов, состоявшиеся 26 марта 1989 года, были свободными отчасти: из 2250 депутатских мандатов 750 распределялись по общественным организациям, 100 из них гарантированно доставались Компартии. Но на остальные 1500, «разыгранные» в территориальных округах, претендовали более 7,5 тысячи кандидатов.

Один из наиболее «звездных» депутатов, будущий мэр Ленинграда Анатолий Собчак впоследствии писал: «Много позже я понял, почему Горбачев пошел на такую сложную и совершенно недемократическую систему выборов. Хорошо и надежно отлаженный поколениями партийной селекции аппарат при прямых, равных и тайных выборах не оставил бы демократам ни шанса на победу. Отработанная система бюрократических проволочек и четкая взаимовыручка аппаратчиков, контролируемые ими средства массовой информации и деньги из партийных и государственных касс, возможность освобождать от служебных обязанностей практически любого нужного человека и платные группы поддержки — все обеспечивало успех аппаратчикам. Но Горбачев и его интеллектуальная команда поставили аппарат в необычные, нерегламентированные советской традицией условия. Выборы от общественных организаций и Академии наук СССР, деление страны на территориальные и национально-территориальные избирательные округа — это давало множество возможностей. Известные всей стране люди — Андрей Сахаров, Дмитрий Лихачев, Алесь Адамович, Егор Яковлев, Гавриил Попов и многие другие — попали в парламент лишь благодаря такой недемократичности избирательной системы. Силы аппарата оказались отвлеченными на организацию пресловутых окружных собраний (утверждавших списки кандидатов — прим. авт.). Здесь аппаратчики были бдительны, и через их «сито» многие из демократов не прошли. Но ведь в общественных организациях окружных собраний не было».

«На первый взгляд, все было в порядке. Среди новых народных депутатов 87,6% членов КПСС — больше, чем 71,5% в составе прежнего Верховного Совета СССР. Но по территориальным и национально-территориальным округам было избрано депутатами примерно 20-25% людей, острокритически настроенных в отношении партии. Несколько меньшая доля таких депутатов прошла и от общественных организаций», — резюмировал Вадим Медведев.
Наперекор Системе

Азартная — так можно охарактеризовать ту избирательную кампанию. Страна, зачахшая в многолетнем застое, воспряла, встряхнулась, радостно и с энтузиазмом включилась в политическую игру, предложенную Михаилом Горбачевым.

Для Бориса Ельцина участвовать и победить на выборах — единственный шанс вернуться из небытия в большую политику. Он, как рубит, призывает к ликвидации партийной опеки над государством, к передаче власти на всех уровнях выборным Советам, а на общесоюзном уровне — Съезду народных депутатов, к борьбе с номенклатурными привилегиями — спецраспределителями дефицитных продуктов и товаров, спецбольницами, спецсанаториями, к искоренению цензуры, к индивидуальному владению землей (определение «частная собственность» еще под фактическим запретом, а Горбачев так и не решится на введение частной собственности на землю; «Делайте со мной что хотите — не могу зачеркнуть своего деда-коллективизатора», — признавался он соратникам).

За пару месяцев до выборов — январский пленум ЦК, который утвердил безальтернативные списки кандидатов от КПСС. Почему безальтернативные — вопреки основной идее избирательной кампании? «А что было делать? — вопрошает Вадим Медведев. — Тайное голосование [на пленуме] показало, что если бы в списке было на два кандидата больше, чем положено по норме, не прошли бы Лигачев и Яковлев (оба секретаря ЦК курировали идеологию и возглавляли два противоборствующих лагеря партии — консервативное и реформаторское — прим. авт.), при десяти лишних за бортом оказалось бы большинство членов Политбюро, а при шестнадцати не был бы избран ни один из них, включая генерального секретаря! Я отнюдь не считаю, что каждый партийный деятель непременно должен быть облечен депутатским доверием, но скандал был бы великий, если бы ЦК не доверил своему руководству представительство в высшем органе государственной власти».
Для Бориса Ельцина выборы были шансом вернуться из политического небытия и выйти из депрессииДля Бориса Ельцина выборы были шансом вернуться из политического небытия и выйти из депрессииBoris Kavashkin/Global Look Press

На пленуме «знатный московский рабочий» Тихомиров атаковал Бориса Ельцина: кто дал право клеветать на партию?! Уже со следующего дня в Москве начинаются стихийные многолюдные, по 7-10 тысяч участников, митинги в поддержку Ельцина. Московские власти скрипя зубами терпят и митинги не разгоняют: опальный рубака Ельцин — любимец москвичей. «Выступление Тихомирова не было поддержано в трудовых коллективах и партийных организациях Москвы, даже на его родном предприятии. Сам он оказался в трудном положении, встречая повсюду реакцию отторжения. За всю эту некрасивую, неприятную историю несут ответственность те, кто ее инспирировал и организовывал», — продолжает Вадим Медведев.

Предложения выдвигаться идут к Ельцину со всей страны. Сначала Борис Николаевич подумывает баллотироваться от пермского города Березники, где прошло его детство. Избирательный процесс — под прицельным взглядом вертикали партийных органов. «Собрание [с избирателями] могли перенести в другое помещение буквально за час до начала, пропускать на него только проинструктированных партийными органами людей, райкомы партии готовили провокаторов, которые должны были скомпрометировать Бориса», — свидетельствует Наина Ельцина. «Ему отказывали в аренде залов для предвыборных собраний, переносили их даты, не пускали в зал тех, кто, по мнению властей, был «неблагонадежен», проводили «антисобрания» и «антимитинги»», — пишет биограф Ельцина Борис Минаев.

Поэтому в Березники Ельцин отправляется «заметая следы» — из Ленинграда, на военном самолете, «в обнимку то ли с крылатой ракетой, то ли со снарядом», как он потом вспоминал. Из ельцинских мемуаров: «Мое появление вызвало шок у организаторов, так как из обкома партии прилететь и что-то изменить уже не успевали. Я выступил со своей программой, ответил на записки, вопросы, все шло прекрасно, и, когда началось голосование, я, честно говоря, уже не волновался. По всей атмосфере было видно, что мне удастся сегодня преодолеть этот первый барьер на пути к избранию. Получил я подавляющее большинство голосов, можно было возвращаться в Москву».

Однако окончательное решение строптивого, упрямого, амбициозного Ельцина — идти в депутаты от Москвы, территориального округа № 1. «Москвичи не приняли тебя, Борис», — говорил ему Горбачев, вычеркивая из политики. Ну что ж, посмотрим.

Окружное собрание, утверждающее кандидатов в депутаты, проходит в Колонном зале Дома Союзов. В зале — тысяча человек, на 4/5 — проинструктированные выборщики, среди них секретари парткомов, чиновники, директора предприятий. Шансов пройти в кандидаты в такой компании у Ельцина, казалось бы, нет.

«Я уже знал, что в зале с заготовленными провокационными вопросами сидят люди и только ждут отмашки организаторов шоу, чтобы «делать дело». И тогда я решил поступить неожиданно. Из всех вопросов, поступивших ко мне, я выбрал в основном самые несправедливые, неприятные, обидные. Обычно все отбирают для своих ответов выигрышные, я решил сделать наоборот. Начал отвечать на записки: «Почему вы предали Московскую партийную организацию, струсили, испугались трудностей?», «На каком основании ваша дочь переехала в новую квартиру?» и все в том же духе, разве только что не было вопросов про приводы в милицию и про порочащие связи… Но этими ответами я совершенно расстроил планы руководителям мероприятия. Почти все негативные вопросы, которые они планировали задать с мест, уже прозвучали, и на вопросы устные я отвечал легко и спокойно. Я видел, что зал потихоньку начал оттаивать, появились какие-то надежды на незапланированный исход».

Собрание длится девятый час, в два часа ночи дважды Герой Советского Союза космонавт Георгий Гречко, заранее предупредив Ельцина, но неожиданно для остальных снимает свою кандидатуру. Зал в шоке: намеченный сценарий круто ломается. «Это был, конечно, мощнейший удар по организаторам, — вспоминал Борис Ельцин. — У всех, кого проинструктировали голосовать за Бракова и Гречко, как бы появился свободный выбор, теперь можно было отдать свой голос за меня почти с чистой совестью, если будет тайное голосование, а его удалось пробить. Так и произошло, я набрал больше половины голосов».

«Предвыборные плакаты [Ельцина] расклеивали на подъездах домов, на фонарных столбах и остановках общественного транспорта. На 19 предприятиях были созданы комитеты активистов, которые вели работу с избирателями на рабочем месте. Используя ораторские навыки, приобретенные в Свердловске и отточенные в Московском горкоме, Ельцин колесил по городу, выступал несколько раз в день, отвечал на море вопросов. Толпы, собиравшиеся в парках, на хоккейных аренах и стадионах, в последнюю неделю достигали десятков тысяч человек. Поклонники Ельцина надевали на себя двусторонние щиты с надписью «Борись, Борис!», носили значки с его изображением и рукописные таблички «Руки прочь от Ельцина!», «Борис прав!», «Мы с тобой, товарищ Ельцин», «Не народ для социализма, а социализм для народа». Ельцин упивался всеобщим вниманием», — рассказывает еще один жизнеописатель Тимоти Колтон.

Выборы 26 марта Ельцин выиграл с умопомрачительным результатом — 90%, свой голос ему отдали 5 миллионов 238 тысяч 206 человек, за Бракова проголосовали около 400 тысяч.

Обратимся к мемуарам Анатолия Собчака — они тоже здорово передают восторженную, пьянящую атмосферу тех дней.

Вот к нему обращается знакомый партфункционер:

— Зачем вам это нужно? Вы же умный человек и должны понимать, что никаких шансов на избрание у вас нет. Депутатом будет передовой рабочий с Балтийского завода. И не нужно напрасно терять время и силы.
Анатолий Собчак – один из наиболее ярких и профессиональных народных депутатовАнатолий Собчак — один из наиболее ярких и профессиональных народных депутатовAndrey Chepakin/Russian Look

«И тут я понял, — пишет Анатолий Собчак, — что во мне живо мальчишеское чувство лидерства: «Давайте поспорим, что я стану депутатом!» При свидетеле, вернее, при свидетельнице нашей беседы мы ударили по рукам. А поскольку рядом была женщина, то и спорили «по-мужски», на бутылку коньяка. К чести партийного функционера, проспоренную бутылку он мне через два месяца вручил без моих про то напоминаний».

Основной ресурс университетского профессора Собчака — десятки добровольцев: студенты, интеллигенция, рабочие, инженеры, в том числе с того самого Балтийского завода, помогающие распространять листовки и расклеивать плакаты (среди них аспирант Собчака Дмитрий Медведев). Главное орудие кандидата — мегафон, с которым он выступает у станции метро.

«Моя жена Людмила, историк и преподаватель Института культуры, тоже пристрастилась к этим митингам, — писал Анатолий Собчак. — И рассказала мне, как некая дама плакалась в толпе: «Ну зачем вы верите Собчаку?! Он такой бессердечный! У него жена в больнице умирает, а он ей даже яблочка не принесет! Она лежит с моей дочерью в одной палате, бедная женщина…». Людмила не выдержала, достала паспорт и сказала: «Вот, смотрите, я жена Собчака. Почему вы такое рассказываете? Пойдемте-ка в милицию, выясним, кто вы и почему…» Дама бежала со ступенек под общий хохот».

Результат на выборах профессора Собчака — 76% голосов избирателей.

«Вскоре после выборов, — пишет он в мемуарах, — нас пригласили в обком партии, и тогдашний первый секретарь Юрий Соловьев стал учить новоиспеченных депутатов уму-разуму и излагать сценарий Съезда. Пришлось не слишком вежливо перебить первого секретаря: сценарий Съезда будем писать мы, депутаты. Соловьев это проглотил». А вскоре, добавим мы, как проваливший собственные выборы был снят и отправлен на пенсию.
Революция в прямом эфире

Полноценная, насыщенная драматизмом избирательная кампания сама по себе была воплотившейся фантастикой. Однако «чудеса» только начинались.

I Съезд народных депутатов, собравшийся 25 мая в Кремлевском Дворце, открылся не с приветствия членов Политбюро (они, до избрания в президиум, непривычно для себя расселись в первых рядах партера, рядом с другими, «рядовыми» депутатами), а с призыва избранника от Латвии Вилена Толпежникова почтить память жертв кровавых событий в Тбилиси: 9 апреля в столкновениях с войсками там погибли 19 человек, в основном женщины.

Еще одно удивительное новшество: заседания Съезда транслировались в прямом телеэфире. «Страна обратилась в слух, — пишет Борис Минаев. — На Смоленской площади толпа людей собралась перед витриной радиомагазина, в которой были выставлены несколько работающих телевизоров. Такие же толпы стояли везде, где можно было увидеть или услышать Съезд. Телевизоры и радиоприемники работали всюду — в машинах (водители в жаркий день открывали дверцы, и звук разносился по всем улицам города, было странное ощущение, что Съезд транслируют прямо с неба), в кабинетах, жилых домах, на кораблях и в поездах, и те, кто не имел возможности в рабочее время смотреть или слушать прямую трансляцию, чувствовали себя глубоко обделенными. «Никто не трудится, все смотрят Съезд», — озабоченно сказал кто-то из депутатов… Прямая трансляция Съезда перевернула представления о рамках гласности. Следить за тем, как развивается главное политическое событие в режиме реального времени, — это было потрясающее ощущение».
Андрей Сахаров казался чудаком и радикалом. Но всего через пару месяцев после его смерти идеи Сахарова стали реальностьюАндрей Сахаров казался чудаком и радикалом. Но всего через пару месяцев после его смерти идеи Сахарова стали реальностьюBoris Kavashkin/Global Look Press

Страна обрела новых кумиров — пламенных ораторов Юрия Афанасьева, Юрия Власова, Юрия Карякина, Гавриила Попова, Анатолия Собчака, Сергея Станкевича, Галину Старовойтову, Николая Травкина, Юрия Черниченко… «В святая святых кремлевской власти звучали слова, за которые вчера полагался лагерный срок или психбольница», — формулировал в воспоминаниях Собчак.

Первый среди равных — легендарный академик и диссидент Андрей Сахаров. С самого начала работы Съезда Андрей Дмитриевич выдвинул требование отменить одиозную шестую статью Конституции о Компартии как «руководящей и направляющей силе советского общества, ядре его политической системы, государственных и общественных организаций» (статья была введена в Конституцию при Брежневе и была реакцией партаппарата на реформаторские «поползновения» Хрущева, мечтавшего о «общенародном государстве», народовластии).

В середине Съезда, 2 июня, «зарвавшемуся» диссиденту и всем его сподвижникам-демократам (а прежде всего — Горбачеву) партийная бюрократия устроила «показательную порку». Утром в фойе Дворца съездов появились листовки, в которых сообщалось, будто в интервью канадской газете «Оттава ситизэен» Сахаров заявил, что во время войны в Афганистане с советских вертолетов расстреливали попавших в окружение советских же солдат, чтобы не дать им сдаться в плен. И вот на трибуне — депутат от комсомола, первый секретарь Черкасского горкома ВЛКСМ Украины, ветеран-«афганец» Сергей Червонопиский.

«Мы до глубины души возмущены этой безответственной, провокационной выходкой известного ученого и расцениваем его безличностное обвинение как злонамеренный выпад против советских Вооруженных сил. Рассматриваем их дискредитацию как очередную попытку разорвать священное единство армии, народа и партии. Мы восприняли это как унижение чести и достоинства и памяти тех сыновей своей Родины, которые до конца выполнили ее приказ, — бьет наотмашь Червонопиский, стоя за трибуной на инвалидных костылях. — Три слова, за которые, я считаю, всем миром нам надо бороться, это: Держава, Родина, Коммунизм». Зал вскакивает, заходясь в бешеном реве.

Слово — Анатолию Собчаку.

«Сахаров поднимается со своего места, и я вижу, что он растерян. Такого не было никогда, но это так, и по лицу, и по всей его фигуре ясно: Сахаров идет к трибуне и еще не знает, что скажет. Он начинает говорить, но успевает сказать лишь три слова: «Я меньше всего…» В зале шум, и съездовская стенограмма это фиксирует: »…желал оскорбить Советскую Армию…» Он говорит мучительно, паузы между словами больше обычного, каждое слово, будто пудовый камень, с трудом извлекается из груди. Академику не хватает воздуха: «Я глубоко уважаю Советскую Армию, советского солдата, который защищал нашу Родину в Великой Отечественной войне. Но когда речь идет об афганской войне, то я опять же не оскорбляю того солдата, который проливал там кровь и героически выполнял приказ…».

Как отвечать калеке, который изувечен в Афганистане? Его право бросить в лицо кому угодно: мол, вы, сидевшие в тылу, не имеете права рассуждать о нас, прошедших кровь и ужасы афганской бойни, а тем более — осквернять память погибших своими домыслами. Вас там не было, вы не видели того, что видели и пережили мы.

«Не об этом идет речь. Речь идет о том, что сама война в Афганистане была преступной авантюрой, предпринятой неизвестно кем, и неизвестно кто несет ответственность за это огромное преступление Родины. Это преступление стоило жизни почти миллиону афганцев, против целого народа велась война на уничтожение, миллион человек погибли. И это то, что на нас лежит страшным грехом, страшным упреком. Мы должны смыть с себя именно этот позор, который лежит на нашем руководстве, вопреки народу, вопреки армии совершившем этот акт агрессии. Вот что я хочу сказать». (Шум в зале.)

Понимает ли Сахаров, что эти его слова сейчас, после обвинительного пафоса калеки-ветерана, не могут быть услышаны? Но Сахаров держится. Пытается держаться: «Я выступал против введения советских войск в Афганистан и за это был сослан в Горький. (Шум в зале.) Именно это послужило главной причиной, и я горжусь этим, я горжусь этой ссылкой в Горький как наградой, которую я получил…»

Его не слушают. Ему дают договорить, чтобы тотчас вслед за тем добить, дотоптать.

«Это первое, что я хотел сказать. А второе… Тема интервью была вовсе не та, я это уже разъяснил в «Комсомольской правде»…»

Его согнали с трибуны. И если на том же Съезде мы видели Сахарова-победителя, сходившего с трибуны с высоко вскинутыми над головой руками, то сейчас он уходил понурым, почти сломленным.

Но линчевание лишь начиналось… Один за другим поднимались ораторы, все они играли одну роль, делали одно дело. А что же Горбачев? Сидел, обхватив голову и закрыв ладонями лицо. Впервые он не мог остановить цепной реакции беснующейся ненависти. Я старался не смотреть в его сторону».
Рождение оппозиции

Михаил Горбачев, видевший себя умелым дирижером депутатского оркестра, оказался в эпицентре разбуженной им стихии. На него давили и консерваторы-ортодоксы, и радикал-демократы. Горбачев и радуется успеху демократизации, и страшно перенапряжен, бывает, что просто уступает мятежному потоку.

Съезд выбирает председателя Президиума Верховного Совета — постоянно работающей части советского парламента. Единственный кандидат — генеральный секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев: для него объединение первых постов в партии и государстве не просто продолжение традиции, сложившейся при Брежневе, а в первую очередь способ обрести новую опору в борьбе с партийным чиновничеством (следующим шагом будет избрание Горбачева президентом СССР в 1990 году). Совершенно неожиданно свою кандидатуру выдвигает никому не известный инженер из Апатитов Александр Оболенский. Выбрали, конечно, Горбачева, за него подано 96% голосов, но сам факт, что какой-то выскочка позволил себе оказаться на пути всевластного генсека к вожделенному посту, казался умопомрачительным и вместе с тем закреплял альтернативность любых без исключения выборов как норму.

Депутаты позволяют себе отметать кандидатуры, представленные высшим начальством, членами Политбюро, на ведущие государственные посты председателя Верховного Суда, Комитета конституционного надзора, Комитета народного контроля.

(Впоследствии Верховный Совет точно так же «зарубил» треть претендентов на министерские портфели в союзном правительстве. «Приходили важные и недоступные, мол, развели бюрократию эти демократы, приглашают на какое-то слушание, — рассказывал Анатолий Собчак. — Они искренне показывали нам свое отношение. Они нисходили к нам из своих, для многих уже протертых кресел, нисходили, повинуясь обязанности, и всем видом демонстрировали собственную занятость: «Прошу побыстрее, мне через полчаса вести совещание!» Но начинались вопросы. И тут оказывалось, что министр не знает и того, что должен знать рядовой инженер. Да что там инженер — студент или школьник! Незнание, как правило, сопровождалось неумением принять на себя ответственность за неблагополучие в отрасли. Кандидат в министры уже не вспоминал о назначенном совещании. Теряя свою значимость, он оказывался вполне обычным, только очень испуганным человеком. Но и этот человек не понимал, что же наконец произошло и почему комитет или комиссия принимает совершенно абсурдное решение — не рекомендовать его на ту самую должность, которую он занимал многие годы»).

Депутаты формируют комиссии по расследованию кровопролития в Тбилиси и коррупции в высших эшелонах власти, вызывают и заслушивают объяснения первых лиц партии и государства — министра обороны Дмитрия Язова, секретарей ЦК Егора Лигачева и Виктора Чебрикова, в конце концов добираются и до Михаила Горбачева. Все это неслыханно… и уже в порядке вещей.

Поступок Александра Оболенского послужил сигналом к консолидации демократической оппозиции в Межрегиональную депутатскую группу. Это тоже исторический прецедент, МГД — первая за многие десятилетия открытая, более того — парламентская, оппозиция официальной партийно-государственной власти. В группу с ходу записались почти 300 депутатов, в том числе прославленные деятели культуры и науки, такие как Сергей Аверинцев, Алесь Адамович, Сергей Алексеев, Жорес Алферов, Павел Бунич, Александр Гельман, Татьяна Заславская, Виталий Коротич, Юрий Рыжов, Роальд Сагдеев, Святослав Федоров, Родион Щедрин, Егор Яковлев.

Горбачев шокирован появлением столь представительной оппозиции: это в его планы не входило. В своем окружении оппозиционеров из МГД он называет «бешеными» — по аналогии с фракцией в Конвенте времен Великой французской революции. Когда на съезде Юрий Астафьев, один из сопредседателей МГД (наряду с Ельциным, Поповым, Сахаровым и Виктором Пальмом) объявляет о создании группы, Горбачев требует прервать телетрансляцию. Оппозиционеров прослушивает КГБ, им не дают издавать информационный бюллетень, их не упоминают в отчетах о съезде, не принимается ни один законопроект, подготовленный членами Межрегиональной депутатской группы.
Инициатором и двигателем Межрегиональной депутатской группы выступил Гавриил Попов (второй справа)Инициатором и двигателем Межрегиональной депутатской группы выступил Гавриил Попов (второй справа)Boris Kavashkin/Global Look Press

Никто из МГД, кроме Бориса Ельцина, не проходит в состав Верховного Совета. Да и Ельцин окажется там в статусе председателя второстепенного Комитета по строительству и архитектуре исключительно благодаря помощи юриста из Омска Алексея Казанника: тот, по просьбе Гавриила Попова, откажется от своего места в Верховном Совете и передаст его Борису Николаевичу (в 1993 году Ельцин сделает Казанника Генеральным прокурором России, правда, терпеть принципиального сибиряка на этом посту будет недолго, всего полгода).

Невзирая на мощное аппаратное противодействие, идеи, которые объединили участников Межрегиональной депутатской группы — отмена 6-й статьи, цензуры, введение многопартийности, частной собственности, построение демократического правового государства, защита прав человека, — постепенно становятся политической реальностью: такова логика перестройки.

14 декабря 1989 года внезапно умирает Андрей Сахаров. А уже через пару месяцев, в феврале 1990-го, пленум ЦК КПСС принимает решение оказаться от шестой статьи, очередному Съезду народных депутатов, собравшемуся еще спустя месяц, остается лишь зафиксировать капитуляцию партии.
Ненапрасная жертва

Отстраняя партию от непосредственного управления государством, обществом, экономикой, генеральный секретарь Михаил Горбачев пожертвовал личной властью. Парламентская революция стоила Михаилу Горбачеву утраты доверия и популярности. По словам его помощника Андрея Грачева, «за год, прошедший между его избранием председателем Верховного Совета СССР весной 1989 года и выборами на пост президента СССР в марте 1990-го, число голосовавших за него депутатов сократилось с 95 до 59%, а само избрание президентом было в конечном счете обеспечено после патетических обращений к Съезду таких общественных авторитетов, как Александр Яковлев, Анатолий Собчак, академики Гольданский и Лихачев».

В заключение процитируем Георгия Шахназарова — помощника генсека, отца знаменитого кинорежиссера:

«Что бы отныне ни говорили и ни писали о Горбачеве, как бы его ни ругали, он навсегда останется отцом отечественного парламента. Могут возразить, что впервые в России появилась Дума. Но Николай II не строил ее и не лелеял, он всего лишь декретом, притом вынужденным, позволил ей появиться на свет. А там уже это нелюбимое дитя должно было заботиться само о себе, не только не получая поддержки, но чувствуя на себе хмурый, подозрительный взгляд самодержца, только и думавшего, как поскорее спровадить его на тот свет.
Поместив себя в эпицентр схватки консерваторов и реформаторов, Михаил Горбачев обрек себя на политическое одиночествоПоместив себя в эпицентр схватки консерваторов и реформаторов, Михаил Горбачев обрек себя на политическое одиночествоBoris Kavashkin/Global Look Press

Горбачев, как примерный родитель, заботящийся о своем чаде, ухаживал за парламентом, помогал встать на ноги, не только не ожидая благодарности в будущем, но снося брыкание депутатов, которые после овации, устроенной ему при первом появлении, начали журить, потом поругивать, а осмелев и войдя во вкус, учиняли форменные разносы, не всегда заслуженные. Президент обижался, досадовал, злился, и это порой прорывалось в резких репликах или невнятных угрозах, которые враждебно настроенная пресса, не прощавшая ему ни одного промаха, немедленно объявляла покушением на демократию. Наряду с гласностью первые выборы и первый парламент, заслуживающие этих названий, — главное дело Горбачева-реформатора».

Дело оказалось выигрышным — это спустя два года показал провал ГКЧП. I Съезд народных депутатов подтолкнул к концентрации основных противоборствующих сил — реакционеров и реформаторов, сторонников автократического управления и приверженцев демократии и либерализма. Но из открытий и откровений съезда страна вышла другой, она переродилась, в августе 1991 года общество не смирилось с директивным разворотом в темное прошлое, а партийная верхушка не отважилась на массовые репрессии. Впрочем, борьба не закончена, она продолжается до сих пор, точка в революции сознания, культурной революции, инициированной Михаилом Горбачевым, еще не поставлена.

https://www.znak.com/2019-05-25/i_sezd_narodnyh_deputatov_kak_30_let_nazad_v_sssr_nachalas_parlamentskaya_revolyuciya_gorbacheva





30 лет назад открылся I Съезд народных депутатов СССР.

Ну хоть кто-то упомянул про то, что пресловутые "выборы от общественных организаций" в 1989 году по сути были репетицией выборов по партийным спискам...

https://www.youtube.com/watch?v=yo9tcdY5Jm0



Николай Травкин — Татьяна Малкина. «Большие надежды. 30 лет первому съезду народных депутатов СССР»

https://youtu.be/1543DWrbPa4

https://www.youtube.com/watch?v=1543DWrbPa4&feature=youtu.be&fbclid=IwAR2etZpQ3V3smXYTafLKAIItLwqvdNRpRSRpoyrSjVoGw6iJoY38gI4npYU



30 лет назад 25 мая 1989 г. в Москве открылся I Съезд народных депутатов СССР. Это было одно из ключевых событий начатой Михаилом Горбачевым перестройки. Что она дала постсоветскому народу? Почему курс на демократизацию сломан правящей элитой России? В программе "Лицом к событию" обсуждают бывшие народные депутаты СССР Юрий Болдырев, Аркадий Мурашев, Сергей Станкевич, Виталий Челышев.
https://www.svoboda.org/a/29960842.html



==================================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================================================




Пакт Молотова-Риббентроппа и советское руководство
Перестройка
ed_glezin
Секретное приложение к договору Молотова-Риббентропа в советское время было неизвестно не только советскому населению, но и правящей верхушке. Оригиналы хранились в строжайшей секретности и до 1987 эгода только два раза выдавались копии в МИД, которые затем уничтожались. Об этом рассказано в справке архива ЦК КПСС за 1987 год.



А из комментариев в обсуждении этой справки в фейсбуке я хочу вытащись следующую цитату из воспоминаний Александра Бовина. События в цитате происходят в 1971 или немного раньше:
"Поясню по поводу протокола. Речь шла о секретном протоколе, который прилагался к советско-германскому договору от 23 августа 1939 года и который делил Польшу между Сталиным и Гитлером. Официально мы отрицали наличие такого протокола. Хотя на Западе он был опубликован еще в 1964 году (в седьмом томе тринадцатитомной «Серии Д», составляющей часть «Документов германской внешней политики 1918–1945»). Находясь в Бонне, я попросил сделать мне фотокопии. Кстати, я был уверен, что все члены и кандидаты знают этот документ. Но по разным причинам не разрешают его публиковать.

Как-то в Завидове за обедом, не помню уж в связи с чем, я упомянул о четвертом разделе Польши. Сидевшие за столом члены политбюро дружно загалдели и заявили, что негоже повторять зады буржуазной пропаганды. После обеда позвонил в Москву своему заместителю Коле Шишлину, попросил открыть мой сейф, достать папку «Германия» и срочно с фельдом прислать в Завидово. Что и было сделано. За ужином я передал протокол с картой (на карте — роспись Сталина!) Брежневу. Он молча прочитал (по-моему, он сам видел эти бумаги первый раз) и передал членам. Они что-то загудели. «Давайте спокойно поужинаем», — сказал Брежнев. Цуканов мне рассказывал, что после ужина начальство о чем-то долго толковало. Утром Брежнев молча вернул мне бумаги".

=================

В 1989 на съезде народных депутатов СССР по инициативе делегатов из Прибалтики была создана комиссия по пакту Молотова-Риббентропа под руководством Александра Яковлева. Член политбюро ЦК КПСС Яковлев на знал, где может хранится такой документ.

«На первом заседании нашей комиссии мы поговорим об организации нашей работы. Первое — необходимо запросить документы. Где могут быть такие документы? Это — Министерство иностранных дел, вероятно, Комитет государственной безопасности, Министерство обороны, Главархив, ИМЭЛ, Центральный Комитет партии. Можно также обратиться в архивы соответствующих республик. У нас есть представители от всех республик, и можно было бы договориться о том, чтобы они сами побеспокоились об этих документах и представили их в комиссию. От имени комиссии можно уполномочить товарищей, которые собрали бы досье.»

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1023809

===============

В постановлении съезда о результатах работы комиссии говорились:

Подлинники протокола не обнаружены ни в советских, ни в зарубежных архивах. Однако графологическая, фототехническая и лексическая экспертизы копий, карт и других документов, соответствие последующих событий содержанию протокола подтверждают факт его подписания и существования. <...>
Съезд констатирует, что переговоры с Германией по секретным протоколам велись Сталиным и Молотовым втайне от советского народа, ЦК ВКП(б) и всей партии, Верховного Совета и Правительства СССР, эти протоколы были изъяты из процедур ратификации. Таким образом, решение об их подписании было по существу и по форме актом личной власти и никак не отражало волю советского народа, который не несёт ответственности за этот сговор.
http://www.doc20vek.ru/node/3261

===============

Стенограмма заседания Комиссии Съезда народных депутатов СССР по политической и правовой оценке советско-германского договора о ненападении от 1939 г.1

08.06.1989

ЯКОВЛЕВ А.Н. Товарищи! На первом заседании нашей комиссии мы поговорим об организации нашей работы. Первое — необходимо запросить документы. Где могут быть такие документы? Это — Министерство иностранных дел, вероятно, Комитет государственной безопасности, Министерство обороны, Главархив, ИМЭЛ, Центральный Комитет партии. Можно также обратиться в архивы соответствующих республик. У нас есть представители от всех республик, и можно было бы договориться о том, чтобы они сами побеспокоились об этих документах и представили их в комиссию. От имени комиссии можно уполномочить товарищей, которые собрали бы досье.

Далее, я думаю, нам нужно создать рабочую группу непосредственно из товарищей, присутствующих здесь, включенных Съездом в эту комиссию. Как бы вы посмотрели, если бы в эту рабочую группу было включено по одному человеку от каждой республики? Как вы считаете, нужно ли нам создавать такую рабочую группу?

С МЕСТ. Считаем, что нужно.

САВИСААР Э.Э. Мы могли бы обсудить и самые близкие, тактические, и стратегические цели, а также порядок работы. Второй вопрос, который мы могли бы обсудить сегодня, — создание рабочей группы. Может быть, их будет даже несколько.

Между собой мы уже обсудили целый ряд вопросов. Сбор документов и оценка документов — это, разумеется, важнейшие вопросы. Но мы считаем, что есть необходимость организовать еще целый ряд рабочих групп.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Насчет цели создания комиссии — она ясна, определена решением Съезда. Это — политическая, правовая оценка Договора и других документов 1939 года. Это наша стратегическая цель.

Я читал материалы по этой теме, но сейчас не стал бы высказывать свои соображения. В это дело нам надо вникнуть серьезно.

Думаю, нужно согласиться по вопросу о подгруппах. Если у вас есть конкретные предложения о подгруппах, давайте их рассмотрим.

ГРЯЗИН И.Н. Я депутат от Эстонии. Мы знали, что этот вопрос возникнет. Мы его немного обсудили, поэтому конспективно я бы хотел высказать следующие соображения.

Я бы выделил четыре основные момента. Цель номер один — доказать сам факт того, что секретные дополнительные протоколы к договору были. Второе. Доказать, что эти протоколы находились в соответствии или не в соответствии с действовавшим в то время международным правом и с теми документами, которые были Советским Союзом подписаны. Третье — это политическая оценка. И четвертое — это сам конкретный секретный протокол исовокупность документов, непосредственно с этим связанных, на него ссылающихся и т.д. Вот эти четыре цели.

ЯКОВЛЕВ А.Н. И еще я бы добавил. Может быть, создать группу из ученых, которые затронули бы те конкретные исторические условия, в которых все это происходило. Скажем, договоры прибалтийских республик с Польшей, западными державами — Францией, Англией. Договор и вся история отношений Советского Союза с Германией. Роль польского правительства во всем этом деле — тут я имею в виду литовский аспект. Я прошу извинить меня, если что-то скажу неточно. Я не специалист по истории этого периода. Я никогда этим особо не занимался.

ДРУЦЭ И.П. Пятая цель — определение исторического фона.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Да, все те различные договоренности и связи, которые существовали в тот период. Если хотите, определявшие политику того или иного государства.

Вы хорошо понимаете, что если мы вырвем какой-то факт из конкретного исторического фона, то сегодня он будет звучать несколько искривленно. Поэтому к вашим четырем вопросам я бы добавил и пятый.

Здесь я стал бы опираться на мнение ученых. Может быть, нам следует создать рабочую группу в составе ученых? Может быть, от каждой республики вы порекомендовали бы знатоков этого дела? Можно было бы подключить сюда и академические институты — истории СССР и всеобщей истории.

ЛАВРОВ С.Б. У нас, очевидно, есть необходимость обратиться к специалистам.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Без ученых тут не обойтись.

ГРЯЗИН И.Н. Александр Николаевич, Вы вернулись к тому, с чего начали и что является очень важным.

Первую рабочую подгруппу Вы уже назвали. Я думаю, это должна быть группа, которая будет заниматься архивами, бумагами, документами.

Вторая подгруппа — я не знаю, как ее правильно назвать. Смысл ее работы заключается в следственной деятельности. Несмотря на такое название, цель ее благородная. Речь идет о том, что, скорее всего, нам придется поговорить кое с кем из оставшихся в живых свидетелей этих событий.

Например, речь может идти о В.М. Бережкове. Т.е. для этих целей должна быть создана отдельная комиссия, которая искала бы свидетелей, способных нам помочь.

Третью комиссию вы сами назвали — это группа экспертов. Но, скорее всего, нам понадобится помощь стольких ученых, что придется искать их вне комиссии. Желательно, чтобы кто-то из членов нашей комиссии занялся бы этим вопросом, обращался бы к ученым и вместе с ними организовал эту работу.

Четвертая подгруппа могла бы стать квалификационной, юридической. Она могла бы выносить определенные суждения по юридической стороне дела. Эксперты будут заниматься историей, а члены этой подгруппы будут заниматься юридической стороной.

Пятая комиссия условно может быть названа редакционной. Это комиссия, которая будет писать итоговый документ. Этой комиссии мы будем давать промежуточные выводы.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Я с Вами согласен. Нам надо выяснить это для себя в интересах дела.

РИДИГЕР А.М. Надо выяснить не только все то, что относится к историческому фону, на котором был заключен советско-германский пакт, но и проанализировать все последующие договоры, которые были заключены Советским Союзом с прибалтийскими республиками. Была ли какая-то договоренность с прибалтийскими республиками в 1939–1940 годах, и если была, то на какой основе?

ЯКОВЛЕВ А.Н. Надо смотреть документы. Мы создали комиссию, которая будет изучать все эти документы. 1939 год — это один аспект. Потом там возникает иной аспект. Как это все произошло? Ведь дальше была война.

ДРУЦЭ И.П. Александр Николаевич, Молотов, одно из главных действующих лиц тех событий, как известно, всего несколько лет назад ушел из жизни. Если бы он жил, не было бы большой проблемы все это выяснить, было или не было это все подписано.

И, как известно, он оставил какие-то мемуары. Мне кажется, нам надо этим поинтересоваться. Я не хочу сказать, что на это надо делать большую ставку. Но надо все-таки поинтересоваться, не остались ли от самого Молотова какие-то свидетельства в этом плане. Я думаю, это помогло бы нам в нашей работе.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Ну, что я могу сказать по этому поводу… Молотов в последнее время любил молчать, да и не только в последнее время. Он ничего никому никогда не говорил об этом.

Второе. Никаких мемуаров от него не осталось. Единственное, что он передал в ЦК, — это около 40 писем от Сталина к нему. Особенно это касалось того периода, когда уходил Рыков, а Молотов приходил в Совнарком. Тут переписка очень интересная была.

Еще была передана копия протокола к договору от 23 августа 1939 года. Она была передана бывшим генеральным секретарем МИДа Подцеробом. После ухода Молотова из МИДа Подцероб обнаружил ее в сейфе и передал в Центральный Комитет партии. Так у нас появилась копия.

Так что в целом это все очень запутано. Есть разные высказывания на этот счет.

Когда такой разговор был в прошлом году у М.С. Горбачева с канцлером ФРГ Г. Колем2, я присутствовал при этом. Михаил Сергеевич прямо поставил вопрос: «Г-н Коль, у нас возникают вопросы с протоколами. У вас есть оригиналы этих документов?». Тот уверенно ответил, что есть. «Ну, конечно!» — сказал он. Министерство иностранных дел СССР немедленно послало к Тельчику, статс-секретарю МИД ФРГ (фамилию того, кто туда ездил, я не помню, но можно выяснить). Оказалось, что оригинала у них нет, есть только копии. Г. Коль извинился.

Мы опросили американцев, англичан, которые взяли часть немецких архивов, — и у них оригинала тоже нет.

ЛАНДСБЕРГИС В.В. Несколько замечаний по поводу экспертов. Очевидно, это должны быть не только историки. Должна быть не только отдельная группа экспертов-историков. Должны быть специалисты по изучению подлинности почерка, по юридическим заключениям. Наверное, надо иметь возможность привлекать экспертов к работе любой группы.

Далее, вы упомянули архивы — ЦК, московский, всесоюзные и республиканские. Здесь надо иметь в виду также и иностранные архивы. Мы должны не только письменно запросить — есть или нет, но, может быть, и съездить в Польшу, Западную Германию. Здесь следует кого-то назначить или как-то договориться. Надо, чтобы комиссия располагала какими-то полномочиями и какими-то средствами.

Поскольку Съезд создает такую комиссию, может быть, Съезд должен был как-то определить ее полномочия, разработать какой-то документ для нашей работы. На самом Съезде регламент отсутствует, и это мешает. Может быть, нам следует извлечь из этого урок и сделать для себя регламент с тем, чтобы Съезд завтра утвердил его.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Ну, этого, наверное, делать не следует. Относительно поездок — если надо, то можно поехать и за границу.

ГРЯЗИН И.Н. Это не только выезд за границу. А какие наши полномочия? Вы сказали, что надо обратиться, чтобы архивы выдали. Это кто будет обращаться? Вы лично? А если у Вас нет времени? Может быть, каждый член комиссии мог бы иметь какие-то права? И ему должны показывать и выдавать эти документы или не должны? Мы тут в каком качестве будем работать?

ЯКОВЛЕВ А.Н. У меня есть опыт работы как председателя реабилитационной комиссии3. Пока что этой комиссии в документах никто не отказывал, тем более не откажут и этой комиссии, созданной Съездом. Кто же может отказать в документах, которые нам будут необходимы?

Теперь о связи с иностранными архивами. Если у вас, товарищи, есть данные, куда можно съездить, то давайте сначала обозначим, куда нам надо. И попросим наши посольства договориться по этому вопросу. Где-то это уже рассекречено.

АФАНАСЬЕВ Ю.Н. Давно рассекречены эти документы.

Можно, я скажу несколько слов? Я хочу сказать, что очень разумно поставлены все эти пять задач. Мы сейчас вовлекаемся в такой разговор, как будто мы все должны начать с нуля. А ведь существует огромная литература: американская, западногерманская, английская, да и у нас. По многим историческим аспектам договора 1939 года в мире сомнений нет. Поэтому я бы предложил к следующему заседанию подготовить очень короткую справку на рассмотрение всей комиссии, которую бы сделали специалисты-историки. И они обозначат вопросы — что не ясно, а что ясно. А мы таким составом никак не можем начать с нуля. Это уже все проделано. Имеется колоссальная научная литература. И все перелопачивать с начала нам не нужно. В архив-то надо идти лишь в том случае, если историк скажет, что вот этот вопрос не совсем ясен. И таких вопросов, я думаю, или вообще не будет, или будет два-три.

Поэтому надо подготовить такую справку. Может быть, создать дополнительную комиссию из экспертов-историков. И нам надо договориться о том, когда и что мы можем сделать. Я могу предложить и состав комиссии, могу организовать работу, могу подготовить эту справку с помощью историков одной из прибалтийских республик.

Я назову московских. Но мне было бы желательно назвать представителей от прибалтийских республик.

ЯКОВЛЕВ А.Н. С составлением библиографии.

АФАНАСЬЕВ Ю.Н. Да, можно составить библиографию наиболее значимых, серьезных публикаций.

ГРЯЗИН И.Н. Я хочу сделать дополнительное замечание. Чтобы название «следственная комиссия» не пугало, ее можно назвать комиссией по привлечению свидетелей.

АФАНАСЬЕВ Ю.Н. Насколько мне известно, единственный человек, который присутствовал на переговорах Молотова и Риббентропа, — это Владимир Николаевич Павлов. Насколько мне известно, других живых свидетелей собственно советско-германских переговоров на сегодня не существует. Поэтому разговор с ним нужно было бы устроить в ближайшее время.

ЛАНДСБЕРГИС В.В. Есть живые свидетели, которые были близки. Например, бывший министр иностранных дел Литвы. Он ныне живет в Каунасе. Когда он вел переговоры в Москве со Сталиным и Молотовым по поводу Договора 1939 года, Сталин приказал принести и показать ему карту, как это уже разделено, чтобы литовцы не сопротивлялись.

АФАНАСЬЕВ Ю.Н. Эта карта существует, с подписями Сталина и Риббентропа.

САВИСААР Э.Э. Кроме всех представителей, здесь не хватает еще одной стороны — это Финляндия. Может быть, нам над этим следует подумать, когда мы будем касаться этого вопроса.

Я хочу заметить, что все, кто читал эти протоколы, помнят, что советско-финская война возникла тоже не случайно. Финнам давно все известно, и для них это не сенсация. Они давно знают, как это было.

КЕЗБЕРС И.Я. Насколько я знаю, правительство Финляндии просило нас не поднимать эти вопросы по своей инициативе. Я повторяю, речь идет о правительстве.

Александр Николаевич, у меня есть два соображения. Идеологический отдел разработал то, что условно можно назвать последней концепцией событий 1939–1940 гг. Полностью я с этим документом не согласен. Я знаю, что коллеги из Эстонии и Литвы также не согласны.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Полностью не согласны?

КЕЗБЕРС И.Я. По некоторым аспектам оценки 40-го года. Но работа эта проделана тремя институтами. С этим можно согласиться или не согласиться, но нужно использовать то, что уже подготовлено. Такой документ имеется.

Я думаю, что надо привлечь крупнейшего специалиста, профессора Ламберга из ФРГ. Он этим летом собирается сюда приехать. Мне кажется, он самый крупный специалист из западных, который много писал на эту тему, имеет много интересных публикаций.

Может быть, никуда нам и ехать не надо. Есть такие солидные институты, как Библиотека Конгресса Соединенных Штатов Америки, Институт Гувера. Можно запросить необходимые материалы. Для этого потребуются небольшие средства.

Мне лично кажется, что, может быть, нужны две группы. Рабочая группа для подготовки нашего первого принципиального заседания, где мы будем продвигаться дальше; а также группа, которая бы занялась домашними заданиями для каждой республики — то, что мы должны сделать.

Существуют воспоминания послов Латвии, Литвы, Эстонии, косвенные документы. Они тоже имеют место.

ШЛИЧИТЕ З.Л. Александр Николаевич, наши литовские историки при ознакомлении с материалами в архивах не смогли получить доступа к «пакету Деканозова». А Вы можете помочь, чтобы я лично могла.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Первый раз слышу о таком «пакете». Я спрошу, что это за пакет.

АФАНАСЬЕВ Ю.Н. Надо бы договориться о сроках.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Хорошо. Сначала о Вашей справке. Сколько у нас это займет? Давайте посмотрим.

АФАНАСЬЕВ Ю.Н. Дней десять.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Хорошо. Дадим десять дней.

САВИСААР Э.Э. По срокам надо установить два рубежа. Окончательный, может быть, до осени. Но первоначальное заключение необходимо сделать до 23 августа нынешнего года, когда исполняется 50-летие договора. Это уже по политическим причинам. Конечно, на этом работа, видимо, еще не завершится. Но обязательно первоначальные выводы нужно опубликовать до 23 августа.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Я думаю, нам надо в целом выходить.

САВИСААР Э.Э. С другой стороны, я не могу поверить, что до 23 августа мы сумеем разобраться во всех этих вопросах.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Если уж мы беремся за дело серьезно, то давайте действовать серьезно и в комплексе.

ЛАНДСБЕРГИС В.В. Можно еще одно замечание?

В прошлом году 23 августа в Вильнюсе прошел митинг с участием четверти миллиона человек. Он проходил как траурный митинг. Хотя проходил он спокойно, но с очень глубоким содержанием.

Там отмечалось, что московские историки не могут найти документов и ничего не могут сказать по этой дате, — это оценивалось вы сами понимаете как. И если через год, к 23-ему августа, еще ничего нельзя будет сказать, это не будет хорошо.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Вы беретесь сказать?

ЛАНДСБЕРГИС В.В. Я думаю, можно дать оценку договора по тем данным, которые уже есть. Можно прогнозировать вывод о том, что тайные протоколы существовали и что их содержание соответствует тому, что опубликовано по копиям, поскольку это абсолютно подтверждается исполнением.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Спрогнозируем, а что дальше?

ЛАНДСБЕРГИС В.В. Дальше продолжаем работу, как вы сказали, по всему комплексу.

САВИСААР Э.Э. Может быть, мы продолжим работу таким образом, что постараемся определить структуру подкомиссий, т.е. наметим основные направления работы?

Мы могли бы определить, кто был бы ведущим в этих подкомиссиях. Я представляю себе, например, что профессор Афанасьев по вопросам документации — самая подходящая кандидатура.

Мы определили бы ведущих по основным направлениям, они бы договорились по остальным членам их подкомиссий, определили бы план своей работы. На следующем собрании они могли бы доложить, как они представляют себе план своей дальнейшей работы.

ВУЛЬФСОН М.Г. Мы опубликуем еще раз все протоколы, которые уже неоднократно были у нас опубликованы, со всей оценкой, которую мы им даем. Даем им очень острую оценку, т.е. считаем, что этот сговор Сталина, Гитлера, Молотова и Риббентропа определил, полностью детерминировал судьбу прибалтийских республик, и все дальнейшее политическое развитие этих республик было определено в эту ночь и затем 28 сентября 1939 года, когда был подписан второй протокол. Этим мы никого не удивим.

Мы удивим только тем, если такой материал будет опубликован в «Правде» с политической оценкой и осуждением этих протоколов.

Вот что нам нужно до 23-го августа. Если мы этого не сделаем, сделают всё наши противники. И тогда трудно предсказать, как развернутся дальнейшие события.

ЛАВРОВ С.Б. Не надо привязываться к определенной дате.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Давайте изучать, работать.

ЕРЕМЕЙ Г.И. Сейчас создана официальная комиссия Съезда. Речь идет об исторической, правовой оценке этого события. Я имею в виду, что до 23 августа мы должны сделать это.

АФАНАСЬЕВ Ю.Н. Я хочу высказать свое мнение. Мы должны это сделать не до 23 августа, а как минимум к 15-му. И к этому времени мы можем это сделать. Я в этом убежден. Здесь не только научная проблема. Здесь есть затруднения политического и идеологического свойства. И вот их, эти затруднения, нам предстоит преодолевать в этой комиссии. А научные изыскания — это просто неправильная постановка вопроса. Надо воспользоваться уже проведенными научными изысканиями, изысканиями исторической науки, в том числе и советской.

Их представить, посмотреть на очередном заседании, что они собой представляют, а потом уже договориться о политической интерпретации всех этих фактов. Так мне представляется эта поэтапная работа.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Я хочу вас, товарищи, проинформировать, что помогать мне будет тов. Фалин В.М. Я сам запрошу все документы, но если я буду отсутствовать, то он будет выполнять координирующую роль в этом деле. И я прошу считать Международный отдел ЦК КПСС вашим помощником.

Нам надо действительно разбиться на группы. Сейчас, я думаю, мы к этому не готовы. Нужно провести консультации относительно того, как выглядели бы эти группы.

САВИСААР Э.Э. Можно было бы определиться относительно ведущих, руководителей этих групп. Мы могли бы это сделать, потому что, когда мы составляли первоначальный список, думали и о членах комиссий.

У нас было предложение, чтобы документацией занимался профессор Афанасьев. Это было бы первое направление.

Вторая подкомиссия — по юридической квалификации. Мы предлагаем профессора Грязина.

Далее — по свидетелям. Предлагается товарищ Мотека, он мог бы быть ведущим в этом плане.

Экспертная группа — здесь мог бы быть кто-то из московских товарищей. Мы имели в виду, чтобы в экспертную группу входили эксперты из Прибалтики, из Москвы, т.е. люди, которые занимаются этими проблемами, хотя они и не являются членами нашей комиссии.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Для экспертизы чего предполагается создать эту подгруппу?

ГРЯЗИН И.Н. Для экспертизы по различным вопросам, связанным не только с документами, но и с вопросами исторического фона и т.д.

АФАНАСЬЕВ Ю.Н. Если к следующему заседанию московские и прибалтийские историки сделают соответствующую справку, мы сами затем решим, нужны ли какие-то эксперты и кто именно. Я не знаю, нужно ли заранее создавать группу экспертов.

САВИСААР Э.Э. Например, у нас в Эстонии есть по крайней мере два историка, которые уже несколько лет, последние годы особенно, занимаются этой проблемой. Они являются в этой области профессионалами.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Пусть они изложат нам свою точку зрения. Нужны документы и трезвое мышление.

САВИСААР Э.Э. Далее мы предлагаем, чтобы редакционной подкомиссией руководил профессор Ландсбергис. Мы предлагаем, чтобы он был организатором этого направления.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Я не возражаю, но все-таки давайте все заниматься этим делом.

Мы тут все с вами должны выступать коллективно.

ГРЯЗИН И.Н. Простите, пожалуйста. Вещь, которая обычно всегда забывается. Как можно позвонить товарищу Фалину, если надо позвонить, и как Вам можно позвонить?

ЯКОВЛЕВ А.Н. Завтра мы дадим вам телефоны.

ГРЯЗИН И.Н. У меня еще маленькое предложение. У нас с сегодняшнего дня начнет скапливаться архив по работе комиссии. Может быть, профессор Афанасьев приютит у себя этот архив, чтобы в любой момент можно было им воспользоваться?

МОТЕКА К.В. Поскольку моя фамилия здесь значится в группе по вопросам свидетелей, то я бы хотел сейчас переговорить, хотя бы предварительно, о том, как оформить эти документы. Будут ли они записаны на видеопленку или как-то иначе?

ЯКОВЛЕВ А.Н. Того, кто будет согласен на видеопленку записать свои показания, запишите, или в письменном виде это оформите. Тут я не могу решать.

МОТЕКА К.В. Нам бы такую целенаправленность иметь.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Мы не прокуратура. Так что тут право останется за свидетелями.

ЛАНДСБЕРГИС В.В. Я понимаю, что у нас нет права обязать кого-то отвечать на вопросы. Но если Верховный Совет СССР хотя бы на словах представляет собой верховную власть и поручает комиссии расследовать это дело, то может ли быть еще более высшая власть, которая откажет в доступе к документам?

ЯКОВЛЕВ А.Н. Нет, думаю, в доступе к документам нам никто не откажет. Речь идет о свидетелях.

ЛАНДСБЕРГИС В.В. Например, «пакет Деканозова».

НЕЙЛАНД Н.В. Для меня была сенсационной новость о том, что Павлов жив. Это сенсация для всего мира, потому что он самый лучший свидетель. Мир не знает, что он жив. Американцы этого не знают, немцы этого не знают. Это единственный свидетель, который присутствовал при заключении пакта. Если бы можно было организовать так, чтобы все его послушали.

МАРЦИНКЯВИЧУС Ю.М. Но если он жив и будет согласен, может быть, завтра можно будет его послушать?

АФАНАСЬЕВ Ю.Н. Я думаю, может быть, часть комиссии выберет удобное для этого время. Завтра перед началом заседания я сообщу вам, когда это можно сделать.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Я прошу вас задавать ему любые вопросы, но не наводить на ответы. Давайте договоримся — здесь должна быть предельная скрупулезность и корректность.

РИДИГЕР А.М. Очень важно также, чтобы до тех пор, пока работает комиссия, любые ее выводы не оглашались.

ЯКОВЛЕВ А.Н. Да, это очень важно.

ГРЯЗИН И.Н. Александр Николаевич, мы понимаем, что Вы очень заняты. Поэтому Вам, очевидно, нужны заместители в руководстве комиссией. Я думаю, комиссия согласилась бы, если бы товарищ Фалин и профессор Афанасьев были официальными заместителями председателя комиссии. А товарища Сависаара можно было бы сделать третьим заместителем.

САВИСААР Э.Э. Я хочу сделать сообщение. В Таллине 30-го июня — 1 июля состоится конференция юристов Прибалтики по проблемам этого пакта. Они приглашают всех, кто может в ней участвовать. Приглашается вся комиссия. Там будет обсуждаться вся историко-правовая проблематика 1939 года.

ЯКОВЛЕВ А.Н. На этом, товарищи, первое заседание комиссии заканчивается.



Личный архив. Машинописный текст. Ксерокопия.

https://www.alexanderyakovlev.org/fond/issues-doc/1023809








Первая постановка "Собачьего сердца" в СССР.
Перестройка
ed_glezin
25 мая 1987 года в Московском театре юного зрителя состоялась премьера спектакля «Собачье сердце». Этот спектакль (первая в СССР инсценировка повести Булгакова и первая совместная работа режиссера Генриетты Яновской и художника Сергея Бархина), всколыхнувший театральную Москву, стал важным культурным событием того времени. Премьера практически совпала с выходом июньского номера «Знамени» (с первой публикацией «Собачьего сердца»).

Театральный критик Анатолий Смелянский писал в рецензии на спектакль: «Приходилось в последний год в связи с публикациями Булгакова, Платонова, Ахматовой и некоторых других писателей слышать опасения: …поймут ли правильно наши люди смысл важнейших вещей?

Наши люди поймут. А тем, кто сомневается, хочется подарить билет на спектакль «Собачье сердце» и отправить в бывший Мамоновский переулок. Пусть он переживет раскаты громового смеха, послушает тишину мыслящего, а порой и страдающего зала, пусть он всмотрится в лица Преображенского, Шарикова, Швондера, чекистов, понятых, бабки, интересующейся говорящими собачками, – и тогда продолжим разговор. Что же касается театра, на сцене которого впервые родился спектакль «Собачье сердце», то… актеры, долгие годы не знавшие радости настоящего успеха, погрязшие в междоусобной брани, режиссер, два десятилетия блуждавшая в поисках постоянной работы в наших окостеневших театрально-зрелищных предприятиях, кажется, нашли друг друга» (журнал «Театр», 1987, № 8).

========================================

Генриетта Яновская (главный режиссер Московского ТЮЗа) о «Собачьем сердце»:

«Шариков – создание профессора. Что бы ни было, это – его сын. Мы детей не просто рожаем, мы их создаем». Несмотря на то, что «Собачье сердце» не самое любимое произведение режиссера (по ее признанию, «там много злобы, так как Булгаков был не в силах противостоять всё наступающему хамству»), Г. Яновская все же с большим интересом и любовью рассказывала о главных персонажах повести и спектакля: «Мы все – дети от «совокупления» Преображенского, Шарикова и Швондера. Профессор – это глыба утраченной русской культуры, ее корни. Шариков – вселенский хам, который утверждает на общей почве революции. Меня раздражает когда издеваются над Швондером. Он идеалист, он хочет со всеми поделиться своими идеями, один из тех, кто шел в революцию с чистой душой… В каждом из нас есть немного Шариковых, Швондеров и Преображенских».

http://nashahistory.ru/news/kultura/v-kazhdom-iz-nas-est-nemnogo-sharikovyh-shvonderov-i-preobrazhenskih-genrietta-yanovskaya-o-sobachem-serdce-tatyane-russkoyu-dushoyu-sovremennom-teatre-i-stihah-kotorye-obyazatelno-nado

=========================================

Из дневниковых записей Николая Троицкого:

Очень хороший спектакль, где сатира и изящно-едкий смех уже переведены в куда более мрачный регистр, и смех идет мрачный, суровый, сквозь слезы.
Да это уже почти трагедия, не профессора Преображенского, хотя тот и прозревает, как трагедия всей нашей страны, выпустившей на волю страшного люмпена-хама, объявившей его хозяином жизни и вершителем судеб гнилой интеллигенции. Шариков в двадцатые годы смешил и забавлял, а затем он такое устроил в России! И Гета Яновская это помнит, и потому вводит в постановку людей во френчах, нечто среднее между Дзержинским и Берия.
Они пока корректны, опекают, оберегают профессора, но в них чувствуется страшная дремлющая сила, выраженная в двух-трех словах и всемогуществе, всезнании, всеприсутствии.
У меня возникли ассоциации с Курчатовым или Королевым в шараге-бункере, где ему дана полная свобода слова в пределах стен, но все открытия и научные разработки - под контролем высших властей.

Шариков - плод неосторожных опытов профессора и на совести "френчей", они создали его. И хотя в спектакле они дают его убить, в истории они расплодили Шариковых, как кроликов, Преображенского и Борменталя из шараги засунули в лагерь, Швондера - туда же, за максимализм и идиотизм, а разруха продолжается вот уже семьдесят лет, кругом царит абсурд, и никак ничего не поставить ничего с головы на ноги.
Постановка сделана с этой временной перспективой, поэтому так мало комедийности и фарса, поэтому всё засыпано трагическим черным снегом и еле освещено подслеповатыми фонарями.

https://nicolaitroitsky.livejournal.com/7097268.html

=============================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

==========================
















Первые гастроли Вилли Токарева в СССР.
Перестройка
ed_glezin
30 лет назад - в 1989 году (если кто-нибудь знает точные дни его пребывания на советской земле - напишите, пожалуйста, в комментарии к этому посту) состоялось триумфальное возвращение в СССР Вилли Токарева. Это был его первый приезд в Советский Союз после переезда в США в 1974 году. По стране прошли 70 концертов, каждый из которых имел оглушительный успех. Сам певец был ошарашен таким приёмом. Ему говорили, что в СССР его песни слушают повсюду – от Прибалтики до Камчатки, но он не верил. А когда увидел на своих концертах переполненные стадионы, то понял, насколько сильно любят его творчество на Родине. Вскоре об этих триумфальных гастролях вышел биопик-фильм о нём «Вот я стал богатый сэр и приехал в СССР».






Read more...Collapse )

Вилли Токарев в фильме " Вот я стал богатый СЭР и приехал в ЭСЭСЭР"

https://www.youtube.com/watch?v=Ta7MQ6GGYjs



Вилли Токарев концерт в Москве. 1989 год.
(Перед началом концерта - интервью у "прекрасного певца, поэта и музыканта" берет Матвей Ганопольский)

https://www.youtube.com/watch?v=H0BxmAlGw4E



=======================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

===========================



Как прошел первый всесоюзный конкурс красоты.
Перестройка
ed_glezin
Тридцать лет назад - с 19 по 23 мая 1989 года - в Москве состоялся первый всесоюзный конкурс красоты «Мисс СССР-1989».

В концертном зале «Россия» собрались 35 победительниц городских и областных конкурсов. Победительницей стала 17-летняя московская десятиклассница Юлия Суханова (172, 55, 91—59—90).

Второе место заняла Анна Горбунова из Зеленограда, а третье досталось уроженке Перми Екатерине Мещеряковой.

Зарубежные СМИ сравнивали первый советский конкурс красоты с полетом Юрия Гагарина в космос, а советские граждане были шокированы дефиле девушек в купальниках по сцене одной из крупнейших площадок страны. «Пока эти ходят по сцене – другие кладут асфальт», — комментировали первый конкурс красоты режиссеры-документалисты.

До конкурса «Мисс СССР», состоявшегося в 1989 году, был еще конкурс «Московская красавица» - там победила Маша Калинина. Но в масштабах страны подобного не устраивали. Это была почти революция: люди постарше возмущались, а ровесницы участниц считали, что те поймали птицу счастья...



Юлия Суханова уже больше 20 лет в Нью-Йорке. И шифруется как может - искать ее пришлось долго.

- Я никогда не считала себя красивой, - вспоминает она. - С детства больше дружила с мальчиками - любила попрыгать-побегать. А потом сестра узнала, что в парке Горького проводится набор девушек для участия в конкурсе... Помню, я не хотела идти - даже плакала. И готовилась к конкурсу без особой надежды.

А после победы я уехала в Штаты, где модельное агентство предложило мне работу. Начинала с рекламы йогурта и мороженого, потом заключила контракты с американским и парижским агентствами. Первое время было очень тяжело. Прилетела я с помпой, как «Мисс СССР», - на одном самолете с четой Ельциных - это был его первый визит в США. И оказалась нарасхват: создавалось такое впечатление, что я упала с луны и меня разглядывают как инопланетное существо. Вокруг дома, где я поселилась, круглосуточно дежурила полиция, меня в режиме нон-стоп приглашали на ток-шоу, водили по пресс-конференциям. Любой жест, а особенно любой изъян рассматривался под лупой... Было немало поводов для слез.
- Признайтесь, уезжали за границу не только за умопомрачительной карьерой, но и таким же женихом?

- Не соглашусь. Да, вереница поклонников была: допекали и голливудские плейбои, и монакские миллионеры, и персидские принцы. За одного принца чуть не вышла замуж, такая любовь была сумасшедшая! Но не случилось - я сама разорвала с ним связь, хотя дружим мы до сих пор.

Есть участницы конкурсов красоты, которые ищут, как бы себя выгоднее пристроить. Но мне денежный мешок неинтересен - важны душа, манера, сентиментальность... Сейчас у меня есть бойфренд-итальянец. Я занимаюсь бизнесом - возглавляю компанию, которая выпускает генераторы «горного» воздуха, и среди наших клиентов, например, Дэвид Бэкхем...

Моя победа стала точкой отсчета новой жизни. Но если у меня родится дочь, на конкурс красоты ее точно не отпущу!

ЗАКУЛИСЬЕ

О подробностях "Мисс СССР 89" рассказывает продюсер конкурса - режиссер Юрия Кушнерева.

В конце 80-х у Кушнерева на его студии закипели интересные проекты – совместные работы с зарубежными кинокомпаниями, больше всего с американскими. Самая удачная картина – «Русский дом» с Шоном Коннери и Мишель Пфайфер в главных ролях. Это был первый американский фильм, почти полностью снимавшийся в России, в тогдашнем Ленинграде. Кушнерев стал часто бывать в США – его приняли в Американскую гильдию кинопродюсеров.

- И, познакомившись ближе с американской киноиндустрией, я понял одно – многие известные актрисы, если не все, прошли через различные конкурсы красоты. И решил – почему бы это не сделать в России, ведь конкурс я рассматривал как открытый путь красивых девушек в кинематограф.

Мы все делали по наитию, пытаясь что-то заимствовать у модельных агентств. К таким трем крупнейшим мы и обратились – они то нас и научили, как отбирать кандидаток, кого отсеивать (сразу выбивали на отборочных турах полные дуры – уж очень не хотелось позориться перед иностранцами).

Перед тем как проводить масштабный конкурс «Мисс СССР», организаторы мероприятия в течение двух месяцев ездили по разным городам Советского Союза, где отбирали самых миловидных девушек для участия в главном столичном мероприятии.

- Потом встал вопрос о спонсорстве. С помощью Конфедерации Союза кинематографистов на Красной Пресне мы создали организацию «Корона», занявшуюся финансированием проекта. Кстати, в то время все можно было сделать очень дешево, потому что и конкурс красоты был в диковинку. Готовившихся девушек к конкурсу поселили в подмосковный пансионат. И его директор, проникнувшись интересной затеей, арендовала нам пансионат совершенно бесплатно.

Что касается главного спонсора, то им стал мой друг, сын иракских политэмигрантов Бабек Серуш. Мы с ним выросли в одном дворе – его семья жила так бедно, что моя мама Серуша, маленького и тощего мальчика, постоянно подкармливала. В 1948 году наши детские связи прекратились: я поступил в кадетское училище, он переехал в другой район. Вновь мы с ним встретились незадолго до конкурса – он уже был не то что олигархом, но весьма богатым человеком.

Кушнерев рассказал о конкурсе, о том, что денег взять негде, и тот сразу же согласился помочь с расходами, выделив 40 тысяч долларов. Они ушли на аренду ГКЦЗ «Россия» и проведения самого мероприятия.

Жюри собралось исключительно богемное – в него входили самые прославленные актеры страны, знаменитые режиссеры, художники, писатели, журналисты из двадцати стран мира. Впервые в Союзе спел «заграничный» Вилли Токарев. Членами жюри на первом конкурсе были Ирина Скобцева, Муслим Магомаев, Илья Глазунов, Леонид Якубович. Во главе жюри поставили мировую звезду балета Екатерину Максимову.

- Она очень щепетильно подходила к конкурсанткам. Мы же впервые искали кандидаток, чьи бы параметры были бы приближенны к заветным «90-60-90». Собственно именно на нашем конкурсе на всем советском пространстве узнали, какие же критерии красоты существуют. Но так называемый серьезный кастинг мы не проводили, довольствовались теми девушками, которых нам предъявляли в качестве победительниц на местечковых конкурсах.

Так вот Волгоград представляла девушка Елена Силина – с шестым размером груди. Максимова была очень недовольна необъятным бюстом конкурсантки: «Что вы мне тут сиськи показываете?» Она, конечно, вылетела в первой десятке, но судьба ее сложилась удачно. Несколько лет назад в Париже, где я был по делам, в ресторане ко мне на шею бросается интересная молодая женщина: «Юрий Сергеевич, вы меня узнаете?» Это и была та самая Лена Силина. Занявшись после конкурса карьерой фотомодели, она познакомилась с состоятельным французом. «Где вы остановились?» - спросила она меня. «В гостинице». «Никаких гостиниц, едем к нам в замок». Я тактично отказался.

И, как говорит Кушнерев, именно Суханова ему ничем особенно не приглянулась.
- Такая молчаливая, с угловатой фигурой. Поскольку мы в первую очередь «прикидывали» их для большого экрана, устраивали им актерские состязания. Просили стихи почитать, отрывки их пьес. И вот Юля ничем не выделялась, на мой взгляд, были и более яркие девушки.
Современные конкурсы – прибыльные в плане денег. «Мисс СССР» никакие доходы ни участницам, ни организаторам не принесли. Можно сказать, оказались провальными.
- Ни я, ни мои коллеги не получили ни копейки. Никто из финалисток не подписал контракта на дальнейшее участие в самом главном конкурсе для официально признанных красавиц – «Мисс Мира».Трем финалисткам необходимо было подписать контракт, чтобы представительницы нашей страны приняли участие в этом конкурсе. Но никто не знал, как этот контракт составить. Нашли каких-то непрофессиональных юристов, безграмотно составивших контракт, с которым трех девушек на «Мисс Мира» не допустили.

«Мисс Киношанс» Анна ПОРТНАЯ: «Если бы Якубович меня не подбадривал, я бы просто скисла»
«Мисс Южно-Сахалинск» Анна Портная понравилась зрителям, по результатам их голосования держалась на втором месте - до того, чтобы стать первой «Мисс СССР», не хватило совсем чуть-чуть. Утешилась званием «Мисс Киношанс».

- Скажу честно, у меня было упадническое настроение, - рассказывает Анна. - В 12 часов ночи закончился отборочный конкурс в Южно-Сахалинске, а уже в девять утра я улетела в Москву. И вот сижу на чемоданах в роскошном мраморном лобби подмосковного пансионата, а вокруг меня цокают каблучками сто с лишним расфуфыренных девиц... Я прибыла позже их всех. И они мне показались настоящими королевами красоты - я-то даже краситься не умела! Меня, к счастью, на конкурсе поддерживал Леонид Якубович, без его подбадривания я бы просто скисла.

Еще кто-то за день до конкурса испортил мне платье, и мне пришлось выходить на сцену в несуразном брючном костюме... То, что я получила корону «Мисс Киношанс», было сюрпризом. Мне подарили телевизор, но главное обещание для «Мисс Киношанс» - учеба во ВГИКе - выполнено не было...
Но потом, когда я окончила школу и вновь приехала в Москву, образовалась прорва работы: съемки в журналах, участие в показах, поездки за границу. Появились самостоятельность, друзья, муж. Мы, правда, с ним потом развелись, но в браке родилась замечательная дочурка. Она уже оканчивает школу - готовится к поступлению в институт и корпит над конспектами сутками напролет.

Сейчас я работаю имиджмейкером, учу женщин, как выигрышнее себя подать. И уже давно не смотрю конкурсы красоты. Раньше в них было больше аристократизма, изысканности, а сегодняшние красавицы мечтают только свою женскую судьбу устроить получше.

===========

Конкурс «Мисс СССР» состоялся лишь трижды: в 1990 году победительницей стала представительница Белорусской ССР Мария Кежа, а год спустя победу одержала саратовчанка Ильмира Шамсутдинова.
Правда, неофициально «Мисс СССР» продолжает существовать: конкурс красоты с таким названием ежегодно проходит в Лондоне. В нем принимают участие представительницы стран Восточной Европы. Несмотря на критику со стороны властей некоторых бывших республик СССР, конкурс продолжает быть популярным среди выходцев из стран Советского Союза.


Источник: “Комсомольская правда”

===========

Документальный фильм "Мисс СССР" о подготовке и проведении первого всесоюзного конкурса красоты в 1989 году.

https://youtu.be/yKf56wNNhx8

=============

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

=====================


Часть 1



Часть 2



==========================================================

























Как в эпоху освободительной Перестройки Горбачева легализовали неформалов.
Перестройка
ed_glezin
13 мая 1986 года Министерство культуры СССР приняло «Положение о любительском объединении, клубе по интересам».

В соответствии с принятым ВЦИК и СНК РСФСР еще в 1932 году «Положением о добровольных обществах и их союзах» существо­вал жесткий разрешительный порядок создания обществ и союзов. Исполнительные комитеты должны были учитывать целесообразность создания той или иной общественной организации, консультируясь с соответствующими наркоматами (министерствами) и ведомствами.

На эти же ведомства возлагалось и общее руководство данными общественными организациями. Иными словами, каждая обществен­ная организация была по существу приписана к тому или иному ведомству. Всякая самодеятельность, политическая активность, попытки создания неподконтрольных общественных структур подав­лялась репрессиями властей. Ситуация на правовом уровне стала меняться лишь со второй половины 1986 года. На фоне призывов реформаторов к раскрепо­щению творческой энергии людей, к активизации жизненной пози­ции «Положение» 1932 года выглядело явным анахронизмом и даже стало подвергаться робкой критике в печати.

Учитывая это, Президиум Верховного Совета СССР в мае 1986г. принял «Положение о любительском объединении, клубе по интересам».

По сравнению с Положением 1932 года, новый документ предусматривал значительно более облегченный процесс образования самодеятельных объединений. Контроль и общее руководство за деятельностью объединения возлагался на организацию-учредителя, в качестве которой могли выступать учреждения культуры и спорта, Дома и Дворцы молодежи, учебные заведения и жилищно-эксплуатационные организации, но не министерства и ведомства, что значительно суживало вмешательство властных структур в деятельность любительских объединений. Именно с этого времени (вторая половина 1986 г.), на базе объединения легализирующих­ся кружков возникают первые общественно-политические клубы.

Согласно данному документу любительские объединения признавались организационной формой общественной самодеятельности населения, создаваемой на основе добровольности, общих творческих интересов и индивидуального членства участников с целью удовлетворения многообразных духовных запросов и интересов людей. (Положение о любительском объединении, клубе по интересам: Утв. 13.05.1986 г.; № 05/15-38 // Культурно-просветительная работа. – 1986. – № 8. – С. 26-28.) Создавались общественно-политические, производственно-технические, естественнонаучные, физкультурно-оздоровительные, художественные объединения. Кроме того, могли создаваться клубы ветеранов, молодежи, творческой интеллигенции, а также клубы трезвости, семейного отдыха, знакомств и т.д.

=====================

Фрагмент моей диссертации по теме:
"Общественно-политические неформальные организации в РСФСР в 1987-1990 гг.: становление и развитие."


Для понимания специфики условий и предпосылок формирования само­деятельных движений во второй половине 80-х годов необходимо кратко ознакомить­ся с историей явления.
Различные объединения людей с общими взглядами, типами поведения известны с глубокой древности. Достаточно вспомнить многочисленные философские школы античности, рыцарские ор­дена, литературные и художественные школы средневековья, ма­сонские ложи, клубы Нового времени. Единомышленникам, всегда было свой­ственно стремление к объединению.
Усилиями просвещенной интеллигенции в дореволюционной Рос­сии было создано довольно много общественных организаций. Са­мым старшим из них можно считать «Вольное экономическое общест­во», основанное в 1765 году. К концу XIX века бы­ло 1690 чисто благотворительных обществ, в том числе 700 бла­готворительных общественных заведений. Менее чем за 10 лет, к 1905 году число первых возросло до 45 тысяч, а вторых - до 6,5 тысячи. Существовало около 200 обществ по распространению грамотности, 130 медицинских и здравоохранительных обществ, 180 научных, краеведческих, природоохранительных и т.д.15
Десятилетие со дня обнародования (4 марта 1906 года) «Высочайше утвержденных временных правил об обществах и союзах» стало поистине «золотым веком» самодеятельных обществ в России.
Деятельность этих организаций стала быстро выходить за профессиональные рамки, происходило их соединение с «публикой», чего правительство не одобряло. Многие из названных организаций ста­ли выдвигать экономические и политические требования, стали вливаться в общедемократическое движение. Общественные организации были опорой и источником ресурсов для массовых движений.
Период революционных перемен 1917 г. был отмечен усилени­ем самодеятельной активности, В Петрограде и других городах стали создаваться «самочинные» демократические организации, следившие за общественным порядком, распределением жилищ, снаб­жением населения продуктами питания, топливом, одеждой.
Самоде­ятельные инициативы развивались по двум направлениям. Одно - различные формы местного самоуправления и взаимопомощи, способствовавшие удовлетворению насущных потребностей городского на­селения. Другое - социальная и культурная активность как «пер­вая ступень» приобщения к ценностям культуры и творческой деятельности.
Советская власть не сразу запретила деятельность большинства дореволюционных общественных организаций. Определенное время продолжали работать «Общество любителей российской словесности», «Всероссийское общество крестьянских писателей» и др. Кроме того, возникла масса литера­турно-критических объединений, группировавшихся вокруг молодых печатных изданий («Огонек», «Город», «На посту»).16 Создавались также коммуны - производственные, потребительские, бытовые, члены которых пытались реализовать непосредственно идеи коммунистической организации общества. Началось широкое изобретательское движение.
Однако политическая обстановка уже необратимо менялась, а централизация во всех сферах жизни резко усиливалась. Инициа­тива, самодеятельность блокировались всеми способами. Изменилось и законодательство, регулировавшее деятельность добровольных объединений. Если в 1920-х гг. для их регистрации требовалось лишь, чтобы их цели не противоречили Конституции СССР и другим законам, то в 1930-е в качестве главного требова­ния выдвигается соответствие этой деятельности задачам и планам государственных организаций17. Фактически это было полное огосударствление недавно начавшейся гражданской жизни.
Продолжавшиеся почти три деся­тилетия репрессии против значительной части наи­более активного населения советского общества привели к затуханию социально-политической активности народа. Кроме того, именно в эти годы осуществлялись попытки внедрить в общество (можно сказать, на генетическом уровне), страх и слепое повиновение. И именно в этот период российской истории разви­лись и конституировались бюрократические методы управления, назначение которых - направить активность основной части населения преиму­щественно в русло трудовой активности, а социально-политичес­кую активность — свести лишь к исполнению воли директивных органов.
Человек перестал быть целью общественного прогресса и рассматривался лишь как средство достижения неких абстрактных целей. Был взят курс на подавление индивидуальности, на создание общества усредненных людей, «винтиков» в механизме государственной машины.
В результате в обществе широкое распространение получили конформизм и атмосфера взаимной подозрительности. В созна­нии людей в значительной мере укоренилось отношение к общественно-политической деятельности как к делу, не только не способствующему реализации активного начала индивидуума, но и просто опасному. С благословения власть имущих и под их покровитель­ством культивировались аморальные и безнравственные формы активности: доносы, многотысячные бутафорские митинги, на которых фанатич­ные толпы требовали смертной казни очередному «врагу народа», бесконечные собрания, участники которых с инквизиторской нас­тойчивостью требовали отречения от взглядов и униженного по­каяния от «еретиков» и т. д.
XX съезд КПСС (1956 г.) открыл новую страницу в развитии социально-политической активности граждан нашей страны. Публично осудив культ личности Сталина и уничтожив наиболее одиозные его атрибуты, он взял курс на активное привлечение широких социальных слоев к деятельности партийных, государственных и проф­союзных органов.
Однако этот позитивный процесс общественного обновления не нашел своего продолжения. Не были вырваны до конца и кор­ни культа личности: реабилитация жертв сталинизма была непол­ной, виновники не понесли должного наказания, процесс демокра­тизации проходил непоследовательно, значительная часть бюро­кратии оставалась на своих местах, а гласность носила строго ог­раниченный характер. Кроме того, не было принято ни правовых, ни уставных решений, которые бы гарантировали общество от возрождения страшного феномена культа личности18. По этим и по ряду других причин с начала 1970-х годов в нашем обществе стали накапливаться застойные явления, оказавшие непосредственное негативное воздействие на масштабы и качество социально-полити­ческой активности народа.
Руководство страны взяло курс на экстенсивное развитие ак­тивности, на привлечение все большего числа граждан к формаль­ному участию в управлении делами государства и общества, что привело к подмене качественных показателей активности количест­венными. В результате на выборах в Советы миллионы избирателей голосовали за депутатов, которых они, зачастую, не знали даже как зовут; «участвовали» в работе многочисленных общест­венных организаций, будучи часто не в состоянии ответить на воп­рос, чем эти организации занимаются, и т.д. Цифровые данные о десятках миллионов участников тех или иных мероприятий слу­жили ширмой для прикрытия массовой пассивности, аполитичности, формальной активности и т.д.
Стремление к унификации и псевдоединству привело к тому, что плюрализм групповых и личностных интересов далеко не всегда реализовывался в деятельности гражданских институ­тов, находившихся под влиянием идей бюрократического мониз­ма. В результате административного давления на институты демо­кратии возникло определенное несоответствие между широкими формальными правами, предоставленными тем или иным государ­ственным или общественным организациям, и степенью использо­вания ими этих прав. Получившая распространение еще во време­на сталинизма оценка любого инакомыслия как уголовно наказуемого явления, враждеб­ного делу социализма, по сути дела, сохранилась и в годы зас­тоя. В Верховном Совете СССР все вопросы решались на протя­жении десятилетий единогласно, даже если принимались взаимно исключающие друг друга решения: сначала все «за» совнархозы, чуть позже - все «про­тив» совнархозов. Подобного рода ситуация привела к тому, что тысячи талантливых, активных людей не могли найти своего места в обществе. Они буквально задыхались от пресса серости, посредственности, подвергались остракизму и влачили жалкое существование. Не­которые были вынуждены покинуть родину. Строгая обществен­ная и особенно политическая унификация, усреднение всего и всех в очередной раз привели к обеднению социально-полити­ческой и духовной жизни общества.
Другим результатом установления в стране диктатуры стало создание практически новой социально-классовой структуры, в которой непомерно большую роль играла управленческая элита. Сформировавшаяся уже в первые годы советской власти партийно-государственная номенклатура господствовала во всех сферах жизнедеятельности общества. Выражением главенства номенклатурного слоя в политике явилось утверждение однопартийной системы, а статус Коммунистической партии как «основной и направляющей силы советского общества, ядра его политической системы»19 был законодательно закреплен в Конституции СССР 1977 года. Такое исключительное положение КПСС привело к тому, что партия из политической организации, объединяющей своих членов на основе приверженности коммунистическим идеалам и ценностям, превратилась в монопольную «партию власти», надгосударственную структуру с многоступенчатой внутренней иерархией. Она была разделана на «внешнюю партию», объединяющую огромную массу рядовых коммунистов, и «внутреннюю партию», фактически определяющую стратегию развития КПСС и страны в целом. Последняя также была эшелонирована по степени причастности к власти. В нее входило руководство страны, партаппарат, а также хозяйственная и управленческая верхушка государственных и общественных организаций.
Вместе с тем, несмотря на внешнюю статичность, сложившаяся в стране система управления за годы своего существования пережила глубокую внутреннюю эволюцию. Если период 1917 - конца 1920-х гг. явился временем ее становления, 1930-е - первая половина 1950-х гг. - временем расцвета, то в 1960-80-е гг. система вступила в стадию старения, сопровождающуюся девальвацией идеологических ценностей и размыванием социальной базы. Советское общество постепенно утрачивало интегративный бесклассовый характер, усложняясь как по количеству социальных страт, так и по системе отношений между ними. Вмешательство государства в жизнь общества, прежде всего в духовно-культурную, заметно уменьшалось (хотя под таким же жестким контролем оставалась экономическая, общественная и, прежде всего, политическая сфера). Одновременно сам класс правящей бюрократии становился все менее монолитным, на первый план все больше выходили интересы отдельных его групп и представителей.
Наконец, за годы советской власти значительно увеличился слой интеллигенции — своеобразного «двойника» советской бюрократии. К 1960-70-м гг. по своему образовательному уровню бюрократия приблизилась к интеллигенции. Между той и другой социальными группами проходил активный взаимообмен. В условиях, когда любой трудоспособный гражданин находился на государственной службе, и бюрократия, и интеллигенция формально относились к одной социальной категории — «служащий». Можно даже сказать, что к интеллигенции относился любой служащий с достаточно высоким уровнем образования, не принадлежавший к т.н. «номенклатуре». Роднило советскую интеллигенцию и советскую бюрократию еще одно свойство — подавляющее большинство и той и другой составляли выходцы из других, «низших», общественных классов, т. е. рабочих и крестьян (колхозников). И если, становясь чиновником, человек автоматически переходил из класса управляемых в класс управляющих, теряя при этом большую часть связей со своей прежней социальной средой, то вливание в ряды интеллигенции не означало такого резкого разрыва, поскольку человек по-прежнему оставался в «классе управляемых».
В условиях ослабления репрессий усиление диверсификации общества и более четкое разграничение различных социальных групп приводило к тому, что общество все более отчетливо осознавало факт разрыва между управляющими и управляемыми. Разумеется, что первой это почувствовала именно интеллигенция. Если принять во внимание естественную для нее как для социальной группы потребность в самовыражении, до известного времени насильно подавлявшуюся, то не удивительно, что именно представители интеллигенции первыми обратились к политической деятельности как к средству отстаивания своих социальных интересов.
Первые политические группы, открыто выражавшие несогласие с монополией высшего слоя бюрократии (в лице верхушки КПСС) на политическую деятельность, в среде интеллигенции появились уже в начале 1960-х гг. Стали возникать малые группы в науке, культуре, сфере воспитания и т.д. Наряду с этими традиционными сферами неформальной общественной активности появляются группы городских интеллигентов, называв­ших себя по-разному: движения за «демократическое», «либеральное», «гражданское» сопротивление, движение за права человека. В обиходе их называли «диссидентами», и, собственно, с ними советский человек олицетворял неформалов - «шестидесятников». Ос­новной отличительный признак правозащитных групп - защита прав личности и требование соблюдения законов по отношению к правам человека, декларированным Конституцией. Верховенство закона и демократических процедур - политико-правовая сторона идеологии этих групп. Возникли также группы, ориентирующиеся на «тради­ционно-русскую», «патриотическую» идеологию, и группы, стремящиеся к обновлению официальных марксистско-ленинских взглядов. Это был новый, впервые с начала 1920-х годов проявившийся фе­номен - неформальное общественное движение политической направленности. Думается, что гипотеза о существовании в 1950-60-х годах предпосылок для возникновения многопартийной систе­мы в стране заслуживает отдельного внимания исследователей.
Несмотря на преследования со стороны властей (несопоставимые, правда, с репрессиями 1920-50-х гг.), такие группы во все более возрастающем множестве появлялись на протяжении 1960-х - начала 1980-х гг. В условиях, когда все более очевидной становилась неэффективность существовавшей в СССР системы управления и углублялся кризис официальной идеологии, наличие тесных генетических связей со всеми слоями советского общества позволяло интеллигенции, с одной стороны, выражать интересы всего «класса управляемых», все сильнее осознающего свою противопоставленность «классу управляющих», а с другой - «разлагать» и без того неоднородную бюрократию, различные группы и отдельные представители которой, во многом обладающие едиными с интеллигенцией социальными и культурными интересами, все более тяготились мелочной опекой со стороны верхушки партийно-государственного руководства.
После того, как во второй половине 1980-х гг. руководство КПСС признало необходимость перестройки системы управления страной и допустило общественную и экономическую самодеятельность населения, инициатива из рук бюрократии перешла к интеллигенции, быстро ставшей гегемоном общественной жизни. Противостояние управляющих и управляемых при этом не только не уменьшилось, но обострилось до крайности, поскольку интеллигенции, как передовому отряду «управляемых», удалось, наконец, выйти за свои групповые рамки и мобилизовать активных представителей других социальных слоев, ранее лишенных возможности непосредственно участия в политической жизни общества. Именно интеллигенция в период начала и углубления перестройки стала социальной основой для политической контр-элиты, оппозиционной административно-командной системе и ее правящему слою - номенклатуре. Одной из внешних форм политической активности интеллигенции явилось создание неформальных движений, а впоследствии - некоммунистических оппозиционных партий.

==============================

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

===========================


















Основание фонда Сороса в СССР
Перестройка
ed_glezin
31 год назад - 16 мая 1988 года - было подписано соглашение между Советским фондом культуры, Советским фондом мира и американским Фондом Сороса о создании совместного советско-американского Фонда «Культурная инициатива». В СССР пришёл Фонд Сороса.

В 1995 году в России был создан фонд «Открытое общество», входящий в сеть фондов Сороса. С 1996 по 2001 год Фонд Сороса вложил в проект «Университетские центры Internet» около 100 миллионов долларов, в результате чего на территории России появились 33 Интернет-центра. Московский офис фонда поддерживал и проекты общественного фонда «Право Матери», защищающего права родителей, чьи сыновья погибли в армии, а его председатель — Вероника Марченко — была награждена в декабре 2002 года премией ИОО «За подвижничество». С 1999 по 2003 годы в правление Фонда входил историк архитектуры и защитник исторического наследия А. И. Комеч, который руководил работой правления программы «Культура». В общей сложности с 1995 по 2003 год фонд потратил более $1 млрд, гранты от фонда получили 64,5 тысяч учителей, профессоров и студентов.

В момент появления фонда в российской прессе появились статьи о том, что деятельность фонда наносит ущерб России, поддерживая «утечку мозгов». Тогда Комитет Госдумы по образованию провёл проверку деятельности фонда, и по её итогам российский парламент официально вынес благодарность Джорджу Соросу «за вклад в сохранение и развитие отечественной науки, образования и культуры». С 1997 года российское отделение возглавляла директор библиотеки иностранной литературы Екатерина Гениева.

Фонд Сороса снизил активность по финансированию проектов в 2003 году. Но созданные при содействии Фонда Сороса структуры и теперь активно работают без его непосредственного участия, финансируя различные гуманитарные проекты. К таким проектам относятся распространения книг Энтони Бивора и Московская высшая школа социальных и экономических наук, некоммерческий фонд поддержки книгоиздания, образования и новых информационных технологий «Пушкинская библиотека» (финансированием изданий и закупка книг у издательств для поставки в библиотечные фонды). Также фонд финансировал «толстые журналы», а в библиотеки бесплатно поставлялся Соросовский образовательный журнал, в доступной форме сообщавший школьникам о научных открытиях в разных областях наук.

Летом 2015 года Фонд Сороса вошёл в «патриотический стоп-лист», который был разработан в Совете федерации. В нём перечислены также несколько иностранных НКО, которые, по мнению сенаторов, являются первостепенными кандидатами в перечень «нежелательных международных и иностранных неправительственных организации». В случае их попадания в «стоп-лист» гражданам России будет запрещено сотрудничать с ними и участвовать в их проектах.

30 ноября 2015 года Генеральная прокуратура Российской Федерации признала фонд «нежелательной» организацией на территории России.






13 мая 1986 года Писатель Сергей Залыгин назначен главным редактором «Нового мира».
Перестройка
ed_glezin
Впервые за всю советскую историю на столь ответственный пост был назначен беспартийный руководитель.

Много писавший о проблемах экологии, писатель Залыгин выводит журнал на новый уровень, публикуя прежде недоступную для публикации в Советском Союзе литературу: «Архипелаг ГУЛАГ» Александра Солженицына, а также произведения Бориса Пастернака, Виктора Неврасова, Андрея Платонова, Джорджа Оруэлла.

Помимо этого в «Новом мире» появляются статьи на актуальные политические и экономические темы.

Писатель пробудет в должности до 1997 года.

============

Приглашаю всех в группы «ПЕРЕСТРОЙКА - эпоха перемен»

«Фейсбук»:
https://www.facebook.com/groups/152590274823249/

«В контакте»:
http://vk.com/club3433647

================